Чтение онлайн

К этому времени Робин сделал собственные выводы, что теперь он не в числе тех актеров, которые сами себе могут выбирать проект, и смирился со своим будущим. «Вы просто скользите по цепочке комедии, где перечислены люди, кому дадут сценарий, – говорил он. – Она существует. На самом верху Эдди Мерфи, Билл (Мюррей) и Стив (Миллер). Полагаю, на следующем уровне Том Хенкс, я, Джон Кенди – таких много». А когда Робин погружался в размышления еще глубже, то говорил: «Нужно снова пробиваться или придумывать персонажей – иначе придется больно падать».

Когда-то Уильямс был нарасхват. «Было недурно, – говорил он. – Но быть не настолько востребованным тоже не трагедия. Теперь я предпочитаю тишину».

На самом деле, Робин просто выжидал. Чуть позже должен был осуществиться проект, который готовился на протяжении многих лет. Начиная с 1979 года, Адриан Кронауэр, ветеран ВВС США, пытался продать телевизионный ситком о своем опыте работы в качестве диск-жокея на Радио Вооруженных Сил в утренней программе «Dawn Buster», которую он вел во Вьетнаме в середине 1960-х годов. Напредставляв себе нечто среднее между «МЭШ» и «Радио Цинциннати», Кронауэр стремился изобразить свою версию Сайгона и Вьетнамской войны до того, как они ушли в никуда.

«Когда я туда приехал, Сайгон был сонной маленькой французской колонией, а когда уезжал оттуда, это был кошмар, – рассказывал Кронауэр. – Сюда шел массовый приток войск, орудий и денег. Ко времени моего отъезда экономика была разрушена. Движение нерегулируемое. Господствовал черный рынок. Было очень интересно наблюдать это в такой короткий срок – всего один год».

Более поздняя вариация Кронауэра, написанная в качестве телевизионного фильма, была выбрана менеджером Робина Ларри Брэзнером, который разобрал этот фильм на части и заново собрал так, чтобы он соответствовал запросам его клиента. Мич Марковиц, сценарист, который занялся переработкой произведения Кронауэра для Робина, говорил, что у него были очень скудные инструкции на сей счет.

«Не так-то много было рассказано об идее фильма, – говорил Марковиц, написавший «МЭШ» и другие ситкомы. – Помню, что я сказал Ларри: ”У меня нет ни малейшего представления о том, что вам нужно. Но мне необходимо знать твое мнение на сей счет, тогда я пойду и напишу сценарий“. Он ответил: ”Окей, диск-жокей, Вьетнам и девушка. Немного романтики. И брат – ее брат, похожий на представителя Viet Cong“. Я сказал: ”Все понятно“».

В сценарии фильма «Доброе утро, Вьетнам» Марковица, персонаж Кронауэра, приезжает в Сайгон. В первый раз он появляется перед зрителем после перелета из Греции «обалдевший, с безумной, будто после анестезии улыбкой, на нем зеркальные очки, сандалии, кофта с надписью «Hiya» (Приветики!), связанный не обязательно его бабушкой шарф, ямайские штаны из мешковины, шляпа ВВС США и греческая крестьянская рубаха, испачканная соками из разных стран». Первой фразой, после того, как главный герой прилетел, посмотрел на солнце и всех остальных, с которых пот катил градом, стала: «Думаю, это мне здесь не понадобится». И снял шарф.

Буйный, но милый персонаж Кронауэра кардинально меняет скучную военную радиостанцию, куда его определили, влюбляется в уроженку Сайгона и узнает, что ее брат член Viet Cong, который заставляет героя отказаться от своей должности и уйти в почетную отставку. В сценарии было несколько сцен, где главный герой изображен в диджейской будке, там он крутит пластинки и выдает смешные комментарии. Естественно, эти сцены были возможностью для Робина продемонстрировать свой талант в импровизации, хотя и не отражали полноценно характер самого Кронауэра.

О Кронауэре Робин говорил: «Он прямой парень, похожий на судью Борка. В реальной жизни Кронауэр никогда не делал ничего из ряда вон выходящего. Он был свидетелем бомбардировки Сайгона, хотел об этом доложить, но ему запретили, и он подчинился. Адриан не хотел идти против системы, потому что за это дерьмо могли и посадить. Поэтому мы добавили в фильм некоторый драматический компонент».

«Но он играл рок-н-ролл, он перевоплощался, чтобы делать стандартные армейские объявления, а его слова ”Дооооброе утро, Вьетнам“ стали его визитной карточкой, – рассказывал Робин. – И он всегда знал, услышали ли его солдаты на поле боя, потому что в ответ они кричали: "Иди к черту, Кронауэр!"»

«Доброе утро, Вьетнам» снимался на Paramount, и руководство хотело, чтобы это была комедия, без драмы и политической составляющей. Поэтому сценарий переходил от студии к студии и в итоге оказался в Disney, где им занялся Джеффри Катценберг, бывший исполнительный директор Paramount, который рассмотрел в этом проекте потенциал для создаваемого в то время подразделения Touchstone, ориентированного на взрослого зрителя.

Режиссер Барри Левинсон заканчивал работу над фильмом «Алюминиевые человечки» для Touchstone, когда ему предложили еще поработать над «Доброе утро, Вьетнам». Левинсон сам когда-то выступал в стиле стендап и импровизации и еще до появления Робина был членом Comedy Store Players. Они с Робином также воспользовались услугами Майкла Овитца, влиятельного соучредителя Creative Artists Agency, который пристраивал фильмы и занимался зарплатой актеров. В это время команда Rollins Joffe продолжала заниматься повседневной карьерой Робина и добывать для него материал. Хотя раньше их пути не пересекались, Левинсон с легкостью представлял, как Уильямс доминирует на экране с помощью своего голоса и воображения.

«Я мечтал, чтобы в фильме все крутилось вокруг радио, – говорил Левинсон. – Здесь у Робина все могло получиться великолепно, хотя в фильме он это никогда не делал, но у него были для этого все данные».

Мнение остальных относительно Робина для Левинсона в данном случае было не важно. «В данный конкретный момент – это прозвучит безумно – все были против, – говорил он. – Все выглядело так: у него есть фильмы, они не очень хорошие. Безумие опять звать Робина Уильямса. Я это слышал постоянно. ”Зачем вы снимаете фильм с Робином Уильямсом? Из этого ничего не выйдет“. Но я для себя уже все решил».

«Иногда приходилось говорить: ”Ладно-ладно, я тебя услышал“, – продолжал Левинсон. – но мое мнение оставалось прежним. Я был уверен, что Робин невероятно талантливый актер, просто надо показать его с правильной стороны. Именно этим я и собирался заняться».

В качестве демонстрации концепции фильма и возможности для Робина опробовать роль Кронауэр, они с Левинсоном сняли несколько пробных кадров в Лос-Анджелесе, чтобы их можно было использовать в качестве трейлера. На черном экране последовательно появляются слова:

Сначала мы слышим хлопки в ладоши и эмоциональный припев из песни группы Four Seasons – Walk Like a Man, а затем яростный голос Робина: «Доооброе утро, Вьетнам! А это была песня Фрэнки Валли и группы Four Seasons – Walk Like a Man. Спасибо, Фрэнки. Отвечает сам себе высоким голосом: ”Спасибо, Адриан“. Мы идем к вам. Сейчас 6 утра. Йухууу! Не плохое время суток, особенно если ты цыпленок. Погода сегодня жаркая. Вечером жаркая. Завтра жаркая. И дальше уже догадались? Сюрприз! Завтра вечером тоже жарко».

В студии темнеет, камера перемещается из одного угла в другой и в итоге находит Робина в одиночестве в своей будке, на нем наушники и куртка ВВС США с нашивкой с именем «Кронуа», а на пульте американский флаг.

Потом было еще пару шуток от Робина: «Я тут обнаружил интересное совпадение. Хошимин. Полковник Сандерс. Может, этот тот же человек? Вау. Вам судить. Линия открыта. Звоните», – и начинает петь «Silent Night» голосом Этель Мерман, прежде чем сцена заканчивается песней Ареты Франклин «Respect».