Чтение онлайн

— Лучше поговорим о занятиях…

Сотни колокольчиков, развешенных около дверей и окон, оповестили о скором начале первого занятия. Девочки не заметили, как за разговором прошло больше пары десятков минут.

— Зайдём внутрь? Хотя бы для того, чтобы погреться? Или у меня осядем? — спросила блондинка.

— Думаю, в первый учебный день стоит посмотреть, может, что-то изменилось.

— Я в это не верю, но… Напомни, какой урок нам поставили первым?

— Как будто я интересовалась, — закатила глаза Соня и лениво пошла ко входу, около которого бедные замёрзшие охранники делали им отчаянные знаки. Девочки поднялись на самый верх сооружения, долго стояли у лестницы, хватая ртом воздух в попытках отдышаться и грозя пальцами невидимым составителям расписания. От дежурных педагогов ученицы узнали, что первая дисциплина сегодня — политология (блондинка со стоном возвела глаза к потолку, в то время как Софья не позволила себе такого), разумеется, с опозданием вошли в большую круглую залу и осмотрелись: в центре площадка, на которой стоял тёмный стол с многочисленными надстроенными полочками и стул. Вокруг располагались поднимающиеся вверх трибуны с прикреплёнными к ним одним концом досками — партами. Уже почти все заняли свои места, примерно четверть от всего количества сидений; между рядами, девушки только сейчас заметили, расхаживал толстый преподаватель в галстуке, с сахарной улыбкой и блестящей лысиной. Ученики с прилежным интересом разглядывали нового учителя — первое в жизни занятие по политологии, как-никак. Маленькие глазки толстяка обратились на подруг с некоторым удивлением.

— Ты ведь частенько говоришь: встречают по одёжке, провожают по уму, — шепнула приятельнице Лизавета. — Первое впечатление самое важное, да? Поздравляю, мы уже выделились. А так как нас не по чему провожать, — в доказательство Софья намеренно глупо хохотнула, — то думаю, что хорошее отношения этого политолога, — он выговорила букву «П», словно плюнула, — нам не светит, как солнышко в этих краях…

— Здравствуйте, девочки, — очень благодушным невнятным голосом начал он. — Почему же опаздываем на первый урок? Может, вам не нравится изучать курс нашего государства? — и рассмеялся каким-то жеманным смехом, словно подобное казалось ему невозможным.

«Весёлое же у нас будет времяпрепровождение», — мелькнула мысль в голове Лизы, пока та стояла с неопределённым видом.

— Простите, пожалуйста, Евгений Витальевич, — запела Кунжутова. «Когда она успела узнать его имя?» — Мы так торопились, готовились, волновались, а в результате… Всё равно опоздали! Вот так незадача!

— Да, у девчонок всегда такие приключения: помаду, диетическое питание, юбку запасную! не забыть положить, а на время внимания не обращают, — понимающе кивнул он. «Похоже, в его воображении девушка — это существо, на пятьдесят процентов состоящее из косметики, меняющее гардероб минимум пять раз в день и всю жизнь ограничивающее себя в еде безо всякого результата», — у Заболоцкой тоже успел сложиться примерный образ этого учителя, не самый льстящий. Так странно, строгих преподавателей блондинка терпеть не могла, а бесхребетных — не воспринимала всерьёз.

— Надеюсь, такого больше не повторится, — попытался строго сказать педагог.

— Конечно, — с едва заметным сарказмом ответила Соня. — Вы, надеюсь, ещё не начали? Можно нам сесть? — Мужчина снисходительно разрешил, и подруги выбрали два соседних места подальше от учителя.

— Вот она, оказывается, какая! — Лиза с торжественным видом подняла палец вверх. — Дипломатия! — девочки растеклись по жёстким партам от смеха. — Мне отныне даже на урок ходить не обязательно, всё знаю!

— Только не проговорись при нашем Пивном Животике.

— Точно, а я-то думаю, как же его назвать… Он совсем как бочонок с пивом!

— Да, а я ведь почти забыл рассказать вам одну забавную историю, — бубнил Евгений Витальевич самозабвенно. Урок прошёл достаточно неплохо: первую его половину Елизавета только и делала, что шёпотом передразнивала нового преподавателя, а Софья с трудом удерживалась, чтобы не захохотать. После одной особенно удачной, но обидной шутки, рыжая девочка всё же прыснула и прибавила.

— Ты сегодня немного злая.

— Это моё обычное состояние, — самокритично, но без раскаяния ответила Лиза.

— Да, но сейчас немного больше, чем обычно. Лизавета?..

— Не важно, небольшая перепалка дома, — отмахнулась та.

— Как вы успели? — ахнула Сонечка. — Ты же специально уходишь раньше, чтобы избежать ссор!

— И именно на почве этого разгорелся конфликт.

Вторую же половину занятия средняя Заболоцкая мирно проспала. Лишь на секунду блондинка приподняла голову и спросила у подруги, рисующей карикатуру на учителя в тетради:

— Он всё так же расхваливает себя и свои достижения в жизни или соизволил перейти к политологии?

— Увы, — коротко пожала плечами Кунжутова и вывела на белом листе бумаги широкую подобострастную улыбку от уха до уха.

— Похоже, — девушка успела сказать только это, прежде чем снова провалилась в сон. Спустя сорок минут Соня растолкала соседку — кончился урок, и пора выходить из кабинета. Девушки смахнули все вещи с парты в рюкзак и поспешили в коридор, обсуждая изменившихся и не очень за лето сверстников.

— Надеюсь, вам понравился урок? — окликнул их уже на пороге Евгений Витальевич.

— Конечно, понравился, — на секунду отвлеклась Лиза и вновь повернулась к приятельнице. — Куда нам идти теперь, что следующее?

— Хотелось бы домой, — вздохнула девочка и пробежалась взглядом по огромной настенной доске с индивидуальным расписанием почти каждого, — но, кажется, на следующем занятии мы расстаёмся.

— Что? Да, правда… Я же говорила тебе выбирать то же, что и я!

— Какая хитрая! Мне, между прочим, совершенно не нравится черчение.

— Мне тоже. Но у меня нет выбора. Родители… — она развела руками.

— А кем работают твои родители? Я совершенно забыла.

— Отец — адвокат, мать — прокурор, — невозмутимо напомнила девушка.

— Ты серьёзно? — округлила глаза Кунжутова.

— Нет, разумеется! Наоборот, — увидев абсолютно растерянное выражение лица подруги, блондинка злорадно рассмеялась. — Шучу я, конечно же. Мама и папа оба архитекторы, иначе зачем бы мне понадобилось черчение? Даром не нужно, — тем временем девочки проходили мимо небольшого школьного магазинчика. — Я хочу пить, подожди.

Средняя Заболоцкая приблизилась к буфету и что-то сказала улыбчивой женщине в чепчике около прилавка с различными сладостями, булочками и прочим. Та повернулась к стойке с товаром и указывала на полочки и отсеки — уточняла. Вскоре блондинка вернулась с двумя баночками яблочного сока, одну из которых отдала спутнице, и девочки тронулись с места.

— Значит, ты сейчас меня бросаешь? — протянула Лиза.

— Да, мне нужно спуститься на этаж ниже.

— Что будешь изучать? — осведомилась та.

— Скуку смертную — литературу Зауралья, не понимаю, как я могла год назад согласиться на подобные муки.

— Странно, — подняла брови девушка, — мне всегда казалось изучение наших соседей и всё, что с ним связано, довольно интересным…

— Потому что ты не знаешь, о чём говоришь. Наша учительница на мёртвого тоску напустит, а на занятии мне даже поспать не удаётся; стоит задремать — а она как взвизгнет! Не потому, что заметит — особенность голоса у неё такая.

— Кстати о здоровом сне, какие впечатления оставил первый за всю жизнь урок политологии?