Чтение онлайн

– Что значит, ты работаешь с ними? – пристально взглянул на него Межуев. – Что они от тебя хотят?

– Я не стал уточнять, но догадываюсь, о чём идёт речь. Слышал от коллег о таких вещах, – приглушив голос, ответил Гайдуков, многозначительно взглянув на старого друга. – Если честно, мне даже разбираться не хочется, что именно они мне предлагают и на каких условиях. Меня сам факт возмутил, что они мне выбора, по сути, не оставили. Или я соглашаюсь и оказываюсь повязан и замазан по самую макушку, рискуя быть разоблачённым в любой момент правоохранительными органами. Или не соглашаюсь и сразу попадаю в какие-то неприятности, возможно, крупные, смотря что им удастся сфабриковать против меня.

– Чёрте что! – воскликнул Межуев и поднялся с лавки. – Как это возможно? Почему они уверены, что ты не обратишься к тем же правоохранительным органам?

– Да брось, Володь, – пошёл за ним следом Гайдуков. – Кто будет связываться со своим районным начальством ради директора средней руки фабрики? Поверь, никто не будет. Им проще меня закрыть по их указке, что они и сделают, не задумываясь.

– Чёрте что! – возмущённо повторил Межуев. – Совсем распоясались! Надо в УВД Москвы обратиться!

– Если успею. Из КПЗ это будет затруднительно… От меня ответ ждут, Володь. Я должен им что-то сказать…

– Не дрейфь! Мы войну прошли! Мы фрицев на штыки подымали! Что мы, кучку зажравшихся упырей к ответу не призовём?

– Не дрейфь… Это тебе не фрицы! – решил подлить масла в огонь Гайдуков, видя, что добился от Межуева нужной реакции. – Это ж свои, коммунисты… Волки в овечьей шкуре! Да кто мне поверит?

– Давай мне все контакты. Кто приходил, от кого приходил… Не волнуйся, разберемся, рычаги найдутся. Меня больше бесит, что такая ситуация у нас вообще возможна…

Святославль.

Рабочий день давно закончился, а Руслан всё ещё был на работе. Пришлось повозиться с машиной, но теперь он был спокоен за свою ласточку. Беспокойство за машину отпустило, но ярость на Левичева за его паскудный поступок и возмущение остались.

– Встречу, морду набью! – твердо решил Руслан, заводя машину.

Он приехал домой с опозданием на полтора часа. Настя уже вся извелась и расплакалась, когда он подъехал к воротам.

– Где ты был? – сквозь слёзы спросила она, выбежав к нему навстречу.

– Машиной на работе занимался.

– А что ж не позвонил?

– Куда?

– На работу мне.

– Я что, знал, сколько провожусь? – начал опять злиться Руслан на Левичева. Мало того, что он сам перетрухал сегодня, увидев сахар вокруг горловины бензобака и полдня промывал всё, до чего добрался, так ещё и жена перенервничала из-за этого. Небось, решила, что в аварию попал на новой для себя машине…

Он обнял жену и направился к дому. Хотелось помыться, поужинать и лечь спать. Ещё очень хотелось Левичеву набить морду…

Ужин пришлось заново разогревать. Пока он отмывался, Настя, как раз, всё успела. Он сел за стол, благодарно взглянув на неё.

– Что случилось? – услышал он голос матери из соседней комнаты, когда Настя ушла туда.

– С машиной что-то было, – уже успокоившись, ответила Настя, и повела Маришку умываться перед сном.

Не успел он доесть свой ужин, как к нему за стол подсела мать.

– Руслан, а что с машиной? – с искренним беспокойством спросила она.

– Уже ничего, – устало ответил он. – Левичев, сука, перед тем, как мне машину отдать, сахара в бензобак насыпал, урод! Полдня сегодня промывал… Встречу, ноги выдерну!

– Ну надо же, какой мерзавец! – потрясённо прошептала Оксана.

Москва. Квартира Ивлевых.

– Поль, Ирина Леонидовна, выручайте, бабоньки, миленькие! – взмолился Загит. – Аннушку дочка опять до слёз довела, обвинила в предательстве отца… Насилу успокоил, но настроение у неё совсем непраздничное…

– Эх, маленькие детки – маленькие бедки! – глубокомысленно заявила Ирина Леонидовна. – Надо её попросить нам тут помочь, как будто мы тут не справляемся. Скажешь ей?

– Скажу, – с готовностью ответил Загит.

– А дальше мы сами разберёмся, – подбадривающе улыбнулась ему Аполлинария и пошла на кухню. – Сейчас чайку поставим…

– Ксюша сегодня такой торт испекла, – поднялась Ирина Леонидовна и позвонила к себе в квартиру, – на сметане. Только попробует и сразу всё забудет.

– Спасибо, бабоньки! Сейчас я вам её пришлю, – обрадовался Загит.

Святославль.

Распираемый чувством праведного гнева, Руслан никак не мог успокоиться. Но все же от идеи бить морду Левичеву отказался. Скользкий тот, как рыба в воде, повернет все потом так, словно сам он не виноват ни в чем, а его, Руслана, милиция возьмет в оборот за нападение на честного человека. Но и оставить такую подставу он тоже не мог без ответа. Вспомнив, что они с матерью и женой сдали Левичеву все ключи от квартиры, кроме запасного комплекта, что оставался у него в доме, он решил Левичеву тоже устроить какую-нибудь подляну. Тот пакостит, значит, и ему нужно тоже напакостить. И идея быстро пришла в голову.

Интересно, а замок в трёшке он уже поменял? – подумал он. – Хорошо бы там яйцо тухлое где-то оставить…

Он достал из холодильника яйцо, вспомнив своё хулиганское детство, погрел его в тёплой воде некоторое время, аккуратно проковырял иглой дырочку в скорлупе и пошёл на улицу Ленина, прихватив запасной комплект ключей от трёшки.

Ещё не поздно, – рассуждал он по дороге, – если там кто-то остался на ночь, свет будет хоть где-то гореть. Да и даже если без света кто, всегда можно сослаться на то, что что-то забыл забрать из квартиры.

Изучив окна своей бывшей квартиры, Руслан убедился, что там никого нет и поднялся на третий этаж. Замок остался старый и он легко проник внутрь. Включать свет он не рискнул и ждал некоторое время на пороге, пока глаза не привыкли к темноте.

Куда же спрятать яйцо? – огляделся он по сторонам и тихонько прошёлся по всем комнатам. Убедившись, что в квартире, кроме него, никого нет, осмелел.

Шаги эхом разносились по пустой квартире.

Яйцо не иголка, за обои не заткнёшь, – с сожалением думал Руслан и вдруг взгляд его упал на антресоли. Там в одном месте, в бруске, отец когда-то сделал тайник для денег и прятал в нём свёрнутые в трубочку купюры. – Интересно, а яйцо туда влезет?

Как назло, в квартире не осталось ни одной табуретки. Они вывезли всё. Мать принципиально забрала всё, и нужное, и ненужное, лишь бы Левичеву не оставлять.

Руслан открыл антресоли и подтянулся. На одной руке держался, второй шарил в темноте в поисках тайника. Наконец он нащупал его и прикинул, что яйцо может поместиться.

Лишь бы не передавить, – думал он. – И лишь бы антресоли выдержали.

Но всё обошлось, и антресоли не обрушились под его весом, а яйцо кое-как вошло в тайник. Уже спускаясь по лестнице, Руслан почувствовал прилив адреналина и вспомнил, как тряслись от напряжения руки, когда он запирал квартиру.