Реализаты
Шрифт:
– Он закоротил всё, до чего дотянулся, - усмехнулась она.
– И автономное тоже.
Теперь было видно, что обесточенные пилотом генераторы висят по всему бункеру большими мёртвыми чёрными гроздьями. Недолго думая, Ая шевельнула их во тьме, и те гулко дрогнули, а потом с глухим металлическим шорохом рассыпались и раскатились по бетонным полам.
– Так-то лучше, - сказала она, поднимаясь.
– И, похоже, что для всех.
***
Мэтт сидел на полу, обхватив голову руками.
– Мэтт, Мэтт!
– прошептала она.
– Пойдём со мной...
– Ая...
– откликнулся Мэтт.
– Где ты?
– Я здесь, маленький мой, - улыбнулась она и проступила во мраке.
– Видишь?
Коридор, в котором они вынырнули, по-прежнему был тёмным, пустым и гулким.
– Я знал!
– мальчик всхлипнул и схватил её за руку.
– Я знал, что ты всё равно придёшь...
– И я знал, - безмятежно сказал голос.
– Здравствуй, Ая. Информация - это уже почти форма. Правда?
– Правда, чёрт бы побрал вашу предусмотрительность, - не выдержала она.
– Да, да, - засмеялся голос.
– Естественно. Для простоты и безопасности следовало бы оставить только вашу, не так ли?
Тьма вокруг была плотной, почти осязаемой, но по голосу было понятно, что человек спокоен и стоит так близко, что только протяни руку.
– Я хочу вам кое-что рассказать, - снова заговорил голос.
– Я видел сегодня крысу. Просто крысу. Маленькую такую, дикую, серую. Скорее даже крысёнка. Этакий длинноногий крысиный подросток. И знаете, что я подумал? Что он, этот родившийся здесь крысиный ребёнок, по сути, точно такой же абориген, как и я. И прав на жизненное пространство имеет столько же. Если сможет. Загвоздка только в том, что не может.
Он замолчал.
Ая аккуратно отцепила ладошки Мэтта от своей руки и сперва вложила, а затем и зажгла в них свечу.
– Подержи-ка, пожалуйста, - сказала она.
– Пусть всё это превратится в свет, так будет приятнее.
Мэтт послушно взял свечу и поднял её повыше. В её свете лицо стоящего рядом человека показалось Ае усталым, осунувшимся и даже почти родным.
– Землетрясение не было плохой идеей, - сказала она.
– Хотя бы потому, что вообще не было идеей. Идея была другая - понять.
– Все люди - братья, - заговорщицки подмигнул человек.
– Да и не люди, собственно, тоже. Весь вопрос в том, кто в ком нуждается и кто кому не нужен: для одного у нас всегда есть 'я здесь, маленький', а для другого - только жестянка с отравой и надписью 'не содержит, не раздражает, не требует'...
Он наклонил голову набок и долго смотрел, как в руках у Мэтта плавится и мерцает свеча.
– А что, если по большому счёту он и сам и не раздражает, и не требует?
Ая усмехнулась.
– Ты же сам и видишь, и чувствуешь, - сказала она.
– Мне кажется, что по большому счёту мало кто при подсчёте чужих очков пользуется большим счётом. Обходятся малым, своим.
– Ой!
– испуганно дёрнулся Мэтт. Перекинув свечу в одну руку, он сунул другую в зашевелившийся вдруг карман и вынул оттуда тощего перепуганного крысёнка.
– Что это?!
– Это тот самый?
– засмеялся человек.
– Неплохо. И всё равно его права какие-то уж слишком бесправные.
Крысёнок пискнул, юркнул у Мэтта между пальцев, галопом промчался между людьми и исчез во мраке.
– Вы хотите от нас слишком многого, - обиделась Ая.
– Мир был создан вовсе не реализатами, поэтому при распределении прав и обязанностей наше мнение никто не учёл. Собственно, мы точно такие же аборигены, как и вы.
Она улыбнулась:
– Или он. По большому счёту, естественно.
– Ну, не скажи, - сказал человек.
– Мало того, что абориген аборигену, так ещё и в разное время суток ты сама себе рознь.
Он пожал плечами, и в неверном свете свечи тени за его спиной шевельнулись двумя огромными крыльями.
– Сейчас здесь начнётся паника, - сказал он.
– А мне не хотелось бы, чтобы паника - это было единственное, что потом напоминало бы вам о нас. Поговорили и хватит. Пойдёмте.
***
Бенжи и сопровождавшего его гномика они нагнали уже на выходе из длинного перехода. Бенжи, ругаясь на всех языках, которые он знал, подбирал код на воротах, а его маленький спутник, прикрывая тыл, бродил у него за спиной с огромным автоматом наперевес. Ещё издалека Ая издевательски разобрала автомат и пару метров до поворота развлекалась, наблюдая, как маленький робот ошалело хватает летящие ему под ноги теперь уже бесполезные части, после чего открыла ворота.
– Ну, и зачем ты учишь малыша решать проблемы вооружённым путём?
– спросила она.
– Это была его идея, - глупо улыбаясь открытым воротам, сказал андроид и обернулся.
– Он сам.
И неловко развёл руками, принимая в объятия невидимых в темноте Аю и Мэтта.
– Это всё эта ужасная Кали-Юга, - сказала Ая, обнимая его в ответ.
– Вот угораздило же выбрать время для жизни.
В воротах за его спиной было всё так же темно. Махнув рукой, она зажгла под потолком нового коридора лишённые питания лампы и наконец оторвалась, отступила на шаг.
– Я смотрю, свобода всё ещё вдохновляет тебя...
– Есть такое, - глядя на неё единственным целым глазом, радостно согласился Бенжи.
– Хотя я и привыкаю, наверное. Куда бежать, когда бежать некуда?
– Бежать? Бежать... Подожди бежать, - она провела рукой по его лицу, так, чтобы под её ладошкой андроид моргнул обоими целыми глазами.
– Вопрос не только в том, куда. Вопрос ещё и в том, как.
– Тётя, тётя!
– подёргал её за рукав маленький робот.
– А мне тоже интересно, как: по-моему, я не очень умею бегать.
Один его глаз с сорванной резьбой по-прежнему болтался на честном слове, а грудь была вмята вовнутрь, как видавшая виды жестяная консервная банка.
Ая погладила его по голове, как котёнка, и поцеловала в макушку, ровняя разбитое и помятое:
– Никто никуда не будет бежать, солнышко. Пойдём.
***
– О!..
– печально шелестел гномик, еле успевая по коридору за остальной компанией.
– Да одна такая процедура даст десять очков вперёд целому килограмму кодов! Это и значит 'быть человеком'?!