Чтение онлайн

И надо отметить, что насильно доходящее до нас при означенной психоотвернувшести - оно фактически тоже оказывается бегущестью чего-то непонятного, касающейся нас. Только что ощущающейся уже не внутри тебя, а снаружи. И исправно оказывающейся "бодрым голосом в общем хоре".

То есть время - как что-то ощущаемое - есть продукт недоощущаемости, к которой (вместо полноценной ощущаемости!) человека приводит его психоэнергетическая недостаточность. Недостающесть развёрнуто "просечь" некую происходящесть - из составляющих его существование, - отчего та "просекается" лишь в виде являемости нашей себе факта "чего-то где-то происходящести, когда в самом принципе не ведаю, чего и где". И даже нет - понятие "происходящесть" в некоторой степени неявности содержит в себе понятие "время", поэтому лучше будет сказать - некой случаемости. Чего-то где-то случаемости, в принципиальной неясности, чего и где. При некоторой ясности, однако, что то случаемость, имеющая место относительно нас в связи с пространством.

Тут уместно добавить, что образ бега, на котором замешано у нас квазиощущение времени, не является единственно возможным. Вжиться в гештальт времени поглубже, так возможно получить квазиощущение постоянной напираемости чего-то на нас неизвестно откуда. Непрерывной подступаемости и берущести, так сказать, за глотку - сразу со всех сторон. Это как раз психофизическая слабость наша являет себя нам! Активно отказывая в некосвенной воспринятости дополнительной пространственной мерности, на которую - в её работе на движение - мы в безотчётности невольно замахиваемся.

Но, повторюсь, косвенная воспринятость такой мерности будет, даже если вы её и не захотите. Если нечто уж предъявлено восприятию, то оно обязательно будет воспринято - так или иначе. Нет психосилы на прям'oе воспринимание, то будешь воспринимать хоть отсутствие у себя той воспринятости, но что-то в связи с тем предъявленным да будет восприниматься!

Итак, полностью увильнуть от воспринятости чего-то себе через жизнь предъявленного - невозм'oжно при включённом восприятии. А оно у человека постоянно - в непроизвольности того - включено, если только он не йогин в медитации, достаточно далеко зашедшей. Пускай, значит, самым неожиданным образом, но воспринимаешь-таки предъявленное своему восприятию. То, перед чем его невольно поставил. Так уж мы устроены. И работа дополнительной мерности пространства - тут не исключение, раз уж мы именно пред ней поставлены - как задействованностью в личном бытии. Хоть восприятийно смутное, но что-то у нас от работы этой да присутствует - под маркой времени: частью как продукт самовосприятия, но частью, в глубине, таковым продуктом даже и не являясь.

Но напрямую не замечаем движенья, происходящего в мире за счёт психонеосвоенной нами мерности! И вот тут необходимо отметить, что при обычном (ну, видимом) перемещении материального предмета - до некой степени всё как раз наоборот: незамечаем нами его фактический в лице того покой. Ведь предмет тот, согласно следующему, четвёртому постулату, прежде всего эфир, а эфир - весь относительно всего себя - всегда стоит на месте. Всегда стоит, ежели подходить к нему по самому большому счёту! Потому-то и является нам в нашей субъективности, что перемещение того предмета происходит через посредничество времени (читай: фикции!), ибо только через посредничество фикции может быть то, чего фактически нет. Ну, чего нет согласно более высокой инстанции подхода.

Что ж, одинаково не замечаем и необычного движенья, происходящего за счёт психонеосвоенной нами мерности мира, и фактическости покоя обычнодвигающегося предмета. Две стороны одной медали, которую являет нам наша психика! Являть такую "медаль" - навязано ей текущею эпохой (в смысле, что так уж последняя воспитывает нас).

Возможен ещё вот какой вариант объяснительной стилизации. Незамечаемое движение пространства меняет глазам не видимое, но существующее обрамление нашего предметного окружения: не успели, что называется, предметы побыть для нас на фоне одного пространства, как стали расположенными на фоне другого - нового, сменившего старое (ну, оттеснившего его от нас). И так непрерывно, потому что пространство непрерывно же "течёт" - из-за вселенской расширительности. В новом же пространственном обрамлении предметов мы вынуждены восприятийно восстанавливать их прежнюю конфигурацию, что и делаем, значительно тратясь на подсознательном уровне. От того, однако, постоянно отворачиваясь - будто ничего и не восстанавливали. Поскольку никаких пространственных изменений вокруг нас вроде нет - согласно бытующему в нас суждению, подкрепляемому прямой восприятийностью (которая на самом деле - недовосприятийность). То есть - в воплощение такой логики незаметно заставляем себя невидимое новое пространственное обрамление считать прежним, отчего его фактическая непрежнесть и предстаёт (ну, умудряется вопреки нам предстать хотя бы этим!) - предстаёт какой-то смутной невидимой набежавшестью на нас чего-то, которая с другой стороны выступает чего-то такого же от нас убежавшестью, а уж мы всё это вместе и называем себе временным феноменом. То есть "бегущесть" как свойство при времени - мы провоцируем сами, того не понимая, что провоцируем! Сами, перманентно утверждая себе отсутствие присутствующего пространственного смещения, несущего новое пространственное наполнение нашему предметному быту. Так что она вот чем оборачивается, непрерывная-то необходимость привыкать к тому же предметному расположению при новом (ну, в новом) пространственном обрамлении, когда "в упор не видим" той новизны.

Скажем ещё так. Как-то (сами не ведая, как!) ощущаем, что в лице пространственного окружения нечто от нас уходит, в слитой с тем ощущением недопираемости, чт'o именно. Во что же ещё может этакое ощущенчески оформиться, как не в "убегание чего-то от нас сквозь нас", которое мы и понимаем временем?

Ощуренность лишь самого факта чего-то для нас происходящести - при неощуриваемости, чт'o конкретно происходит: чем такое способно нам предстать, кроме как некою вроде как бегущестью чего-то рядом с нами, коли понятие "происходящесть" маркирует наиболее неспецифическую форму движения, а понятие "бег" есть самый ходовой (потому что опредмеченный) образ движения?

Окрест что-то неуловимо меняется, то бишь - движется от одного вида к виду другому, а это для подсознания, с его простотой, значит: что-то куда-то бежит. Тогда чем, как не бегом, будет для нас характеризоваться время, ежели именно под временем мы понимаем подобные неуловимые окрестные изменения?

Итак, что-то такое невидимое вокруг нас происходит. Или даже сказать - нечто невидимое с н'aми происходит, в привлекаемости окружной пространственности. И из-за нашего неправильного внутреннего поведения по отношению к тому - оборачивается в нас чем-то, что мы, не особо задумываясь, называем ощущением времени. Которое на поверку - ощущение лишь обозначительное, то есть имеет лишь фигуральное отношение к категории "ощущение". Такие дела...

Чт'o это за "происходящесть с нами", теперь, однако, известно: непрерывная разрастаемость окружающего нас пространства, как движение недоматерии на базе дополнительной - четвёртой - миромеры!

То есть что? Упоминавшаяся третья, самая внутренняя составляющая пресловутого "бега времени" - это недоэкстрасенсорная ощущаемость каждым вселенской разрастаемости пространства, только и всего. Недоэкстрасенсорная - в смысле умудряющегося в нас остаться от полноценной - но подспудно в неразумии отбрасываемой!
– экстрасенсорной ощущаемости той разрастательности. Внутренне отбрыкиваемся от разрастательности - из-за подсознательного недержания себя в экстрасенсорном качестве! И не забывать, что такая "внутренняя отбрыкиваемость" тоже как-то там у нас психоотображается (а именно, ощущается в порядке неизбежного самовосприятия), и отображённость та поступает одной из складывающих компонент в огульное ощущение времени. Оказываясь в нём самой внешней компонентой. С тем что в нём уже присутствует компонента упомянутой недоэкстрасенсорной ощущаемости.

Наговоренное об недоэкстрасенсорной ощущаемости объясняет всем известную однонаправленность временн'oго бега: вселенское пространство ведь неизменно только прибывает, вот такая неизменность, хоть как-то да воспринимаясь нами (ну, восприятийно отображаясь в нас), и оборачивается ощущенческой "анизотропностью" в нашей создаваемости себе феномена времени.

Когда Вселенная своим вакуум-пространством начнёт ужиматься, неуловимо изменится и огульное ощущение времени у человека! Внешняя его составляющая (в лице нашей воспринятости себя психопробегающим мимо чего-то, невидимо происходящего с пространственностью) останется тою же, а изменение - оно за счёт изменившести внутренней составляющей, что в лице экстрасенсорной воспринятости происходящего в жизни по линии четвёртой миромеры. Сейчас живём в экстрасенсорном ощущении пространственного подъёма, тогда будем жить в экстасенсорном ощущении пространственного падения (которое прошу не спутать с ощущением падения в пространстве).

Загвоздка в чём? В недержании каждым из нас себя экстрасенсом! В смысле получания психикой ощущения от мира (или лучше бы сказать - от жизни?) непосредственно, а не посредством какого-либо из пяти органов чувст. Такое возможно! Чт'o бы о том ни говорили. Ибо эта наша - в порядке выступания телесной плотью - находящесть в физическом мире есть попросту надевшесть на себя - нами как душами - так называемых плотных оболочек, которые тем самым - как элемент фактически себя!
– и способны мы ощуривать без какого бы то ни было посредничества. В частности, не посредством органов чувств. А просто прямо! И поскольку каждая такая "оболочка" - какая-либо грань мирофизичности, как ясно, то отсюда вам и пожалуйста... Итак, загвоздка в недержании каждым из нас себя экстрасенсом. Оттого и испытываем пресловутый временной фантом - вместо ощущаемости нарастания вокруг нас пространства. Узнать же о наличке этого нарастания - как того, что человеческую экстрасенсорность сильнее всего тормошит, да узнать, во-вторых, что ты, хочешь того иль нет, а экстрасенс (хоть как-то там - куцым образом - да воспринимаешь же это нарастание как природное явление, что мы уже описывали, - а глазами его, между прочим, не ощутишь - имеется в виду самим по себе, а не по результату типа разбегания галактик), значит сделать по жизни половину сакраментального шага, располагающую сделать пол-шага ещё: напрямую (а не косвенно, повторяю, через галактики) заметить пространственную прибываемость в районе себя (ну, своего тела). То есть в экстрасенсорности, и так уже имеемой, окончательно утвердиться! Дабы не быть чем-то подобным пассажиру, испытывающему тошноту по пролётах самолёта через воздушные ямы. Лётчик тошноты в подобных обстоятельствах никогда не испытывает: сигналы вестибулярного аппарата о провале в яму синхронно дополняются (подкрепляются, объясняясь!) зрелищем того падения - оно зрительно выявляется по отношению к земле, а ещё лучше - облакам. Пассажир же такого зрелища лишён, участвуя в полёте пассивно (то бишь видя лишь внутренность кабины). Потому его и тошнит от сигналов вестибулярки: последние, так сказать, зависают в нём сами по себе, ничем не объяснённые, не обоснованные, тем приобретая статус дезординарности, имеющей право вызывать реакции типа тошноты. Пресловутое наше "ощущение бега времени" - в чём-то такая вот тошнота! Смешанная с одиноко "зависшими" ощущениями непосредственной касаемости пространства. С ними как продуктом работы неспецифического ощущенческого канала.

Нечто подобное тошноте в самолёте - у нас как пассажиров Вселенной! Абсолютно - в восприятийном плане - избавиться от пространственного прироста мы не можем, а дать, коль так, себе труд в восприятийной адекватности иметь его - мы не даём. Тем оставаясь именно лишь "пассажирами" Вселенной. У которых "захватило дух" от её пространственной расширяемости, в ощущенческом плане себе отмечаемой лишь крайне неспецифически (а значит - непонятно, раздражающе). Тогда как надо бы каждому быть пилотом корабля под названием "Вселенная"!