Чтение онлайн

В штабе царит нервозность. Полковник Грачев, человек с квадратной челюстью, густыми бровями и жёсткими глазами, сидит за столом. Его выражение лица явно выдаёт внутреннее напряжение. Он поднимает на меня глаза.

— Товарищ полковник! — Вытягиваюсь по струнке. — Прибыл по вашему приказу!

Грачев поднимается из-за стола, сложив руки за спиной. Его широкие плечи кажутся ещё шире на фоне тёмной стены кабинета.

Лицо его мрачнее тучи. Брови сведены на переносице.

Кивает.

— Нападение было хорошо спланировано, — чеканит командир, пересекая кабинет из стороны в сторону. — Склад уничтожен. Погибло восемь человек. Один из отрядов, который был отправлен в горы, пропал. Связь с ними потеряна.

Пропал целый отряд…

— Есть информация, кто мог организовать нападение? — холодно спрашивает он своего заместителя — подполковника Ярового.

Грачев останавливается и смотрит ему в глаза.

— Предположительно, Халид. Его подпольные группы давно шныряют в округе, а теперь, видимо, решили действовать по — крупному.

В это время в кабинет входит начальник штаба — полковник Бессмертный. Высокий, с резкими чертами лица и глубокими морщинами на лбу, он известен своей педантичностью и умением разбираться в самых запутанных ситуациях.

— Товарищ полковник, — начинает он, закрывая за собой дверь, — у нас проблемы с восстановлением периметра. Люди деморализованы. Замполит — подполковник Григорьев работает, но пока не особо эффективно. Плюс ремонт оборудования займёт несколько дней.

Грачев недовольно хмыкает.

— И что предлагает штаб? — спрашивает он с ноткой сарказма.

Бессмертный выпрямляется ещё больше.

— Переместить часть в более безопасное место. Тут мы уязвимы. Временное укрытие можно организовать у реки.

Полковник вздыхает. Он явно не в восторге от идеи, но понимает, что действовать нужно быстро.

— Хорошо. Подготовьте план. И… держите меня в курсе ситуации с пропавшим отрядом.

В это время в комнату врывается особист Власов. Подполковник — мужчина с потным лбом и маленькими глазами, которые бегают за стеклами очков по сторонам, выглядит он встревоженно.

— У нас проблема с местными, — выпаливает, не дожидаясь разрешения говорить. — Кто-то слил информацию о расположении склада. Надо провести проверку среди тех, кто был в карауле.

Грачев разворачивается к нему, взгляд становится ледяным.

— Власов, вы же понимаете, что обвинения без доказательств…

— Я не обвиняю, — перебивает особист, вытирая потный лоб. — Но, если мы не найдём источник утечки, такое повторится.

— Берите людей и действуйте, — резко говорит Грачев. — Но без паники и самоуправства.

Власов кивает и поспешно выходит.

Тем временем Бессмертный уже раскладывает карту местности на столе, обсуждая с Грачевым возможные пути эвакуации и способы связи с горным отрядом.

Я всё это время стою в стороне, наблюдая за ожесточёнными спорами. Внутри меня поднимается чувство тревоги.

Что-то не так…

Нападение, пропажа отряда, подозрения в предательстве… Всё это складывалось в картину, которая не даёт покоя.

— Беркут! — голос Грачева выводит меня из размышлений. — Ты идёшь в первую группу на разведку. Надо найти наших. Надеюсь, они ещё живы…

— Есть, товарищ полковник! — отвечаю четко, без колебаний.

В окно заглядывает афганское солнце, жаркое и беспощадное. Я стою перед Грачевым в его кабинете, держусь прямо, в руках держу панаму- афганку. Полковник сверлит меня взглядом.

— Берёшь восемь человек. Справишься? — его голос резкий, без лишних эмоций.

— Товарищ полковник, мне нужно время. Сам буду подбирать. После Коршуна — ни одного случайного человека в группе.

Грачев кивает. Его челюсть напряжена, но в глазах — понимание.

— Сутки. Не больше. И помни, Беркут, за каждый шаг отвечаешь головой.

— Так точно.

Я выхожу из кабинета и направляюсь в офицерскую столовую. Тут же встречаю прапорщиков Колесникова и Гусева. Оба стоят у столовой, поджидают меня.

— Завтра в шесть утра — сбор двадцати человек. Самых их назначу сегодня на построении.Вы оба входите в их число. Будет отбор в разведгруппу. Задача — найти пропавших товарищей. В команде будут только лучшие. Слабых не берём.

Сашка, конечно, не удерживается.

— Беркут, ты бы сразу объявил, что надо прыгать через кольцо с огнём. Экономия времени.

Гусев подхватывает.

— Ага, и чтобы Светка в конце пирожками награждала. Иначе Колесников не выдержит.

Я усмехаюсь.

— Что, Беркут, опять в авантюру вписался? — шутит Колесников, чиркая спичкой. — Или это просто будет прогулка с пулемётом?

Гусев усмехается.

— Пошли, умники! — бросаю коротко. — Надо подкрепиться.

В столовой тихо.

— Кто не выдержит, парни, — покажешь завтра. Может, кто и из вас отсеется.

— Ну, ты Беркут, скажешь тоже! Мы лучшие, — произносит Сашка.

— Вот завтра и докажите.

На утро ровно в шесть двадцать человек выстроились у тренировочной площадки. Смотрю в их лица — некоторые ещё не понимают, что их ждёт. Лица серьёзные, но я вижу в глазах сомнения.

— Начнём с разминки. Бег десять километров. Кто не выдержит — сразу на выход. Я бегу вместе с вами.

Первые три километра идут гладко, темп держу средний. Колесников бежит, как всегда, рядом.

— Беркут, может, на пари? Кто последний — моет казарму?

Гусев рявкает сзади.

— Колесо, если ты будешь последним, я сам приведу всех, смотреть, как ты будешь драить пол в казарме. До блеска, как палубу матросы драят на корабле. Вот развлечение и разговоров будет на весь полк.

Смеются, но в группе уже два человека отстают. На пятом километре один падает на колено, второй начинает задыхаться.

— Выходим, — бросаю без эмоций.

Двое списаны из команды.

После забега — стрельба.

— Строиться всем. На стрельбище!