Чтение онлайн

— Почти все собираются домой. Остаются пятый и седьмой курсы, — сообщила Селена. — Надо продлить за собой все книги в библиотеке, такое чувство, что я ничего не успеваю!

— Знакомое чувство, — кивнул Рики.

А младшие курсы действительно ликовали и упаковывали вещи, что, как бы хорошо к ним не относился Рики, все равно раздражало. К тому же, те же звездные детки не скупились на всевозможные невинные замечания, вроде:

— Я бы пригласила тебя к нам на Пасху, — сказала Гермиона. — Так жалко, что вы с Артуром не поедете домой.

— А мне-то как жалко, — пробормотал Рики.

Накануне он получил письмо от Гвенды Чайнсби, содержания совершенно замечательного. Сия достойная ведьма, разумеется, не преминула напомнить ему о ТРИТОНе.

«Гризельда Марчбэнкс перестала принимать экзамены около десяти лет назад и посвятила себя науке на пенсии; как ты мог заметить, ее не было, когда ты сдавал СОВ. Однако Гермиона Малфой сказала мне, что несколько лет назад профессор Марчбэнкс написала заявление на ее имя, и еще одно — в Министерство. Она хочет, чтобы ей позволили участвовать в ТРИТОНах в этом году.

Гарри, Гермиона и все считают, что это очень странно. Я решилась тебя предупредить, потому что ждать от этой ситуации можно чего угодно. Я с самого начала думала, что было ошибкой позволить тебе находиться в ее доме, да еще так долго.

Поверь, я испытываю неловкость, думая так о почтенной пожилой ведьме, к тому же, она давний друг директора Дамблдора, и он ей верит. Однако настоятельно советую тебе быть с ней осторожнее во время экзаменов. Если представится такая возможность, обращайся всегда к другому экзаменатору.

Я очень благодарна за твое беспокойство о мисс Блумсберри, но в ее деле нет никаких новостей, до сих пор ничего не разъяснилось, и, боюсь, все спланировано лучше, чем можно ожидать. Виктор уверяет меня, что до вас в «Хогвартсе» это доходит слабо, но кто-то провоцирует волну недовольства против тебя. Будь осторожен и помни, что сейчас тебе необходимо полагаться на Гарри и учителей. Не пытайся самостоятельно решать те проблемы, которые…».

Рики не хотел решать никаких дополнительных проблем сверх тех, которые уже приобрел в качестве выпускника, и очень надеялся, что опасения миссис Чайнсби — не более чем предосторожности. Чем, например, собирается вредить ему бабка Марчбэнкс? Оценки портить? Это не помешает ему рисовать кипящие котлы, и потом, такие мелкие пакости как-то не вязались с образом старой ведьмы. А вот проверить его практические навыки — это может ее вправду заинтересовать. Ей, как любому повидавшему жизнь человеку, должно быть известно, что натасканный на экзамен студент сдает лучше, чем, к примеру, несколько лет проработавший аврор. Возможно, хочет выяснить, чего в нем больше — прилежного студента, или старого бойца. Подобный мотив с ее стороны Рики считал дуростью.

Еще Рики отметил, что, в некоторой степени, сообщение миссис Чайнсби компенсирует то, что Дик поссорился с бабушкой. И он написал в ответном письме, что весьма благодарен за предупреждение и будет тщательно готовиться к новой встрече с профессором Марчбэнкс.

Как ни прозаично, впереди действительно маячили выпускные экзамены, и он должен был их сдать. Казалось, все только и старались, что об этом напомнить. В гостиной «Слизерина» появилось объявление, извещающее о том, что профессор МакГонагол собирает выпускной класс, изучающий уход за магическими существами, в пятницу после уроков.

— Джим попросит вас рассказать, что там будет, — честно предупредила Рози, как только Рики дочитал до точки.

Он вздрогнул, удивляясь, как ей удается подкрадываться так бесшумно.

— А как твои дела с патронусом? — поинтересовался он.

— А, пойдет, — небрежно бросила Рози и, наклонившись к Рики, доверительно прошептала: — А правда, что кузина Эйвери с Артуром Уизли вместе ходят в библиотеку? Гермиона их видела.

Рики ответил, что ни ее, ни Гермионы это не касается, и пожелал хороших каникул.

МакГонагол, действительно, похитила полчаса возни с паучками — но только у тех, кто выполнил ее совет и написал магическую работу о тех или иных магических существах. Она собрала пергаменты, пообещала все проверить и в случае необходимости вызвать индивидуально для исправления недочетов.

— Хорошие новости, — объявила она в конце. — Профессору Дамблдору сообщили, что Хагрид скоро вновь будет с нами.

Рики не очень обрадовался; в нем проснулось даже нечто вроде ревности, когда он вспомнил, как ждет лесничего паучок. Также слизеринец задался вопросом, а не потому ли замдиректора собрала статьи сейчас, что стремится сделать работу за Хагрида, пока он не вернулся и не взялся за нее сам. В принципе, если он хотела представить Хагрида в лучшем свете, то ей именно так и следовало поступить.

На другой день ученики разъезжались, и звездные детки наперебой делились планами на прощание. А через день Рики проснулся в странно притихшем замке. Он сразу почувствовал это, хотя в его спальне ничего не изменилось. Осталось прежним и время завтрака, так что Лео, который уже успел переодеться, велел ему поторопиться.

Они отправились в ванную, где Рики, как обычно, прежде всего, взялся за зубную щетку.

— Дейвис из «Равенкло» зовет вас в мой туалет, — прозвучало под ухом, и тут же, совсем другим тоном, дабы подчеркнуть трагизм сего факта и наглость Дика, — в мой туалет!!!

Со щеткой в зубах Рики опасливо огляделся; но Миртл, во всяком случае, соблюдала секретность и выбрала время, когда поблизости находились лишь он и Лео. И он не решился выражать неудовольствие. Давненько Плакса Миртл не появлялась в общежитиях «Слизерина»!

Лео между тем благодарил ее и спрашивал, звать ли Дору.

— Звать, всех звать, кто ко мне уже приходил! Кроме малявок, так он сказал, — неодобрительно захныкала прозрачная барышня. Затем, будто вспомнив, добавила: — И не заходите поочередно! Соберитесь в коридоре и уж тогда, все вместе.

Она удалилась через потолок, оставив слизеринцев гадать, что еще придумал для них Дик. Но, конечно, они постарались быстрее привести себя в порядок.

Доры в гостиной не оказалось, но Мирра, которая оказалась там, согласилась позвать ее с территории девочек. При виде кузины Френка Рики невольно заподозрил ее в коварстве; впрочем, если даже она осталась в замке оттого, что оставался Артур Уизли, вряд ли Старосте это так уж сильно повредило бы.

Дора не преминула явиться и, получив объяснения, сочла причину уважительной для того, чтоб ее побеспокоить. О планах Дика, увы, ничего не знала. Втроем они покинули общежития и, едва свернув в нужный коридор, наткнулись на гриффиндорцев.

— Чего это Дейвис раскомандовался? — спросил у Доры Ральф.

— Понятия не имею, — ответила Дора.

— По мне, так он немного спятил, — загадочно бросил Уизли.

Естественно, от него тут же потребовали объяснить, с чего это он так решил.

— Вчера, после того, как мы разошлись, он вдруг догнал меня и потребовал, чтобы я принес ему, подумайте, что? Пепел из камина, пыль с чердака и волосы с ковра гриффиндорской гостиной! Да еще немедленно! Я и хотел поспорить, но у него глаза блестели, как у чокнутого.