Чтение онлайн

Я встречаюсь и взаимодействую с людьми, генерирующими идеи противоположных лагерей, исламистами и «мусульманскими демократами», а также всеми, кто находится между этими крайностями. За свою жизнь я научился понимать глубокое различие между двумя тенденциями в том, что некоторые называют «политическим исламом», а я описываю более точным понятием «мусульмане в политике».

Исламисты и их радикальный вариант, джихадисты, находятся на самом краю движения, стремящегося к возвращению империй. Эти люди хотят восстановить Халифат, в котором будут жестко соблюдаться законы шариата. Исламисты проявили способность адаптироваться к геополитической ситуации и создали партии и программы, которые на первый взгляд выглядят как партии и программы, рассчитанные на выборы, но как только победа на выборах достигается, эти партии быстро уступают место режимам, управляемым исламистами. Существует и другой вариант авторитаризма – баасизм, который балансирует между абсолютизмом и уступками международным стандартам. Однако в конце концов все варианты авторитаризма стремятся к поддержанию равновесия между неприятием оппозиции и восстановлением Халифата. И все-таки есть мусульмане, родившиеся и воспитанные в исламских обществах, но пришедшие к выводу, что Халифат и его орудия – дело прошлого, что человечество должно выйти за пределы религиозных империй – в значительной мере так, как христианские гуманисты преодолели пределы «христианских империй» и вступили в светскую эпоху истории.

Христианам удалось отделить веру от государства, хотя содержащиеся в их религии ценности по-прежнему направляют многих жителей Запада, в том числе и в политике. В современном светском мире правительства и международные организации не представляют какие-то религии и не руководствуются ими. Мусульманские гуманисты, работы которых появлялись на многих стадиях истории ислама, сходным образом утверждали (хотя при этом сталкивались с большими трудностями), что общества могут черпать вдохновение в организованных религиях, но не должны быть связаны волей духовенства. Некоторые называли таких людей реформистами, поскольку они должны были осуществить реформу официальной версии исламской истории, в которой главную роль играл Халифат, другие – гуманистами, светскими мыслителями и даже республиканцами. В пользу всех этих названий можно привести веские доводы, но последней линией, отделяющей этих людей от массы мусульман, является демократия.

Воззрения мусульманских демократов столь же разнообразны, как и воззрения поборников демократии во всех других культурах. Мусульманские демократы могут быть либералами, консерваторами, социалистами, националистами, феминистами или защитниками окружающей среды, но все они верят в высшие ценности международного права, во всеобщие права человека, в равноправие женщин и плюрализм. Именно эти убеждения отличают мусульманских демократов (активистов, политиков, законодателей, лидеров, молодежь, женщин, интеллектуалов, представителей других общественных групп, существующих в странах, где мусульмане составляют большинство населения, особенно в странах Ближнего и Среднего Востока) от прочих политических сил.

После вашингтонской конференции, посвященной проблемам демократии на Среднем Востоке, у меня была возможность принять участие в работе нескольких форумов и конвентов мусульманских демократов. По большей части, такие мероприятия проходили в США, но нередко их проводили и в Европе. Участвуя в этих форумах, я все больше и больше убеждался в том, что единственная по-настоящему моральная и политическая сила, способная осуществить изменения, – диссиденты, восстающие против исходящих со Среднего Востока тоталитарных идеологий. 3 марта 2007 г. в г. Сент-Питерсберг, штат Флорида, прошла конференция мусульман-диссидентов «Светский исламский саммит». Одним из результатов этой конференции стала декларация, призывающая к реформе в исламском мире. В ходе заседаний, на которых я сделал доклад о международном праве как общем знаменателе демократических программ на Среднем Востоке, выступающие высказали разные мнения о том, как следует бороться с авторитарными режимами. Если такие делегаты, как Тафик Хамид и Зухди Джассер, отстаивали реформы в рамках существующих религиозных и политических институтов, другие делегаты, например Ибн Варрак и Вафа Султан, призвали к полному отказу от теологической борьбы. Диссиденты едины в неприятии идеи современного Халифата, но между ними нет единства мнений относительно способов осуществления преобразований. Такое отсутствие единства мнений – вполне естественное явление для стана оппозиции1.

На саммите в Сент-Питерсберге мне удалось побеседовать со многими лидерами диссидентов и спрогнозировать воздействие, которое окажут провозглашаемые ими идеи. Вафа Султан, которую я впервые встретил на этом форуме, но выступления которой на Аl Jazerra уже видел, выступает за «борьбу за самую суть». Как она сказала мне, «вопрос в действительности упирается в основы исламской теологии и в то, как исламские правящие круги используют эту теологию в целях увековечивания своего господства». Ибн Варрак разрабатывает учение о том, как власть породила «исламский империализм»2. По его словам, диссиденты в исламском мире организуются так, словно живут в эпоху, предшествовавшую Просвещению. Тафик Хамид, с которым я тоже впервые встретился на саммите, отстаивает подход, который выражен теми же словами, но дает им иную интерпретацию. Он сказал мне: «Можно использовать те же самые параграфы теологических текстов и с их помощью опровергнуть джихадизм». Зухди Джассер сосредоточивает внимание на демократическом образе жизни Америки как ответе на исламистский вызов. Девиз Джассера – «Можно быть мусульманином, не будучи при этом исламистом».

В принятой в Сент-Питерсберге декларации содержится призыв к отказу от религиозных запретов. Вместо того чтобы цепляться за религиозные тексты и пытаться дать им новое толкование, авторы декларации призывают к переходу на позиции глобального гуманизма. Декларация положила начало дискуссии в диссидентских кругах исламских стран.

Летом 2007 г. в Праге состоялась гораздо более представительная конференция «Демократия и безопасность», в работе которой приняли участие многие диссиденты из стран Среднего Востока. Несколько европейских интеллектуальных центров пригласили десятки публицистов и активистов демократического движения на Среднем Востоке 5 и 6 июня 2007 г. выступить на международном форуме, в работе которого приняли участие политики, интеллектуалы и СМИ. В работе форума приняли участие многие мировые лидеры, в том числе президент США Джордж Буш, президент Эстонии Томас Хендрик Ильвес, бывший президент Чехии Вацлав Гавел, бывший премьер-министр Испании Хосе Мария Аснар, а также многочисленные законодатели, дипломаты, бывшие и нынешние диссиденты из стран бывшего советского блока и других районов мира, в том числе сенатор Джозеф Либерман, бывший советский диссидент Натан Щаранский, шахматист и политик Гарри Каспаров. Среди участвовавших в работе конференции деятелей из стран Среднего Востока были активист из Палестины Бассем Эйд, член иракского парламента Митхал Аллуси, лидер иранских студентов Амир Аббас Факхравар, ливийский диссидент Мохаммед аль-Джахми, сирийский реформист Фарид Гхадри, активист египетского правозащитного движения Саад аль-Дин Ибрагим, живущий в изгнании член сирийского парламента Маамун аль-Хомси, наследный принц Ирана Реза Пехлеви и иранский политэмигрант Мохсен Сазегара3.

На тот момент Пражская конференция была самой впечатляющей демонстрацией солидарности диссидентов. Я видел, с какой страстью активисты демократического движения на Среднем Востоке выражали свои взгляды. Особенно ярко выступили ливиец Мохаммед аль-Джахми, брат которого томился в застенках Каддафи; Митхал Аллуси из Ирака (двое его сыновей были убиты террористами в Багдаде); Мааумун аль-Хомси, рассказавший о своем побеге от режима Асада в Сирии, и Амир Аббас Факхравар, рассказавший о борьбе иранских студентов.

Я был удостоен чести встретиться почти со всеми этими борцами и узнать их истории, а также с Вацлавом Гавелом и многими людьми, на собственном опыте знающими, что такое стремиться к свободе при тоталитаризме времен «холодной войны».

Выступая на конференции, я подверг критике нежелание и неспособность международных организаций оказать поддержку тем, кто ведет борьбу за демократию на Большом Среднем Востоке, и подчеркнул, что это нежелание противоречит обязанностям, возложенным на эти организации их членами и теми, кто их финансирует. Я сравнил действия, предпринятые ООН и неправительственными организациями в связи с нарушениями прав человека в Латинской Америке, Азии, Южной Африке и странах бывшего советского блока, с пассивностью, проявляемой той же ООН и неправительственными организациями в исламском мире, в частности на Большом Среднем Востоке. Могущество тоталитарных идеологий начнет уменьшаться только тогда, когда международное сообщество повысит статус диссидентов и демократических движений в странах, большинство населения которых исповедует ислам.

Я имел честь участвовать в работе еще одной важной конференции – форуме, организованном Международным союзом гуманизма и этики для обсуждения проблем так называемой исламофобии и клеветы на религиозные инициативы, поставленных ОИК через своих представителей в Совете ООН по правам человека в Женеве. В панельной дискуссии участвовали два ведущих представителя мусульманских демократов на Западе – член датского фолькетинга Насер Хадер, выходец из Ливана, и Тарек Фатах, выходец из Пакистана, ставший активистом правозащитного движения и диктором на радио в Канаде. «Залп» в здании ООН в Женеве привлек внимание СМИ и многих неправительственных организаций. Конференция, заявленная как «Анализ и обсуждение религии и свободы слова в Совете по правам человека», состоялась 17 сентября 2008 г. Председательствовал на конференции Рой Браун, главный представитель «Международного союза гуманизма и этики ООН». Атаку начал Насер Хадер, один из самых убежденных мусульманских либералов, заявивший: «На самом деле исламисты лоббируют свои взгляды не только по всему исламскому миру. Теперь мы видим, как они ломятся на форумы, на которые следует допускать только людей, имеющих безукоризненную репутацию демократов».

Затем Хадер перешел к сути дела: «Исламистов приглашают на форумы, обсуждающие вопросы, о которых исламисты не могут сказать ничего. Подчеркиваю, абсолютно ничего. Они скажут, что их программы касаются только исламского мира. Но это ложь. Единственная цель исламистов – завоевание всего мира, а не какой-то его части. Подчеркиваю – всего мира. Они готовы вести нескончаемую войну, завоевывая мир по частям. А мы лишь облегчаем им задачу. Мы действуем как ослепленные – и только потому, что организация вроде ОИК говорит: она и только она выступает от имени всех мусульман. Если принять это утверждение на веру, мы окажемся наивными демократами (или, как я называю таких людей, «наивократами»). Мы начинаем думать, что ОИК выступает от имени всех мусульман. Но это не так. ОИК не выступает от имени моих друзей, современных мусульманских демократов, считающих религию частным делом каждого человека, а не открытым рингом, в одном углу которого стоит ислам, а в другом – демократия. По моему мнению, ОИК выступает только от имени своих богатых покровителей из Саудовской Аравии»4.

Тарек Фатах в своем выступлении указал, что «почти все мусульмане живут в условиях диктатуры и угнетения». Он утверждал, что исламисты используют ОИК для легализации политики, которая наносит мусульманским обществам травмы5. В своей речи на форуме неправительственных организаций в Женеве Фатах сказал:

«Не проходит и дня без сообщений о новых страшных нарушениях прав человека, совершенных в отношении мусульман, которые проживают в так называемых исламских странах. Будь то убийства сестер и матерей, отправка предупреждений о смерти, тюремное заключение политических противников или нападение на меньшинства, нам, мусульманам, проживающим на Западе, постоянно напоминают о правах, которыми мы пользуемся в парламентских демократиях как индивидуумы. Жизнь в странах ОИК – вот та причина, которая заставляет миллионы мусульман бежать в Европу и Северную Америку. Мы – живые свидетели пренебрежения стран ОИК к правам человека. В этих странах населением правят люди, считающие, что у них есть Богом данное право править, и верящие в то, что обладают таким правом, а миллионы людей страдают от их господства. Призываю вас не поддаваться чарам кампании, развернутой теми, кто ложно претендует на право выступать от имени всех мусульман и ислама. У них его нет, и их биографии говорят сами за себя.