Чтение онлайн

— Именно, но мне не сложно, — не отрываясь от занятия ответил мальчик, чтобы не вызвать лишний раз неудовольствия преподавательницы.

— А дашь потом перерисовать? — хитро сверкнула глазами девушка.

— Сама справишься — не глупая, к тому же хорошистка, — лаконично отказал тот. У девушки же почти получилось изобразить натуральную обиду на лице, но неожиданно по кабинету пронёсся окрик:

— Заболоцкая! То, что ты сидишь на последней парте, не значит, что я тебя не вижу, и ты имеешь право валять дурака на, между прочим, факультативном занятии!

Лиза послушно, с видом прилежной ученицы выпотрошила рюкзак, добыв тетрадь, линейку, карандаши и прочее и начала перерисовывать с меловой доски схему какого-то нового невероятно полезного механизма, так и не узнав, что это было внутреннее устройство мехкамина.

— Она, похоже, злая, как ведьма, — фыркнула Лизавета, идя в сторону залы ССБ с Мишей, которого к концу урока ей всё же удалось разговорить.

— А мне понравилась, — не согласился мальчик, — строгая, да, но она хороший учитель, а многие из подростков только из-под палки, в данном случае, указки, готовы слушаться.

— Интересно, кого же ты имел в виду? — девушка в недоумении взялась пальцами за подбородок. Юноша улыбнулся. Через некоторое время он вдруг остановился и спросил:

— У тебя какое следующее занятие? Тоже сохранение собственной безопасности?

— Конечно, а зачем бы я ещё шла туда же, куда и ты? Думал, я тебя проводить решила? Ты уж, будь добр, оставь это право своим поклонницам.

Разумеется, подобной колкости мальчишке было нечего противопоставить, а ведь Михаил Плясунов всегда за словом в карман тянулся, правда, раньше он для решения споров использовал свои легендарные кулаки, так что он просто промолчал.

— Представляешь, я ведь тебя сначала даже не узнала, — поделилась со спутником блондинка.

— Разумеется, мы не виделись несколько лет.

— Я не о том! В начальных классах ты был таким забиякой, ни дня без драки. Помню, сначала мы с тобой не поладили и постоянно выясняли отношения, а потом решили объединиться. Ух, как нашу банду боялись! — мечтательно смежила веки та.

— Да, меня всегда это удивляло, — тоже предался воспоминаниям парень. — Мы никогда боевой комплекцией не отличались, а даже здоровенные мальчишки не рисковали с нами связываться.

— Потому что главное не масса, главное — решительность! — подхватила Лиза.

— Да, а пару лет назад один умник, едва прочитав произведение «Война и мир», всем однокурсникам прозвища придумал. Я тогда из-за детской полноты стал Пьером Безуховым.

— Как такое забыть? Меня тоже потрепали — я ведь тогда разорвала с этим шутником отношения и сразу окрестилась Наташей Ростовой.

— И ребята нашли очень забавным соотносить нас с книжной парой, — хмыкнул парень.

— Но, к счастью, нескольких поставленных синяков хватило, чтобы снова стать самими собой!

— Мы смотримся как бандиты, с ностальгией обсуждающие свои прошлые подвиги и победы.

— Да, сейчас мы уже не те, постарели, — ухмыльнулась Заболоцкая.

— А ты не особо изменилась, — задумчиво протянул парень. Ребята вошли в кабинет ССБ, Лиза ещё издалека заприметила рыжую макушку за третьей партой, махнула рукой Мише и рухнула на диванчик рядом с подругой.

— Даже не прозвенел колокольчик, а ты уже на месте.

— Не могла же я бросить своего спутника на середине дороги, — она села вполоборота и обвела глазами аудиторию. — Пустовато.

Словно в опровержение её слов в залу зашла небольшая стайка ребят. Потом ещё одна. И ещё. Вскоре помещение заполнилось.

— Ого, аншлаг! — недоверчиво хмыкнула Лизавета. — Никогда бы не подумала, что такую скучную дисциплину будет посещать столько народа.

— Наверное, родители заставили, — предположила Соня. Блондинка пожала плечами и провела контрольный осмотр класса. Несколько раз взгляд её споткнулся на ком-то, и девушка решила задержаться на каждом: Арсений, Катя, Лиля, Алёша, какая-то брюнетка, Питер, Маша… Одну секундочку, Питер? Заболоцкая пригляделась — вдруг зрение подвело. Но нет, это именно он, её давний знакомый, Пётр Лутчанов, или же, как Лиза про себя его называла, Димкин друг. И сейчас девочка неприлично пристально смотрела на него и не могла оторваться — она была поражена. Дело даже не в том, что мальчишка учился в другой школе и вдруг так неожиданно решил сменить учебное заведение — мало ли какие у кого навязчивые идеи (хотя это тоже казалось немного странным), а то, что Елизавета с трудом узнала приятеля. Она помнила его маленьким худеньким некрасивым ребёнком с умным, но слишком важным лицом, а теперь на соседнем диванчике сидел стройный подтянутый парень среднего роста с копной густых кучерявых тёмно-русых волос, раскосыми ярко-зелёными глазами и длинными ресницами, невероятно симпатичный. Ему годы действительно пошли на пользу. Удивление девушки вызвала не столько обаятельность старого знакомца — в их школе красивых подростков было много — а изменения, казалось бы, невозможные.

— Увидела что-то интересное? — Софья перегнулась через столик.

— Не то слово, — она несильно сжала щёки подруги пальцами и развернула её лицо в сторону нового однокурсника, — смотри.

— Не могу поверить, значит, он по-настоящему решил уйти из лицея?

— Ты знала? — ещё больше удивилась блондинка.

— Слышала от кого-то, летом, — не стала вдаваться в подробности Кунжутова, — но думала, это простые сплетни.

— Как оказалось, нет, — она последний раз взглянула на мальчишку («Не так уж он хорошо выглядит: синяки под глазами, заспанный, постаревший…») и достала очередную тетрадь из рюкзака. Колокол оповестил о начале занятия, и в кабинет вошёл… Евгений Витальевич.

— Разве мы сейчас изучаем политологию? — непонимающе скрестила руки на груди Сонька.

— Если мы и сошли с ума, то не все сразу, — Лизавета заметила, как остальные ребята тоже заозирались по сторонам с неуверенными лицами.

— Здравствуйте, дети, — радостно начал мужчина, — сегодня нам очень повезло — мы вплотную познакомимся с государственным строем России, нашей таинственной соседки, да-да, я расскажу вам всё, что знаю сам, а значит, всё, что известно даже нашим дорогим Охотникам и Осведомителям… Минуточку, — он собрал губы бантиком, как обиженный ребёнок, — а куда же я попал? Какая это зала?

— Восьмая, — обрушился на него хор ломающихся подростковых голосов.

— Ба! — он хлопнул себя ладонью по лысине. — А я должен быть в Одиннадцатой! Извините за беспокойство, и удачи вам в изучении истории!

— У нас сейчас… — начал кто-то из учеников, но Евгений Витальевич уже выбежал в коридор. Лизавета ещё смотрела ему в след сочувственным взглядом, когда вдруг услышала захлёбывающийся смех слева. В очередном приступе хохота Соня чем-то подавилась и закашлялась, не переставая веселиться.

— Никак не могу понять, что же ты нашла смешного, — похлопала её по спине подруга. — Здесь плакать надо.

— Ты не заметила? — отдышалась рыженькая девочка. — Лиза вопросительно подняла брови. — Я думала, такие растяпы-учителя встречаются только в книгах в качестве юмористических персонажей! Ведь абсолютная копия, словно с него некоторые авторы писали портрет, ха-ха!

— А ты права, — задумалась блондинка, тоже замечая нелепость и картонную безжизненность, присущую многим героям произведений. — Словно со страниц романа сошёл.