Чтение онлайн

Перед ними стояла трудная и деликатная задача, поскольку юный император проявлял рискованную независимость в личных и религиозных пристрастиях. Его сексуальные наклонности создали ему дурную славу, поскольку он, очевидно, был пассивным гомосексуалистом. Римская общественность привыкла к императорам, которые увлекались молоденькими мальчиками — обычно это пристрастие дополняло их гетеросексуальную жизнь. Хорошо известно, что Нерон предпочитал мужчин старше себя, хотя любил и женщин. Но Элагабал являл собой полную противоположность и был единственным, кто открыто позволял себе крайности. Если многочисленные подробности из Historia Augusta можно счесть сомнительными, то Диону Кассию, сенатору той эпохи, вполне можно доверять, когда он сообщает, что любимым «мужем* императора был Гиерокл, белокурый раб из Карии. Согласно Диону Кассию, Элагабал также имел обыкновение «становиться нагишом в дверях своих дворцовых покоев и, подражая шлюхам, трясти занавесом, сплетенным из золотых колец, и петь для проходивших нежным чувственным голосом». Геродиан отмечал, что император появлялся в общественных местах с накрашенными глазами и нарумяненными щеками, чем только портил свою естественную красоту.

Столь эксцентричное поведение побудило Юлию Мэсу по указке советников — чтобы опровергнуть дурные слухи — устроить просмотр невест из числа непорочных римских красавиц аристократического происхождения. Один из источников тех времен сообщает, что за короткое царствование Элагабал сменил не менее пяти жен. Монеты позволяют уверенно говорить лишь о трех женах — все они удостоились титула Августы и изображались непременно в образе «Гармонии» (CONCORDIA). Первой женой (в 219—220 гт.) была Юлия Корнелия Паула. Второй женой стала Аквилия Севера, со скандалом освобожденная от обета весталки. Очень скоро, однако, Элагабал отрекся от нее и женился на Аннии Фаустине из дома Марка Аврелия. Но этот союз тоже длился недолго (220—221 гг.), после чего он вернулся к Севере. Однако быстрая смена императриц не могла скрыть тот факт, что сексуальные интересы юноши были полностью ориентированы на мужчин.

Еще большее беспокойство вызывал религиозный фанатизм Элагабала. Во времена царствования Септимия Севера культ Солнца постепенно вытеснил пантеон римских богов. Но Элагабал пошел дальше. Он отмел все традиции в стремлении установить в римской имперской теологии собственную, эксцентричную версию культа солнца. Этот необычный Король-Солнце принес свой восточный культ солнца в столицу и возвел его на вершину римской религии, потеснив даже Юпитера. Он женился на весталке Севере, чтобы заключить союз двух культов (по его представлениям, от этого брака должны были родиться «солнцеподобные дети»), и с той же целью провозгласил богиню Минерву женой бога Эл-Габала. Солнечному божеству из Эмесы, идолом которого был фаллической формы метеорит, построили грандиозный храм на восточном склоне Палатинского холма. Его основание сохранилось по сию пору; а на медальонах более поздних времен изображены его огромные ворота и ступени монументальной лестницы (впрочем, впоследствии это святилище использовалось для иных целей).

От названия культа происходит и имя самого императора, так как по восточному обычаю верховного жреца отождествляли с богом, которому он служил. В качестве обряда посвящения Элагабал произвел обрезание себе и своим приближенным. Сохранилось свидетельство Геродиана о плясках императора вокруг алтаря Эл-Габала под звуки цимбал и барабанов, на которых играли сирийские женщины. Сенаторам и всадникам надлежало присутствовать на этой церемонии. Бог Солнца занимал отныне центральное место в самом пышном ежегодном римском празднестве, приуроченном ко дню летнего солнцестояния. Далее Геродиан сообщает:

«Он установил солнечного идола на колесницу, сплошь отделанную золотом и драгоценными каменьями, и вывез его за пределы столицы, проехав по предместьям города. Колесницу тянули шесть огромных белых, без единого пятнышка, коней в дорогой золотой сбруе с богатой отделкой. Никто не правил упряжкой, никого не было в самой колеснице; получалось, будто бог сам правит колесницей. Элагабал бежал перед колесницей спиной вперед, непрерывно глядя в лицо богу и придерживая поводья. Так он и проделал весь путь, заглядывая в лицо своему богу*.

Этот сюжет нашел отражение в чеканке монет, на которых юный правитель назван «Непобедимым» и «Верховным Жрецом», «Жрецом Бога-Солнца Эл-Габала» (SACERDas DEI SOLIS ELAGABo/О; на другой монете, выпущенной в Антиохии, изображена триумфальная колесница, запряженная четверкой лошадей под четырьмя балдахинами, везущая священный конический камень, увенчанный римским орлом.

Сексуальные отклонения и религиозные пристрастия юного императора настолько встревожили Юлию Мэсу, что она сочла его плохим союзником, от которого лучше избавиться. Его мать, Соэмиада, была столь же безнадежно увлечена солнцепоклонничеством, и потому Мэса обратила взор к своей второй дочери, Юлии Авите Мамее, и ее тринадцатилетнему сыну Алексиану. Этим двум женщинам удалось убедить Элага-бала объявить Алексиана цезарем под тем предлогом, что теперь он сможет больше времени уделять своим религиозным обязанностям. Так Алексиан был возведен в ранг Цезаря под именем Александра.

Когда вскоре Элагабал изменил свою точку зрения и попытался устранить Алексиана, Мэса и Мамея расстроили планы императора и, в свою очередь, привлекли на свою сторону преторианскую стражу. 11 марта 222 г. Элагабал и его мать Соэми-ада были убиты, их тела проволокли по улицам Рима и сбросили в Тибр; большую часть их приближенных также ожидала смерть. Эмесский бог, этот черный каменный идол, был отправлен обратно в родной город, где поклонение ему ничуть не уменьшилось за четыре года его пребывания в Риме.

АЛЕКСАНДР СЕВЕР

222-235 гг.

Александр Север (222—235 гг.) родился в 208 г. в финикийском городе Кесарии Ливанской и при рождении был наречен Марком Юлием Гессием Алексианом. Его отцом был Гессий Марциан, а матерью — Юлия Авита Мамея, дочь Юлии Мэсы и внучка Юлии Домны и Септимия Севера. Подобно своему кузену и предшественнику Элагабалу, Алексиан был жрецом бога Солнца в Эмесе.

Когда Мэса решила, что Элагабала необходимо сменить, ей удалось вместе с Мамеей убедить его объявить Алексиана своим наследником; в 221 г. тринадцатилетний мальчик, получив титулы Цезаря и «Предводителя молодежи», принял имя Марк Аврелий Север Александр. Тогда же были выпущены монеты в честь наследника и его матери. В следующем году он стал со-консулом императора. Заметив рост популярности своего добродушного кузена, Элагабал вскоре стал оскорблять его и хотел не только отменить повышение, но и вообще уничтожить конкурента. Но осмотрительная Мэса расстроила эти планы и подговорила стражу убить Элагабала и его мать Соэмиаду. В итоге Александр Север тихо и мирно занял престол.

Бразды правления оказались в руках Мэсы и Мамеи, а после смерти первой в 223 г. управление перешло к Мамее. Однако Мамее было непросто отстоять свое влияние. Так, ей пришлось уступить во время трехдневных уличных боев преторианцев, не поладивших с собственным командиром, знаменитым судьей Ульпианом, который был земляком Мамеи и ее главным советником. Когда Ульпиан стал главным префектом, в его подчинении оказались два других префекта (Флави-ан и Крест) — два старших офицера претория. Однако вскоре оба умерли, и стражники, недовольные старорежимной жесткостью Ульпиана в отношении дисциплины, восстали против него, заподозрив пришлого начальника в причастности к смерти своих командиров. Так или иначе, в 223 г. они убили его. Мамея и Александр не смогли спасти Ульпиана и даже вынуждены были назначить его убийцу, Марка Аврелия Эпа-гата, наместником Египта — правда, впоследствии они сами же позаботились о его уничтожении. Гибель Ульпиана положила конец обычаю назначать главного судью префектом претория; впрочем, с тех пор и роль префекта в гражданских делах стала не столь значительной — отныне преторианцы занимались прежде всего защитой от военных угроз, возникавших непрерывной чередой.

В 225 г. Мамея, неустанно опекавшая мягкого, вежливого и послушного императора, выбрала ему невесту из патрицианской семьи, Кнею Сею Гереннию Саллюстию Барбию Орбиа-ну. Она сразу же была удостоена титула Августы и выпуска посвященных ей монет. Ее отец, Сей Саллюстий Макрин, по-видимому, получил титул Цезаря. Однако прошло немного времени, и он вместе с дочерью лишился симпатий ревнивой и подозрительной Мамеи, которая вынудила Александра — против его воли, как утверждают источники — изгнать Орбиа-ну в Африку. Тесть императора пытался укрыться в лагере преторианцев, но его схватили и казнили, как мятежника, в 227 или 228 г. С тех пор у Мамеи, удостоенной титула «Мать Императора, Солдат, Сената и Страны*, не появлялось соперников при дворе. Но преторианцы, которых поражение Саллюстия лишило возможности продемонстрировать свою силу, продолжали сеять беспокойство. Одним из объектов их ненависти был сенатор Дион Кассий вследствие того, что он, будучи наместником Верхней Германии (по его собственному мнению) «управлял солдатами твердой рукой*. Гвардейцы уже поднимали мятеж против Диона Кассия в правление Ульпиана, и в 229 г., когда он стал консулом, император посоветовал ему провести два месяца не на рабочем месте, а в безопасности вне стен столицы.