Чтение онлайн

С какого-то момента начинается, время, когда все, чем заражает музыка, остается внутри и никуда не уходит. Боли, собранной из всех композиций, постепенно накапливается столько, что реальные воздействия из жизни не задевают и не ранят. Круто?

20 февраля в Ленинград пришла весна, и в дамских сумочках рядом с трисистоном появился галазолин. "Пускай в этом году настанет конец этой чертовой власти!" - произнес со сцены Юрий Шевчук. Вторая волна русского рока все еще рябит мелкой зябью. Мое поколение доедает себя.

ПОМИНКИ ПО-ГРУЗИНСКИ

Э.Никэ

Как это ни цинично звучит, но любят у нас грустные даты отмечать. Здесь можно дать волю злобному скептицизму и закомплексованному сарказму. Здесь можно неумеренное потребление вина и пьяные слезы объяснить тяжелыми воспоминаниям. Здесь личные неудачи можно списать на общество. Здесь можно обвинить всех в любом смертном грехе.

Каюсь, я тоже не избегаю подобных собраний, хотя никогда не акцентирую внимания на поводе.

Но слава Богу, у рока еще мало трагических дат, мало еще ушедших рано из жизни друзей и знакомых. Один из них - Александр Башлачев. Казалось бы, его трагическая фигура, трагическое творчество, трагическая гибель не предполагают любого вида оргий. Если мемориалы Георгия Ордановского понемногу приближаются к сейшенам Коли Васина, то вокруг концертов памяти Башлачева искусственно и естественно витает строгий ореол.

В этом году проходил четвертый фестиваль его памяти. Первый, перед похоронами, был истинно горьким, истинно от сердца. Второй - в Москве - имел, скорее, практические задачи - популяризация имени и сбор средств на книгу. Он был хорош по составу, но москвичи не смогли отрешиться от своих дрязг, в результате чего от организации и участия оказались отстранены самые близкие друзья. Третий концерт - в ДК пищевиков в прошлом году - был скорее для галочки. Кто-то что-то пел, кто-то откуда-то приехал. Пьяная урла рвалась на сцену сквозь матерные крики и блевотину.

И вот вторая годовщина Сашиной гибели. Снят зал "Октябрьского", в концерте заявлены Ильченко, Рекшан, Задерий, Дюша, Егор Летов, Янка, Полковник, Макаревич, Шевчук, Шахрин, Рыженко. Снова съехались знакомые-приятели из Москвы и т.п.

Интерес к довольно личностному концерту в городе жуткий. Билетов нет нигде, даже для блатных. Ложа дирекции забита какими-то солидными людьми. Проходок нет даже для официальной прессы.

Я не стремлюсь описать то, что происходило на сцене. Все это было довольно мило и вполне в контексте. Профессиональные и хорошие люди пели хорошие и относительно подходящие ко дню вещи. Джордж достаточно грамотно вел траурный конферанс. Как всегда, немного записей Башлачева с экрана. На мой взгляд, симптоматичнее то, что происходило вокруг. Не в зале, где, как ни странно, публика вела себя вполне этично и артистов у служебного входа никто на сувениры не разрывал. Я говорю о том, что происходило в гримерках и после, в ДК Связи.

Формально концерт в "Октябрьском" был поделен на два отделения плюс третье - ДК Связи. А по-моему, так делить надо было иначе - весь концерт до совместного исполнения "Бей, колокол" и все, начиная с этого джема и последующая ночная программа.

Я не хочу фарисействовать и выглядеть ханжой. Но право, всё выглядело довольно странно: тихий концерт с тактичной долей грусти, - и вдруг переход к безудержному веселью.

Знаете, как в анекдоте, когда в Грузии хоронят человека. Кидают землю на гроб, роняют слезы, поют заупокойную. А потом кто-то говорит: "А вы помните, как покойный любил веселиться да рюмашечку пропустить?!". И все это воспринимают как призыв. Оно понятное дело, что без водочки и поминки не поминки. Но после похорон, как известно, принято не уползать по обычным стандартам на карачках, а как-то более-менее достойно уйти вовремя. Наши же поминки превратились в какое-то длинное грузинское затянувшееся пиршество, когда не понятно - то ли женят, то ли хоронят. Громкое безумие в Центре Ходорковского (ДК Связи) в действительно узком кругу, со странными появлениями на сцене разных людей, которые, с трудом понимая, как и зачем, пели непонятно для кого. И по-моему, налив первый стакан, все забыли повод, считавшийся причиной.

Все это нормально, быть может. Так оно, наверное, и происходит у всего нашего замечательного народа. У нашего соседа алкоголика Володи, и соседки дворничихи Софьи. Только мы-то ведь себя другими людьми считаем. Мы же красиво якобы живем, красиво выпиваем. Богема. Светская жизнь. Видаки-шмудаки. Мы умеем любить и помнить. И мы взрослые умные люди. Только почему же мы только говорим об этом, а на деле не знаем даже такой простой вещи, как мера. Почему же все святое только на словах, и как инфантильные студенты, мы не видим естественных границ и пределов?

Это не мораль и не похмельный синдром, это грустные мысли о деградации.

СУБКУЛЬТУРА РОК-Н-РОЛЛА: МЕЖДУ ГЕРОЕМ И ГЕРОИНОМ

главы из книги "УДОВЛЕТВОРЕНИЕ"

Б. Малышев

Агонизирует тоталитарная система, абсурд освященных догм, густо заправленный кровью поколений, наверняка готовится к очередному броску, то здесь то там слышатся бодрые призывы к усилению классовой борьбы, но зверь смертельно ранен, обречен, даже если произойдет правый переворот, будет спровоцирован ядерный конфликт, даже в случае глобальной катастрофы. Откуда такой оптимизм? Пример Ирана демонстрирует реальную возможность революционного прорыва в средневековое светлое завтра.

Между прочим, одним из первых табу атоллы был рок-н-ролл. Чтобы ответить основательно, я предлагаю данную работу. Этот материал - результат наблюдения, но не внешнего, а включенного. Я прожил все эти года в зоне активных действий, целью этих действий была свобода, центром была свобода, а энергией - рок-н-ролл. Вот это естественное, не всегда осознанное движение к свободе мысли, свободе творчества, с середины 50-х до настоящего времени - предмет исследования и еще один кирпичик из стены тоталитаризма.

Я попытаюсь сжато проследить рождение и жизнь этого своеобразного явления - русской рок-культуры, но не через описание творчества команд или их героев, а через взаимодействие трех составляющих это явление - первое - это аудитория, публика, потребители, адепты и т. д.; второе - это система и технология передачи и усиления информации; третье - авторы, производители, генераторы.

Я придерживаюсь свободной формы изложения, поэтому моя работа - не строгое социологическое исследование, не опыт системного описания, а попытка по возможности просто и ясно описать самое массовое движение к тому самому новому мышлению, которое сейчас так рекламируется и декларируется. Я верю, что в это переломное для моей многострадальной родины время взаимопроникновение Востока и Запада может стать решающим для выживания всей нашей планеты.

Чтобы разобраться в особенностях русской рок-культуры, ее существенных отличий от западного рока, в ее сложных отношениях к поп-музыке, наконец, ее месте и роли в культуре, нужно определить понятие культуры. Культура - это особенный образ жизни, который отражает определенные значения и ценности, не только в искусстве или научении, но и обычном поведении. Томас Эллиот еще больше расширяет границы определения культуры. Оно включает: "Все виды характерной деятельности и интересы людей."

Любая культура содержит семь базовых признаков: 1.материальное производство, 2. общественное сознание, 3. общественная психология, 4. половозрастные различия, 5. социальная организация, 6. информационно-коммуникативные средства, 7. нормативный признак. Все признаки не только взаимосвязаны и обусловлены, но и обладают разной природой и скоростью изменения. Духовная культура - важнейший фактор общественного сознания, с началом первой промышленной революции была оторвана от технологического развития, оказавшего радикальные влияния на материальное производство и информационно-коммуникативные связи. Разрыв отчетливо проявился в конце 40-х гг., когда англичанин Ч.Сноу, физик по образованию, обратил внимание, что реально существуют две параллельные культуры - гуманитарная и технократическая. Парадокс заключался в том, что при принятии решений глобального значения - применение атомного оружия, например, последнее слово было за некомпетентностью - Трумэн был по образованию юристом, а что касается Сталина или Берии, ответственного за разработку ядерного оружия, то ни тот ни другой, не знали закона Ома. Но разрыв духовной культуры и технологии бледнеет на фоне наиболее драматического отставания прогресса (науки, технологии, связи, информации) и наиболее консервативным признаком культуры - общественной психологией, чей фундамент скрыт в коллективном подсознании. Именно здесь, в таинственном и непознанном мире социальной психики, по сути часто иррациональной, скрыты наиболее мощные источники энергии, преобразующей культуру. События в Иране показали уязвимость идеи последовательного развития цивилизации, ее противоречивого взаимодействия с культурой именно в пограничной области духовной культуры и коллективного подсознательного. Тем не менее, нужно отметить две модели развития, которые наиболее успешно решили проблему разрыва прогресса и общественной психологии.

Это прежде всего протестантская этика, во многом определившая рывок западной Европы и Америки в начале XX века. Вторая модель - японская, сочетающая передовую технологию и традиционную этику. Японская модель сформировалась после второй мировой войны, и достигла к 90-м годам не только самой качественной производительности труда на 4 этапе научно-технической революции, СССР застрял где-то после 2-го. Именно Япония сосредоточила в своих сейфах основную финансовую мощь, определяя наиболее важное влияние на развитие массовой культуры - содержания всей бытовой аудио-видеотехники современного мира. Массовая культура или МК - производная развития технологии, потребовавшей огромное количество подготовленных к диалогу человек-машина работников, и формирования средств массовой информации - аудио-видео, параллельных, а кое-где и альтернативных слову. МК с самого начала ориентировалась на мировой рынок, где помимо конкуренции основным критерием была активная обратная связь. Именно обратная связь сформировала ту структуру МК, которая несмотря на уничтожающую критику интеллектуалов, преодолела всяческие кризисы и заняла устойчивое место в жизни человека с улицы. К концу 40-х в структуре МК США доминировало кино. Литература прочно опустилась на последнее место. Если кино в США активно смотрели сотни миллионов, то "фикшн" - художественную литературу, читало около миллиона. Между кино и литературой уместились спорт, телевидение, радио, концертные шоу, поп-музыка. Постоянное зондирование предпочтений и реакций заложило в МК те элементы, которые получили развитие в следующие годы и оказали сильное влияние на рок-н-ролл. Это ориентация на инстинкты - отсюда триллеры и эротика, это ориентация на трюк, чудо - отсюда фильмы действия Лукаса и Спилберга, это ориентация на замещение и компенсацию. Реальная хорошо организованная ежедневная рутина компенсировалась цветной картинкой, где жили костюмные короли и кипели страсти Мадрида и Лувра. Наконец, чувство справедливости и надежды на индивидуальный прорыв - синдром Золушки - стояло за бесконечными перестрелками ковбоев, гангстеров. Характерным отличием МК был ее эффективный эмоциональный характер. Чувства - вот доминанта МК, скорее их иллюзия. Таким образом - основная задача МК - восстановление, развлечение, отдых, ведь основное время забирал труд. Особую роль таким образом организованной жизни играет ритм. Вторая мировая война нанесла серьезный удар по протестантской этике, подрыв запретов (Табу) провоцировал и наплыв в американские города с мощным промышленным поясом черных переселенцев с Юга. И в Англии наплыв мигрантов из Вест-Индии заложил одно из устойчивых направлений английского рока.