Чтение онлайн

То есть что? Доплеровский эффект мы действительно наблюдаем у света - испускаемого если не космокораблями, то другими космическими объектами, и можем этот эффект смоделировать на других (помимо света) поперечных волнах - типа водяной на поверхности озера. У которой тогда же (ну, в сопряжённости с тем моделированием!) наглядно демонстрируется независимость скорости, измеряемой к озёрной поверхности, от скорости относительно той поверхности у её материального испускателя. Что предрасполагает думать о реализуемости природой и независимости скорости света от скорости его мат. излучателя в пространстве. Вот для опыта Майкельсона - Морли мы и выбрали трактовочный вариант с такой независимостью. То есть первый против четвёртого, в котором такой независимости как раз нет.

Ещё раз. Коль свет волна, то не должен - относительно среды распространения - зависеть в своей скорости от испускателя, "буферясь" в том той средою. Как мы это продемонстрировали на аналогии. Соответственно и выбираем - из двух оставшихся - тот вариант трактовки, где не зависит, уверенные в волновой природе света, а прилагающееся там к независящести отсутствие "эфирного ветра", вроде бы указывающее на отсутствие переносящей свет среды, так необходимой ему для этой независимости, надо как-то "скушать" - как внутреннее противоречие этого варианта. Ну, теоретизационно ассимилировать, что мы и проделаем чуть ниже, сначала коснувшись четвёртого варианта - на тот же предмет внутренней противоречивости.

Действительно, четвёртый - как другой соответствующий результатам вариант - по-своему тоже внутренне противоречив. И тоже в неявности того на первый взгляд. А именно: есть "ветер", значит есть эфир - как переносящая среда; но если есть переносящая среда, то у скорости прохода по ней вызываемого в ней волнового явления - не должно быть зависимости от скорости вызывателя, как мы уже демонстрировали на аналогии; зависимость же такая, согласно сему варианту, как раз имеется! Пусть, кто хочет, попытается преодолеть эту внутреннюю противоречивость четвёртого варианта, как мы собираемся преодолеть подобную у первого варианта. Тут охотнику придётся перечёркивать волновую природу света, а поскольку мы в ней уверены, то и не тратимся на возню с означенной противоречивостью, работая лишь с первым вариантом.

Так что хитрость в среде, в которой светоиспускатель - лишь вызыв'aет свет, а не то, чтоб он его ей от себя передавал. Откуда и независимость светоскорости от скорости испускателя... Другими словами, в лице испускаемости света мат. телом - лишь возмущаемость некой среды тем телом, то есть производство её возмущённостей, а не имение им дела с готовыми возмущённостями - в лице какого-либо воздействия на них, и потому состоянием своего движения (как тем, что как раз определяет характер его воздействия на что-либо другое) тело не определяет состояние движения света, отдавая сию прерогативу той среде. Будь иначе, то бишь производи тело свет в виде отделения каких-то своих частей, которые в совокупности становятся его, света, линией (то есть состои свет из настоящих корпускул, которыми стреляет в мир то тело), тогда наоборот - скорость его не могла б не зависеть от скорости источника.

Но возвращаемся к первому варианту. Для порядка повторяясь в уже сказанном - по возможности неспецифичней. Независимость - для стороннего наблюдателя - скорости испускаемого от скорости испускателя - атрибут волновой природы испускаемого. Точнее, такая независимость есть атрибут наличия у испускаемого переносящей среды, но поскольку среда колебательное воздействие на неё передаёт по себе волною, то мы и говорим об атрибутивности той независимости волновой природе. И так как свет несомненно волна, то мы попросту вынуждены выбрать первый вариант теоретически возможной происходящести в опыте Майкельсона - Морли - там как раз подобная независимость. (А что до сути колебательного воздействия на среду, то и здесь пригодится на будущее более неспецифический подход: такое воздействие - попросту возмущаемость среды в какой-то её локали. Возмущаемость, соответственно порождающая средовозмущённость, распространение которой - средою по себе - как раз и оказывается волною.)

Но встаёт, как уж отмечали, внутреннее противоречие первого варианта. Требование обязательного присутствия переносящей свет среды - при факте вроде бы необнаруженности эфира как такой среды (мол, отсутствие эфирного ветра указывает на отсутствие эфира!). Из чего выходим поиском такой среды специально как чего-то, способного существовать без оборачиваемости нам "ветром" в нашей двигаемости по пространству. То есть, не отказываемся от посылки существования светопереносной среды, а попросту ищем т'y её форму, что адекватна результату эксперимента. Ищем вопреки кажущейся невозможности найти. И поначалу - вроде как взам'eн "зарезанного" тем майкельсоновским результатом эфира. В поиске сразу отставляем новомодные штучки-дрючки типа "сам себе среда". Которые есть просто благовидное уклонение, позволяющее "и волкам быть сытыми, и овцам целыми". И свет без переносящей среды как бы не оставляет, и светоносный эфир упраздняет, тем "не нарушая" результата опыта Майкельсона - Морли. Это, конечно, не путь, вот мы и искали настоящую светопереносную среду - только уж в необходимой - для такого как свет суперклиента - её особости сравнительно с прочими природными средами. Особости, из-за которой стоит говорить не столько о переносящей среде, сколько о переносящем явлении. То есть подходить на ступень шире! И вот в русле такого подхода нашли нужное - оно оказалось чем-то замешанным на эфире. Пока выразимся так. С добавлением, что эфир сей - уже "другой". Ну, как понятие более близкий к тому настоящему чему-то, что есть в этой связи в природе, - сравнительно со старым эфиром. Теоретизационно менее инфантильный, нежели тот изначальный эфир теоретиков от физики семнадцатого-восемнадцатого века. Благодаря этой его неинфантильности как раз и выходит, что одинаковость замеров по плечам инетерферометра, получившаяся у Майкельсона с Морли, оказывается боле неспособной трактоваться как его отсутствие.

Пройдёмся ещё раз. Нет переносящей среды, тогда между испускателем и испускаемым нет посредника, который скорость первого в акте испускания "берёт на себя", тем аннулируя для второго. Ну, ассимилирует в себе, к испущенному не допуская. В порядке первого варианта, который мы вынуждены были выбрать, свет нуждается в таком посреднике. Но вариант запрещает последнему производить из себя "ветер", сказывающийся на ходе света относительно Земли. Ну, в смысле, и чтоб сам из себя его не производил, и чему бы то ни было не давал производить (например, движению материальных тел в виду себя). Не отдавал, стало быть, чтоб себя тому их движенью в качестве "сырья" для такого производства. Подобного (ну, исполняющего запрет) посредника свету мы нашли! Взяв старый в новом обличье. Хотя, если честно, от старого - образца восемнадцатого-девятнадцатого веков - осталось фактически одно название: эфир. Да и то древнее (Ньютон ведь его не выдумал, а просто почерпнул из эзотерики былых веков, будучи не чужд оккультизму, - так что всё его новаторство - во вводе старой оккультной истины в современную физику; ну, в попытке ввода...).

Заново найденная среда, а точнее, получившееся у нас под понятием эфира, тянет больше на понятие квазисреды. Поскольку свет нисколько (!) уже не предстаёт по-старому, теоретически негибко - в виде идущести в некой "сплошной среде", которая его "со всех сторон окружает". Тем не менее, новый посредник вполне исправно "берёт на себя судьбу" зачинающегося луча, слито с актом его возникновения отделяя от производителя (то бишь испускающего мат. тела со всеми его скоростями и прочими характеристиками). Отделяя и тем определяя его скорость всецело своими внутренними характеристиками. А теперь можно выразиться и "в лоб": такой переносчик света – граница раздела меж пространством и эфиром.Подобный характер светового переносчика автоматически снимает вопрос эфирного "ветра" для движущихся в пространстве материальных тел.

Майкельсон и Морли, сколько нам известно, верили в "эфирный ветер" и чаяли его обнаружить. Эйнштейн же с радостью подхватил отрицательный результат, страктовав его как отсутствие эфира вообще. На мой взгляд - опрометчиво! Отсутствие эфирного ветра - по законам логики это ведь не обязательно "нет" эфиру. Это может быть сначала "нет" нашим представлениям об эфире. Тем самым, по которым эфир связан с понятием эфирного ветра. Ну, в смысле, согласно которым движение мат. тел по эфиру обязано оказаться для них таким "ветром". Не знаю, отдавал ли Эйнштейн себе отчёт в существовании этой логической ступени. Возможно, что и отдавал, но пересилил подспудный еврейский прагматизм: мол, так проще будет.

Меж тем, базовая часть того, что в то время понимали под эфиром, незаметно для понимавших была продуктом "плоскопараллельного" мышления. Попытка мат. тела своим движением в физическом пространстве вызвать на себя "эфирный ветер" - аналогична попытке движением по полу наехать на потолок. Сколько ни двигайся в плоскости пола, на потолок не набежишь ни на йоту. Как, впрочем, и не отбежишь от него. Вот что должны были понимать физики того периода! А уж заодно и то, что попытка мат. тела сменой направлений и скоростей своего физпространственного движения по-разному набегать на эфир (ведь только изменение набегания на него меняет "эфирный ветер", если тот дует на тело из-за набегания) - аналогична попытке метаемостью по полу изменить характер своей соотносимости с потолком. Сколько ни меняй направление и скорость движения в плоскости пола, продвигаемости на потолок это тебе не откроет, равно как и продвигаемости от потолка.

Пребывая в эфире, движешься, тем не менее, не в нём, а вскользь него. Фактически, то есть, не пребываем в эфире, а к'aк бы пребываем. Выступая лишь прикоснутыми к нему! Задвигавшись в пространстве, надвигаешься не н'a эфир, а неявно уходишь по касательной к нему. Перемещаешься постоянно только по касательной, вне зависимости от направления своего пространственного движения. То есть хитрая штука: относительно эфира движешься - это есть, да, ещё бы такому не быть, ежели брать вообще, но это виртуальная относительность, а фактически, так соотношение своё с ним н'e меняешь. Поскольку всегда он не вокруг тебя, а лишь пред тобой - как некое целое, у которого ни начала, ни конца...