Чтение онлайн

Рисуя Арабеллу, он был шокирован тем, что плохо вспоминает ее. Время стерло некоторые черты. Однако рука как будто сама вывела нужный контур.

Рики взялся за портрет Дамблдора, впрочем, ничего особенного он при этом не чувствовал. Разве что стремился завершить эту работу поскорее, и почти не разукрашивал, помня, что не следует слишком расходовать краску. Опасался он не того, что не хватит, а того, что хозяйка обратит внимание и станет интересоваться, куда он все это израсходовал. Он предполагал, что она замечает за ним гораздо больше, чем показывает.

С ними Рики управился до парадного ужина, и спустился в уверенности, что завтра уже завершил бы работу, если бы не Рождество. «Впрочем, возможно, хозяйка не станет возражать», — предположил он.

Перешагнув порог столовой, Рики застыл на мгновение. Он не ожидал увидеть за столом мать Лео. Лео, судя по всему, тоже, поскольку, сидя рядом с ней, плохо сдерживал досаду.

Леди Патриция тоже замешкалась при виде Рики, но быстро исправилась и приветствовала его довольно-таки радушной улыбкой.

— Счастливого Рождества, Ричард, — сказала она.

— И Вам тоже, мэм, — ответил он автоматически и прошел на свое место.

Неверно было бы утверждать, что дальше события развивались стремительно. Скорее, все разведывательно–боевые действия к тому моменту уже благополучно завершились, и Лео поставили перед фактом: его родители так жаждут провести с ним каникулы, что решились уговорить его поменять планы.

— Мистер Поттер сказал, что не возражает. Вы же получились уже его письмо? — обратилась она к хозяйке.

Миссис Марчбэнкс отвесила величественный кивок.

Лео промолчал, но мозг его при этом, казалось, удвоил работу. Ему явно не хотелось бросать Рики с тремя старухами, как, впрочем, и подчиняться маминым спонтанным капризам. С другой стороны, отказать матери в ее естественном желании видеть его в день рождения рядом трудно, в этом не было ничего плохого, да и сам Лео, вероятно, соскучился по дому. То, что он планировал в гостях, явно не получалось, и вообще у него дома имелась библиотека не хуже, чем у миссис Марчбэнкс.

— Конечно, уезжай! — горячо посоветовал Рики, едва представилась возможность переговорить с глазу на глаз. — И даже не раздумывай. Все равно тебе заняться здесь нечем.

— Знаешь, мне кажется, это нехорошо с моей стороны, — и Лео с сомнением поглядел на него.

Рики посчитал, что такого самоотречения ему не требуется.

— Я обойдусь без няньки, Мерлином клянусь, — ответил он сухо. — Правда, не упрямься. Ты понимаешь, что усложнишь себе жизнь, если твои родители обидятся? Они неправы, конечно, что не спросили тебя заранее, но, с другой стороны, они знали, что ты откажешься.

— Вот теперь, пожалуй, я понимаю Дика, который хочет думать своей головой, — проворчал Лео.

Когда они прощались, Лео — более сдержано, миссис Нигеллус — рассыпаясь в благодарностях, у Рики укрепилась уверенность, что дома у них состоится неприятный разговор, а может, и не один.

Так вот получилось с Рождеством. Лишившись компании Лео, Рики оставалось только рисовать и почтительно выслушивать за чаем рассуждения пожилых дам о том и этом. Нет, разумеется, он еще как следует рассмотрел все полученные подарки, а еще читал и делал уроки, но и это ему наскучило. И, когда с утра мисс Блумсберри упомянула, что ей придется ненадолго съездить в Министерство, Рики решился воплотить то, на что при ней не осмеливался.

— Вы не возражаете, если я побываю в деревне? Ненадолго? — обратился он к хозяйке, когда закончил сеанс портретной живописи.

Надо было видеть, как она растерялась! Все мысли у нее были буквально на лице написаны. Довольно сложно запретить взрослому юноше, чтобы он днем пошел прогуляться в ближайшую деревню. А Дамблдор, похоже, не догадался, что он решится на такую просьбу, и ничего не запретил, так что, справившись с удивлением, хозяйка коротко кивнула и ответила:

— Как хочешь.

И вот, укутавшись, Рики пересек наполненное неприятными воспоминаниями пространство, отделяющее его от калитки, вышел и побрел по заснеженной улочке. Поселок удивительно напомнила рождественскую открытку с живописными домиками и дымящими трубами. Несколько встречных прохожих поздравили его с Рождеством, и Рики ответил тем же. Он заглянул на почту, послал домой открытку, с удовольствием похваставшись отцу, что портрет заказчицы удается хорошо. Запечатывая конверт, он заметил, что возле него стоит, возможно, некоторое время, пожилой мужчина.

— Здравствуйте, мой Лорд.

Рики не успел ни испугаться, ни выхватить палочку. Человек находился рядом и, если и был вооружен, явно не собирался пользоваться этим. Рики узнал бывшего соратника Темного лорда лишь по обращению — выглядел тот как самый обыкновенный пожилой маггл.

— Как поживаете, Роквуд? — спросил он. Остановиться и поболтать — это было странно, но не сделать так было бы невежливо.

— Гораздо лучше, чем год назад, вашими молитвами, — ответил старик. — Правда, пришлось расстаться с волшебной палочкой. Первое время переживал ужасно, а теперь почти и не заглядываю в ящик, где она лежит, некогда. А Вы — все в школе?

— Да, заканчиваю, — подтвердил Рики. — Думаю, чем бы стоящим заняться, ну ты понимаешь, не как в прошлый раз.

Старик кивнул.

— Знаю, тутт рядом обитает старуха Марчбэнкс, но она в деревне не бывает, тем более не заходит в магазин игрушек. А мне там до того здорово, как будто в детство вернулся, — он будто окинул любовным взором полки с игрушками. — Правда, детки, бывает, капризные приходят. Даже хочется вспомнить старые навыки!

И он от души хохотнул. Рики ощутил возмущение, но тут припомнил прошлый год, а также то, что, в принципе, не имеет никакого права отчитывать этого гражданина, и усмехнулся в знак солидарности.

— У тебя и документы есть? — уточнил он.

— Полный порядок! — гордо ответил сторож. — Между прочим, это даже и не проблема, надо только грамотно обратиться, куда надо. Не в полицию, конечно. А вот с маггловскими деньгами я не сразу разобрался, а теперь ничего. Вы ведь не…

— Ни за что никому не скажу, — пообещал Рики. — Я рад, что у тебя все в порядке.

Эта встреча вселила в него столько радости и ощущения полезности жизни, что он сам не ожидал. По возварщении ему пришлось выслушать недовольную проповедь мисс Блумсберри; та прибыла после него, но хозяйка ей, разумеется, рассказала об отлучке их общего подопечного. И министерская дама все будущие прогулки категорически пресекла.