Чтение онлайн

И ребятишки эти тоже: не утаили ни увлечений своих, ни видов на будущее, ни разногласий, вот даже в Кругосветку пригласили. Всё знают, всё понимают: и что такое хорошо, и что такое плохо, - вот только сплеча нипочём не осудят. Хотя и дети как дети: так сказать, менее совершенны, чем взрослые конфедераты. Способны и покрасоваться, и поссориться, да и переборщить с правдой-маткой. Но уж тыкать пальцем в открытую рану - вот, мол, взрослый, а ничего общественно полезного до сих пор не совершил, и даже в Кругосветку ни разу не сходил!
– органически не способны, похоже.

Хорошо бы сейчас самому стать ребёнком!
– и не сушить голову излишней рефлексией, и полной мерой вкусить недобранных детских радостей, и влиться в новый мир естественно и безболезненно. Вот как Диса, почти не отягощённая бременем неблаговидного прошлого, адаптировалась мгновенно... ну, или почти. Невзирая на изрядный шок: сроду никакой семьи не знала - и вдруг сразу Семья Человечеств! К хорошему, впрочем, привыкают быстро.

Нельзя сказать, правда, что и его здесь непрерывно попрекают грехами прошлого, или не верят ни на грош в его добрую волю в настоящий момент, или подозревают в будущих злых умыслах. Чего нет, того нет. За исключением разве что (жилка у виска передёрнулась со щемящей болью...) разве что Шейлы...

Светлое Небо! ну почему глубже всех ранят те, чьё доверие и уважение было бы для тебя особо ценно?!

– Чак! а ты, верно, землянин?
– невесть с чего решил уточнить Аррк Сет: по ассоциации с Шейлой, что ли?

– Генетически - да.
– Паренёк дёрнул острым плечом: мол, расовый вопрос - не принципиальный.
– Строго говоря, предки мои с Вереналли, это земная колония.

– Удивительно, что у вас ещё колонии существуют.
– Тонкую разницу между "колонистами" и "колонизаторами" Аррк Сет, заядлый имперец, ещё только постигал.

– Немного, - пояснила уже Гэррит.
– В среднем по две-три у каждого народа - зачем больше? Вот, к примеру, мы, элкорнцы, раса молодая, Присоединились полвека назад, так что колониями обзавестись не успели.

– Число колоний обратно пропорционально числу братьев по разуму, - уточнил Нар-Крек, начинающий флюктуативный психолог.
– В больших Содружествах вообще не суть важно, где чья колония или даже прародина. Население всюду смешанное, где работаем, там живём. В молодых галактиках картина иная: первые разумные, кому предстоит стать Древнейшими, поначалу активно расселяются. Стремятся избыть временное одиночество во Вселенной. Затем появляются подопечные, заботы о создании Конфедерации; больше ответственности - меньше тоски. Вот у деймов должно было сложиться именно так - но они Присоединились к нашей Семье, и с подопечными мы им помогаем. Кое-кто до сих пор не уверен, вправе ли мы были лишать их определённого этапа истории... только открыла их сама Старейшина Вахишта, она всегда знает, что делает.

Вот уж верно - подумалось мимоходом, и почему-то не без сарказма. Особенно если учесть, что теперь у Старейшины Вахишты и спутник - дейм; и старшая дочь их Валарес - тоже Старейшина, и впридачу экс-Реформатор Файялы, прародины деймов. Хотя, конечно, к этакой "мафии" бесплатное приложение - хроническая мигрень.

Вообще с нынешними Старейшинами неувязка изрядная: сплошь какие-то Пришельцы Ниоткуда. Старейшина Вахишта - межпространственная авантюристка без роду-племени, из каких краёв вселенной сюда свалилась - до сих пор хороший вопрос. Дочка её, Старейшина Валарес, - чужачка вдвойне, что по матери, что по отцу. Наконец, вэн-гары, чью расу представляет в Совете Старейшин достойный Ти-Ритт, - тоже не коренные здесь обитатели; и каким образом здесь очутились - опять же сага отдельная, похлеще любых "Звёздных войн".

Да и молоденькие Старейшины пошли в наше время, не так ли, достойные этши? Валарес и трёхсот лет не сравнялось; Ти-Ритт - тот и вовсе на четверть века помладше. Единственно, пресловутая Вахишта более солидна: второе тысячелетие разменяла. Да и то, возраст для Старейшины весьма скромный. Смешно и сравнивать с миллиардолетним, без малого, брюзгой Р'рингроултом, знаменитым Старым Р'рингли: тот Ушёл не так давно, наконец подготовив себе смену в лице Ти-Ритта. Тоже рептилоида, между прочим: подобное ищет подобного.

Не чужды, однако, даже и Старейшинам не только клановость, но и расизм. Ничто человеческое, словом. Пусть и в ничтожных дозах.

Полосой расплавленного металла проблёскивал океан вдали. Гулёна-бриз пошаливал и здесь: напирал на лицо упругими порывами, толкался то в грудь, то в спину с панибратством давнего приятеля. Упражнялся в парикмахерском искусстве, своевольничая в полудюжине разноцветных шевелюр. Щекотал ноздри морской солью, подмывая чихнуть от души. Поигрывал-посвистывал и в складках плаща силикоборовой Виестры: тщетное соперничество с тем, давним ветром, взметнувшим этот плащ два миллиона лет назад.

Гениальный скульптор Варвара Савина, супруга столь же гениального живописца Дениса Арсеньева: сумела увековечить порыв ветра - и порыв подвига.

Хотя собственно порыв, как таковой, в скульптуре напрочь отсутствовал. Напротив, кроткой отрешённостью от неё веяло. В жизни-то Реформатор Тайл (варварское воспитание, как это нам знакомо!) вовсе не была такой уравновешенной и всепрощающей; но - бескомпромиссной, непримиримой, склонной к самым крайним состояниям. В последний миг жизни, впрочем, вполне могла стать и такой, как на последнем портрете. Решение принято, долги сочтены и мосты сожжены; нет больше ни друзей и ни врагов - только Вечность, глядящая в глаза. Последний шаг: со скалы не в пропасть - прямиком в Историю. Этот психологический момент ваятельница верно выхватила, во всей его обнажённой сути.

Доводилось, доводилось слышать и такую теорию: мол, в основе любого подвига вовсе не любовь к человечеству - но самый обыкновенненький, самый подленький эгоизм. "Есть упоение в бою и мрачной бездны на краю"... и всё оттого лишь, что хоть ценой гибели, хоть в глубине подсознания, да имеешь в виду эту стерву-Историю, на скрижали которой есть верный шанс угодить. В случае с Реформатором Тайл, кстати, ещё того прозаичней. Ради чего, спрашивается, старинный враг её, Тёмный Координатор Тимофей Снегирёв, затеял эту небольшую, всего лишь галактического масштаба, войнушку? Не Конфедерацию тщился заполучить в своё вечное владение - только её, Реформатора Тайл, это уже доподлинно выяснено. (Тоже ещё псих-одиночка! не выбрал себе в жизни более достойную цель, кроме как целую вселенную взбаламутить ради одной взбалмошной девчонки!) И Реформатор Тайл, приняв решение ликвидировать корень конфликта - то есть самоё себя - к чему стремилась более? Спасти от разрушения дом-Вселенную, и семью-Человечество от гибели? или же попросту себя родимую - от бесчестья?

Докопались же ушлые местные историки-временщики до её предсмертных слов, не для протокола произнесённых: "Не мой позор будет ценою мира..." И своего добилась, недотрога. Весь позор пал, естественно, на голову Снегирёва этого, сексуально озабоченного... да не одного себя ославил - всю цивилизацию землян, на всю галактику и окрестности, на веки вечные. Как же - убийство собственного Реформатора, злодеяние, неслыханное по неблагодарности!... А леди Реформатор так и осталась в Вечности - радужным силикоборовым призраком, со скалы-пьедестала благословляющим которое уже поколение детишек. Так сказать, "чтобы в жизни большой не старели душой..." Такие вот дела давно минувших дней случаются.

Загнанная в угол крыса, которой посчастливилось попасть в легенду, - вот кто такова, в первооснове своей, Виестра Тайл, Реформатор Земли и спасительница галактики...

– Угу, точно, - вторгся извне знакомый, вредненький подростковый басок.
– Жила-была на свете такая себе Виестра Тайл, большая любительница беспарашютного спорта. И чтоб непременно с летальным исходом - как же иначе в легенду попасть?!

Немало досадуя на такую оплошность, Аррк Сет вернулся из седой истории в день нынешний. В дне нынешнем расселись на камешках юные телепаты - мозги развесистые, с которыми знай держи ухо востро, нос по ветру и мысли под блоком, иначе погоришь. Да уже погорел в глазах Чака-Спайдера, с которым намечался было неплохой контакт... надо же так размагнититься!