Чтение онлайн

Разбитая телегами мостовая рыночного квартала вся утопала в грязи. В Аргосе чистота поддерживается естественным образом, улицы спланированы так, что вся вода из верхних частей города протекает через нижние уровни, уходит в подземные стоки и выливается в море на некотором расстоянии от города. Кёсс же, расположенная в холмистой местности западной части Архипелага, никаких стоков не имел в принципе. Да и место для гороода выбрано было не из соображения удобства людей. Когда один из владык Империи начал строительство валов, первым был отстроен Клановый Вал, отсекающий владения Кланов от территории, завоёванной на тот момент Империей. Вторым - Марисский Вал, отсекающий, соответственно территории Марисса.

Единственным относительно крупным городом в том районе был Кайр, его выбрали как пограничную базу, и пока строилась часть вала и ближайшие к Кайру три форта, город успел разрастись. Но когда дело дошло до строительства следующих сегментов вала, двух фортов и связывающих всю систему укреплений дорог выяснилось, что Кайр как база уже не подходит - слишком далеко. С другой стороны находящийся на побережье порт Ярдан так же оказывался слишком далеко.

Тогда заложили Кёсс - на пересечении трактов из Аргоса, Ярдана, Кайры и военной дороги от строящегося Вала. Тот факт, что тракт идущий от Аргоса через Перевал на запад всего один, и проходит он через Кёсс, и послужил быстрому росту поселения - от легионного посёлка до города, третьего по размерам во всей Империи.

Спутник, похоже, отлично знал где что расположено. От здания гильдии Магов до торговых рядов они добрались на удивление быстро. Лишь несколько раз Спутник ошибался, выходя не на ту улицу. Кьяра уныло тащилась следом, изредка оглядываясь по сторонам. Вывихнутая лодыжка ещё давала о себе знать и целый день шатаний в поисках "где подешевле" удовольствия ей не доставил. Описывать же эти шатания было бы попросту скучно.

Единственный достойный упоминания момент: во-первых, как это ни странно, разговаривали они очень мало, в основном по делу, а во-вторых, Спутник ухитрился никому не назвать своего имени.

Вообще поразительно, как при желании человек может обходиться не только без имени, но и без какого бы то ни было прозвища. В разговорах двоих имя действительно не нужно - их же всего двое, и так очевидно, кто к кому обращается. Но что в городах, сталкиваясь с трактирщиками, торговцами, ремесленниками - стражей наконец!
– можно обойтись без того, чтобы назвать себя - вот это Кьяру действительно удивило.

Сложно представить, что человек поступает так просто от небрежения. В конце концов, где-то же он должен был хоть по случайности да оговориться - "вот я такой-то", или "а мне и говорят, ты, такой вот, то-то и то-то". Нет. По крайней мере, его должны были бы спросить, как к нему обращаться. Но каким-то образом, Спутнику ни разу не задали такого закономерного вопроса. Хоть ты тресни, как человеку везёт. Но сам-то!

Тут уж речь идёт скорее о давней привычке, чем о рассеянности. Это выглядело странным.

Во второй половине дня они покинули Кёсс и направились по тракту на юг, в сторону побережья. Описывать как двое людей в молчании плетутся по пыльной дороге в компании таких же путешественников, то и дело сходя на обочину из-за двигающихся подводов или групп конников, несущихся на полном скаку - не особенно интересное занятие.

5 Alfa

Найти почтовое отделение оказалось на удивление сложно. Пришлось изрядно побегать... Удивительное всё-таки дело: само собой разумеющийся факт - люди где-то получают и отправляют письма, посылки, марки покупают, наконец - а как понадобится, попробуй, найди! Даже там, где живёшь с детства. Что уж говорить о другом городе.

Это только про станции все знают, где они находятся.

Наконец, ей всё-таки повезло найти почту. Сотрудников там - почти столько же, сколько и посетителей. И идея отправить по такому-то адресу кучу хлама ни у кого не вызвала удивления. Заполняя список названиями отправляемых предметов, Арина пыталась представить, как это будет.

Вот приходит извещение. Кто-нибудь пойдёт на почту и заберёт коробку. Принесёт домой. Все соберутся, откроют и отлицезреют Аринины любимые компакт-диски, пару книжек, плюшевую зебру... что там ещё было... Вроде, всё. Сразу же пойдут звонить отцу, и её будут ждать именно там, в том городе. Пущай думают, что барышня сбежала к товарищу, заодно и подёргаются - на каком это она там автобусе?

А как адрес выясняла, тот ещё цирк. Сеть конечно великая вещь, но если бы не случайность...

Отсутствие плюшевой зебры вызвало, было, в душе некие сентиментальные поползновения, но на улице наконец-то пошёл снег, и всё оказалось забыто. Девушка некоторое время просто стояла, запрокинув голову и чувствуя, как колючий холодок задерживается на секунду на лице, прежде чем растаять.

А потом отправилась в магазин.

Второй раз пришлось проехать через центр, только теперь в другую сторону. Опять облитый стеклом фасад той же самой Станции. У входа небольшое столпотворение - не поймёшь, то ли пришли самые ранние игроки, то ли уходят самые поздние. И то и другое - с одинаковой вероятностью...

А сначала-то всё было очень даже весело...

Арина вспомнила, усмехнувшись, как сама "зависала" часов до четырёх утра, сделав предварительно вид, будто действительно спит. Если отключить те части сим-пакета, что работают на визуализацию, то можно просто лежать себе в кровати, спрятав сим-костюм под одеялом. И неправы будут те люди, которые скажут, что это легко заметить. Отнюдь. Только новички пытаются двигаться в реальной жизни, когда двигаются в виртуальности. Со временем тело понимает, что не нужно дёргаться - и прыжок, достойный спортсмена-олимпийца, превращается в лёгкое сокращение мышц.

Она-то к новичкам не принадлежала.

А потом появилось то, что любители старой фантастики сходу окрестили "дип-горячкой".

Но это уже было потом...

– Аринка, что случилось?

Всхлипнула, громко потянув носом, и уткнулась им же в ладонь. И, прежде чем он вылез из машины, упруго поднялась с земли. Обошла машину по кругу, касаясь тёплого капота и каким-то автоматическим движением отряхивая штаны.

– Обидел кто?

– Не важно. Поехали на откос, а?

– Прямо сейчас?
– растерянно.
– А ужин?

– Тебе шашлык купим, - девушка пожала плечами, усаживаясь в салон. Хлопнула дверью, поморщилась - слишком громко - и отвернулась к стеклу.
– А я есть не хочу.

Пауза. Тихая вечерняя погода, где-то поблизости лает собака, приглушённо доносится шум с шоссе, и достаточно явно - голоса ссорящихся людей. Вот открылось какое-то из верхних окон и можно уже различить слова ссорящихся... Арина ещё больше отвернулась, почти уткнувшись носом в стекло.

Рокот заводящегося мотора разом заглушил крики. Пока Саша разворачивал машину, девушка смотрела, как вертится под колёсами земля, укатанная площадка сменяется засохшей грязью со следами шин и, наконец, асфальтовым покрытием. Проезжая через город, оба молчали. Арина думала о чём-то своём, Саша с напускным усердием следил за дорогой. Впрочем, на самом-то деле напускным оно не было - просто он не умел иначе показать, что не станет лезть, куда не просят.

За это она ему была благодарна. Потому что когда перед глазами колышется мокрая пелена, и надо её куда-то деть, сморгнуть осторожно и незаметно вытереть кончиком пальца, разговаривать не хочется. Столько стараний зазря: голос ведь сразу выдаст, с головой...