Чтение онлайн

— Неужели Френк деньги забыл? — ужаснулся Рики, припоминая, что отец Эйвери, насколько ему дали понять, отличается патологической жадностью.

— Деньги-то у него, как оказалось, были, — скривился Артур, — вот только он их сразу не нашел. Мне пришлось расплатиться за всех. Ну и ладно, я уже на все был готов, лишь бы быстрее вернуться. А на улице он нашел потайной карман с кошельком и принялся мне настырно так возвращать. Концерт затянулся, Мирра в конце чуть не расплакалась. Вот такая прогулка.

— Мелани, во всяком случае, было нескучно, — сказала Бетси.

— Мне девчонку жалко. Для нее это первый выход в Хогсмид, — сокрушенно произнес Артур.

— А ты чем так доволен? — проницательно заметила Дора, обращаясь к Ральфу.

Ее оценка настроения гриффиндорского капитана, надо признать, была довольно точной.

— Ты знала, что отец Тиффани приехал опять? — спросил он, хитро ухмыльнувшись.

Собравшиеся в комнате напряглись в ожидании какого-нибудь подвоха. Все знали, что в прошлый раз мистер Флинт приложил максимум усилий, чтоб испортить прогулку.

— Нет! И чему тут радоваться? — не поняла слизеринка.

— А он нас не нашел! — самодовольно ухмыльнулся Джордан. — Вы бы видели, как мы от него скрывались! Супер!

— Игра в прятки по пересеченной местности, — пробубнила Дора.

— Мы решили, что родители не будут портить нам жизнь, — сказал Ральф уже серьезнее. — Ну и ругаться с ними лишний раз тоже не стоит. Вот сейчас, когда мы пришли, ее папаша нас ждал в вестибюле, сердитый весь такой. Ну, я поздоровался и ушел, чтоб не раздражать, а как он к Тиффани сразу стал подлизываться, вы бы слышали!

Мелани в тот день в комнату старост так и не зашла. За ужином, насколько Рики мог заметить, она вела себя, как обычно. Зато Френк умудрился посолить рукав Доры.

— Как хорошо, что Хогсмид бывает не каждый день! — сердито высказалась она, отряхиваясь.

Школьные будни оставались по–прежнему загруженными. Учеба отпечатывалась в сознании Рики, словно сон, который он уже видел. Он мог теперь не без гордости отметить, что получил по некоторым предметам такие знания, которыми Темный лорд никогда не обладал. Но зато в нем появилась и критичность, которой раньше не было. Так, защита от темных сил в изложении Бэскотта представлялась лишь бледным пересказом зловещих деяний ныне умолкшего Назойлика.

— Когда я слышу, как он гордо заявляет, сколько всякого повидал, и строит из себя старого вояку, мне его убить хочется, — признался он однажды Доре на прорицаниях, причем встретил понимание и с ее стороны, и от Боба Бута.

Однако, в школе нашелся человек, которого поведение «дядюшки Барти» задевало куда больше. Виктору Чайнсби явно не нравилось то, что у одноклассников появилась возможность наблюдать придурковатость члена его семьи. Рики понял это сразу, и посчитал, что Виктора нельзя винить в этом, но для Бетси, и не только, молчаливость равенкловского предводителя и его начавшаяся отгороженность от одноклассников и даже от лучшего друга Тони Филипса казались необоснованной странностью. Плюс ко всему, он так и не помирился с Каролиной МакКинли, и однажды на перемене ребята, возвращавшиеся с маггловедения, имели возможность лицезреть его в коридоре, любезничающего с парой равенкловских пятикурсниц. Реакция мисс МакКинли казалась Рики единственно возможной: заметив Виктора и компанию, она тут же отвернулась и быстро прошагала мимо.

— Звездная болезнь прогрессирует, — прокомментировала Дора, когда Дик рассказал ей об этом. — Кажется, Филипс с ним вчера на эту тему беседовал у библиотеки.

— И что? — спросил Рики, понимая, что при таком интересном разговоре ему все равно не светит ничего прочитать.

— Бесполезно. Кажется, Чайнсби глубоко осознал, какой он весь из себя красавец, — фыркнула Дора.

— Я надеюсь, это все же не окончательно, — ядовито возразила Мелани Хатингтон, присутствующая тут же.

— Я тоже не ожидал, чтоб они с Каролиной поссорились, — примирительно произнес Дик.

— А все ваш дурацкий дуэльный квиддич, — произнесла Хатингтон обличительно.

— Если уж ты так, то это все из-за тебя, — не удержалась Дора.

— А тебе необязательно во все свой нос совать, Нотт, — не пожелала признать себя виноватой Мелани. — Я это дело так не оставлю!

Однако, улаживать проблемы своих друзей ей стало некогда. После того, как Френк Эйвери приглашал ее на прогулку по Хогсмиду, если ей и удавалось от него отвязаться, то с трудом. Мелани дразнили подруги, а она, как назло, относилась к этому очень серьезно. Вдобавок, часть вины за такое печальное положение вещей она возложила на Артура, и каждый мог при желании почувствовать, насколько плохо она к нему относится.

Раздражалась она и на кузину Френка, которая изо всех сил старалась ей понравиться. Учитывая, что обычно девочка притворялась, будто заходит к Доре, в штабе она могла появиться в любое время. Но злиться на Дору Мелани не пыталась, а вот Мирре частенько отвечала грубо.

— Как мне жаль Мирру Жанн, — высказался, не выдержав, Артур. — Благословит же небо такими родственниками!

После этого Мелани, отнесенная к числу родственников Мирры, на некоторое время перестала с ним разговаривать.

А Рики заработал себе новое приключение с Рози! Во вторник он, как обычно, Рики в полном одиночестве пересек дворик, чтобы подняться в класс прорицаний. Ступал он очень осторожно, и ведь помнил о возможной ловушке!

Рики не заметил удачно замаскированный, разлитый в тени ушат грязи, а когда заметил, стало поздно. Он и не подозревал, что всякая потеря координации вызывает к жизни такой ужас из глубины души. Длилось это недолго — почти сразу Рики рухнул спиной в тот самый «понос», по которому только что проехался. Хорошо, на ровную землю, а не на лестницу.

— Попался, хановщик! — хлопнула в ладоши, возникая непонятно откуда, Рози Гойл. И тут же взвыла от боли.

Хагрид крепко держал ее ухо.

Рики немедленно постарался встать сам и, хоть ему это удалось, измазался еще больше. Принять руку помощи от лесничего ему было так же неприятно, как валяться в «поносе». Харид тоже не пылал от восторга, стоя вместе с ним в вестибюле напротив МакГонагол и рассказывая, как было дело. Та, брезгливо нацелив на парня палочку, велела повернуться спиной, и с него тут же перестало капать. Но лучше Рики от этого, понятно, не становилось. Услышав, что Рози приговорена к неделе в больничном крыле, он отрывисто спросил, может ли идти. Разрешением Рики немедленно воспользовался и помчался наверх, не разбирая дороги, лишь бы поскорее скрыться от Хагрида и МакГонагол.

Парень не заметил, как оказался возле штаба. Пережитое унижение, осознание того, что для Рози наказание — пустяк, а также того, что пришлось зависеть от доброй воли Хагрида и МакГонагол, которые отреагировали именно так, как должно, обжигало ему, казалось, все внутри. Он с силой, гораздо большей, чем требуется, бросился на дверь.

Дик и Дора отпрянули друг от друга.

— Простите! — прорычал Рики и по инерции ввалился внутрь.

— Мерлин! На кого ты похож! — ужаснулась Дора.