Чтение онлайн

— Гулять! — запрыгали вокруг него паучата. — А как это — гулять?!

Рики чувствовал себя очень странно, поглядывая через сетку на столпившихся снаружи одноклассников. «Теперь я еще и в клетке оказался», — отметил он и почему-то порадовался, что Селена не пришла с ними.

— Иди сюда, — подозвал он, безошибочно определив в толпе «своего» питомца, хотя номер, когда-то нарисованный маслом, давно стерся. Малыш с готовностью полез ему на ботинки.

Рики сосредоточился. Требовалось помахать палочкой в трех точках, и затем произнести: — Виникорпус!

— Ой, — заверещал паучок, — щекотно!

Он повалился на спину, покатался и снова вскочил. Рики попробовал потянуть, и паучок поддался! Ему это не особо понравилось, но, во всяком случае, было очевидно, что никакого вреда заклинание ему не причинило. По ту сторону ограды раздались аплодисменты.

Дальнейшее уже не требовало контроля, да и не подчинялось ему. Ученики ворвались в загон, где надевали на своих питомцев поводки и спешили за пределы ограды. При этом то и дело покрикивали друг на друга, требуя осторожности, чтоб никто не задел, чего доброго, чужого паучка и смотрел по сторонам.

На прогулке Рики больше часа возился со своим питомцем, которого основательно заинтересовала хижина Хагрида. Они обошли ее раза два, паучок обнюхал ее со всех сторон, то и дело вспоминая лесничего и вопрошая, «когда он будет».

— Он нас щекотал, — сообщил он Рики, — и еды много давал. Такой хороший двулапый.

Рики припомнил рассуждение Барона о «бесхвостых» и поразился этой склонности магических существ считать и оценивать конечности.

Не у всех паучата вели себя так примерно. Некоторым, вроде Тони и Бетси, довелось вдоволь носиться со своими подопечными. И собирались обратно они неохотно. Но никто из семикурсников не расходился, пока загон не заперли за последним акромантулом. Ведь после этого пришлось их снова кормить!

— Ну, уж слишком много возни, чтоб каждый день так гулять, — рассудил Френк во всеуслышание. — Раз в неделю вполне достаточно.

И с ним согласились.

Успех с поводками не остался незамеченным: МакГонагол взялась вдалбливать Артуру, что для того, чтобы помочь Хагриду, необходимо продемонстрировать высокий уровень знаний по его предмету.

— Она сказала, что прежде всего это касается нашей научной работы, — пояснил гриффиндорец, столкнувшись с Рики и Селеной во дворике. — Она хочет, чтоб Отдел по контролю за магическими существами выдал нашем классу патент на поводок, что-то насчет изобретения, но это она сама. А от нас она требует, чтоб мы писали образцовые статьи, и для их правки обращались прямо к ней. Велела мне предупредить всех, так что вы в своих колледжах объясните народу.

Рики и Селена пообещали.

— Как он этим загорелся, — с удивлением отметила Селена.

А вот Рики ничуть не удивляло, что Артур стал так усердно поддерживать его намерения. И не то чтобы вдруг оказалось, что в отсутствии Хагрида акромантулы сделались симпатичнее. Да, он, Рики всегда переживал за судьбы живых существ — тут, пожалуй, сказывалось влияние Даниэлы. Но теперь они все в действительности чувствовали необъяснимую ответственность за пауков. Рики сам себе поражался. Стоило с ними повозиться, и вот, пожалуйста, привязался!

— Многие удивляются, почему отец до сих пор остается при драконах, хотя давно мог перейти на кабинетную работу, — заговорил возле него Артур, когда они на другой день закладывали корм. — И я, когда там, у него, бывал, тоже не понимал.

— Представляю, вонь жуткая, — согласился Рики. Его в очередной раз удивила такая синхронизация. Но и раньше бывало, что люди поднимали темы, созвучные его размышлениям.

Кроме того, профессор МакГонагол особо распорядилась, чтоб не было «ажиотажа по поводу акромантулов», то есть демонстрировать в статье избыток знаний о милых паучках разрешалось только Артуру и никому больше, о чем он сообщил с великим смущением.

— Она сказала, чтобы все придерживались своих тем, — донес до всех товарищей Артур.

Но, когда Рики рассказал об этом Селене, она тоже захотела написать о своих встречах с русалкой.

— Ведь нет ничего такого, что я не посещала уход за магическими существами? — уточнила она. — Вот допишу трансфигурацию и заклинания…

Рики же, не без напоминаний своего паучка, вспомнил, что ему поручено развить тему кентавров, подумаешь, сходить в Лес не получилось. Это занятие неожиданно настолько захватило его, вспоминались все новые подробности, он строчил вдохновенно, то и дело ловя на себе изумленные и обеспокоенные взгляды всех, кто также работал в штабе. На ужине он побывал, но не задержался, вернулся обратно и продолжал до тех пор, пока не остался полностью доволен результатом.

Сознание хорошо выполненной работы было воистину приятно. Рики, конечно, понимал, что надо будет еще перечитать на свежую голову, поправить ошибки, но пока ему все нравилось. Зевнув, он на автомате собрался, подхватил свою сумку.

Рики вышел в коридор, захлопнул дверь, и звук эхом прокатился по огромному пустому помещению. Рики замер и прислушался к затихающему эху. Он отчетливо почувствовал, что один в этой части замка. И у него как будто включилось второе зрение.

Он, конечно же, помнил, что он — Ричард Макарони, а между тем юный Том Реддл оглядывался с робким азартом, движимый страстным желанием приступить к делу, которое он долго откладывал. И вдруг тишину разорвал свистящий шепот.

Том звал василиска. Рики понимал, что может это прекратить в любой момент, но надеялся что-нибудь разузнать из того, что забыл, хотя ему и стало страшновато. Мысли Рики путались; Том пребывал в сознании ясном и решительном. Шипение раздалось вновь. И тут Рики подумал: глупо, конечно, но вдруг за прошедшие годы в замке завелся другой василиск? Он сейчас вылезет, и придется с ним управляться.

Причем необходимость объясняться на эту тему с директором и Плаксой Миртл показалась ему столь же обременительной, как урезонивание василиска. Рики затеребил связку, на ощупь отыскивая ключ, наконец, попал в скважину. Лязгнул запираемый замок. Том исчез.

Постепенно наваждение рассеивалось. И Рики ненадолго стало жаль. «Ну и пусть», — окончательно решил он, после того, как вспомнил, что в период своей учебы Реддл еще не проклял должность защиты от темных искусств. А Рики, кроме должности, собственно, ничем больше в его прошлом не интересовался.

В опустевших гулких стенах становилось все неуютнее. Рики все же постоял, исподволь опасаясь, как бы василиск не приполз на зов. Он помнил, что по новой вывести гада непросто, что кто-то должен заставить жабу высиживать петушиное яйцо, то есть, для гарантии — минимум десять жаб и десять яиц. Возни не оберешься.

Неожиданно для себя, Рики пришел к выводу, что Упивающиеся смертью вполне могли это организовать. А что? Чем такая пакость хуже всякой другой? Времени у них полно, терпения — тоже, и с такой топорной работой они бы вполне справились.

Но василиск, конечно, не появился. От души надеясь, что никто не вздумает сыграть с ним такую милую шутку, Рики вышел на лестницу, где и столкнулся нос к носу с Дамблдором. Тот сквозь очки сверлил его взглядом абсолютно прозрачным, настороженным и подозрительным. Рики даже удивиться не успел такому молчаливому натиску.