Чтение онлайн

— Я буду рада, если всё продолжится в том же духе, — сладко потянула одну руку Соня, так как в другой держала уже наполовину опустошённую баночку. — Я просто встаю довольно рано, и мне дополнительные часы отдыха отнюдь не помешают.

— Хм, — подруги остановились у лестницы, Лизавета выбросила в урну почти не тронутый сок. — А мне он не понравился. Пивной Животик, я имею в виду. Он совсем недавно перевёлся в наш блок, в конце лета. Он такой бестолковый. Ты иди, — она указала приятельнице на спуск, — а я следом, сестру найду. У неё должна быть биология.

— Встретимся на ССБ, — и, перепрыгивая через ступеньки, поспешила на урок. Лизавета же разыскала Саньку, обитавшую в стайке ровесниц и, проворно вытащив её из этого улья, отвела в сторону. Спросила, как дела дома, как мама. Получив более или менее обнадёживающий ответ, отпустила девочку и, о, чудо! Заранее зашла в учебную залу. Этот кабинет был обустроен гораздо привычнее и удобнее для Заболоцкой: прямоугольный по форме, с устойчивыми крепкими столами (не досками!) для трёх-четырёх человек и короткие серые диванчики. В правом переднем углу — учительское место. Большинство сидений уже занято к приходу блондинки, на партах разложены карандаши, линейки и прочие принадлежности для черчения, ребята развернулись на девяносто градусов на диванах, вытянув ноги в проходы между столешницами и переговариваясь в полголоса. Алёша Белкин, что сидел ближе всех к учителю, с плотоядным видом разглядывал свои ногти, после чего поднёс пальцы ко рту. Девушка брезгливо передёрнула плечами и отвернулась. Вскоре она нашла место себе по душе: предпоследняя парта, около окна и рядом с Плясуновым Мишей — спокойным тихим парнем, прилежно выводящем прямые линии без помощи линейки, и не любителем разговоров. «Настоящий хамелеон», — то ли восхитилась, то ли огорчилась девочка. С начала их знакомства Мишка со своим другом Игорем Грачёвым запомнились блондинке как лютые озорники и весельчаки, выходки которых частенько повышали Лизе настроение. С прошлого же года Михаил (думаю, теперь его следует называть полным именем) несколько изменился и стал таким, каким его недавно представили читателю. Но старых товарищей не бросают, и Елизавета без спроса метко кинула сумку на соседнее сиденье. Юноша и ухом не повёл. Лиза решила не изменять традициям и покинула залу, отправилась гулять по лестницам и коридорам, а со звонком нарочито медленно стала возвращаться. К удивлению девочки, она вошла не последняя — сразу после неё в помещение забежал пунцовый от нехватки дыхания мальчишка с дребезжащим рюкзаком. В опоздавшем Заболоцкая выявила того самого Игоря, о котором знала лишь то, что он ранее был неразлучен с Плясуновым. Юноша, пыхтя, прошествовал вглубь класса и остановился лишь у одиночной парты, на которой гордо возвышался скрючившийся мешок. Похоже, парень забронировал себе место. Ещё всплыло в памяти: бывший хулиган всегда старался садиться как можно дальше. Игорь сбросил тяжёлую ношу с плеч, с блаженным видом потянулся, похрустел шеей и доброжелательно махнул Плясунову. Тот лишь кивнул (крайне невежливо!) и склонился ещё ниже над чертежом. Только сейчас Лизавета заметила, что мальчишка рядом тщательно занавесил волосами лицо, чтобы скрыть что-то. В голове зачалось подозрение, но прежде чем эмбрион хоть чуть-чуть сформировался…

— БА-БАХ!!!! — грохот, состоявший из нескольких последовательных ударов, заполнил комнату, стремясь выдавить барабанные перепонки и глаза — учащимся, окна с рамами — из стен. Вздрагивающий от каждого звука, стоящий ближе всего к его эпицентру Грачёв крепко держал в своих руках ручку и ещё пару секунд после наступления тишины не шелохнулся, тупо уставившись на груду металла и дерева — бывший стол. Вероятно, я должна объясниться — итак, стОило ничего не подозревающему мальчику бросить портфель на парту, а затем чуть толкнуть его (что было ужасной ошибкой), предмет мебели мгновенно разобрался на первоначальные элементы и простейшие детали, с недавнего времени не закреплённые ничем, кроме надежды да крепкого словца. Елизавета, отчасти оглушённая и потому сбитая с толку, сидела, уставившись на Игоря, в то время как её менее впечатлительные одноклассники в большинстве своём лишь дёрнулись и продолжили монотонный разговор. Из-за этого девушка даже не заметила, что Мишка не шелохнулся и продолжил сидеть в прежней позе, опустив голову. «Где же учитель?» — возник чужеродный вопрос под белыми кудрями. Первым относительную тишину в глубине класса нарушил именно объект всеобщего краткосрочного внимания. Медленно отходя от шока, он издал странный короткий звук. Потом ещё один. Потом вереница из этих звуков слилась воедино, и до Лизаветы дошло — он смеялся! Через секунду парень, ошеломлённо хихикая, повернулся к Михаилу и булькающим голосом осведомился:

— Ты серьёзно?!

На большее выдержки Лизиного соседа не хватило — он сам задохнулся от хохота.

— Я тебе говорил, что месть моя будет страшна, — выдавил между приступами веселья мальчишка. Наконец, Лиза осмыслила всю ситуацию и, сама себя не помня, присоединилась к приятелям. Она судорожно спрятала глаза за руками и заскрипела от беззвучного нервного хихиканья:

— Чёрт вас подери, ха-ха-ха!

Останься у школьницы способность анализировать, она бы непременно удивилась, отчего всем ребятам не передалось буйная радость троицы. Однако сейчас она была занята совсем другим. Успокоившись достаточно, чтобы сочетать буквы слова, она повернула голову к Мишке. Тот, упёршись лбом в столешницу, мелко подрагивал — единственное, что выдавало его.

— Как ты это провернул? — прошелестела Заболоцкая средняя на ухо товарищу. Тот поднял покрасневшее, но счастливое лицо, наклонился к сумке и с готовностью вытащил из неё небольшой холщовый мешочек, в котором что-то интригующе звенело. Девочка второпях развязала верёвку, стягивающую его протёршееся горлышко, а, заглянув внутрь, опять прыснула. Там обнаружились все чудом пропавшие гайки, шурупы и прочие держатели, ранее превращающие груду деталей в парту.

— У-х-х! — девушка энергично обмахивала себя руками, пытаясь согнать со щёк позорную алую краску. — Искатели приключений. По-моему, ты обошёлся с Игорем слишком жестоко, — и вновь хихикнула. Объективно говоря, нынешние проделки этой весёлой двоицы меркли по сравнению с прошлыми их выходками, но девочка успела отвыкнуть. Хорошо, что Плясунов не остепенился так окончательно, как показалось сперва.

— И что мне делать? — напомнил о себе Грачёв. Мишка откашлялся и с почти суровым видом протянул другу пресловутый мешочек.

— Собирать конструктор!

— Отлично сказано, — одобрила Лиза, а Игорь собирался вновь зайтись в каркающем смехе, как вдруг…

— Я вижу, скучать мне в новом году не придётся, — голос явно гораздо тише недавнего грохота, но на него отреагировали все до единого. Конечно, ведь определённые нотки и интонацию любой ученик выучит за столько-то лет, и чутьё не подвело: новая преподавательница, имени которой Лизавета не запомнила, замерла в дверях, прислонившись к косяку, и, видимо, уже довольно долгое время наблюдала за подростками, или просто хорошо притворялась. На этот раз тишина воцарилась отнюдь не относительная.

— И, да, Боря, как ты и предсказывал, учительница по черчению — сущая бабушка дьявола. По крайней мере, так меня зовут ваши сверстники. Когда, думают, что я не слышу, — добавила она, подмигнув, а неосмотрительный мальчишка, похоже, действительно рассматривал перспективу провалиться сквозь землю к рогатому. Иначе почему так увлечённо изучал пол?

— И мне, как Грачёву, тоже очень интересно, что же делать дальше, — продолжила женщина. Сделала вид, что призадумалась. — Наверное, чинить. Миш, я так понимаю, ты у нас такой талантливый инженер? Будешь помогать другу.

Наконец Валентине Тарасовне (точно! Так её зовут) надоело стыдить нерадивых учеников, она сменила гнев на милость, прошла к своему столу, поправила съехавшую на один миллиметр кипу тетрадей. Придирчиво оглядела подростков.

— Итак, как я вижу, вы уже выбрали места себе по вкусу. К сожалению, мы с вами ещё не знакомы, и я не знаю ваших привычек и особенностей, так что в процессе учёбы возможны пересадки, а сейчас, чтобы хотя бы немного упорядочить… Девочка на третьей парте, Алексеева, верно? меняется местами с мальчиком, эм, Анатолием, на ряду у окна («Надо же, всего один раз пробежалась глазами по списку, а уже всех помнит!» — оценила Елизавета).

Наблюдая за недовольным передвижением подростков, конечно, каждый ведь уже облюбовал диванчик по душе, девушка пришла к выводу, что учительница всего лишь самых низких передвигает вперёд, самых высоких — назад.

— Баба Яга, точь-в-точь из народных сказок, — сообщила она малость присмиревшему соседу и в ту же секунду заметила, как дрогнуло чуткое ухо чертёжницы. Непонятно, откуда, появился отвратительный стыд, не за слова, за то, что их услышали. «Сначала думай, потом делай!» — мысленно стукнула себя по темени блондинка. Разумеется, ждать не пришлось, и санкции сразу же обрушились на провинившуюся:

— Лизавета пересаживается на первую парту к Белкину, — девочка посмотрела на мальчишку, которого ничто не могло отвлечь от его трапезы, и, чувствуя, что не существует предела её наглости, громко вежливо попросила:

— Могу я остаться на прежнем месте? У меня дальнозоркость, — и показала чехол для очков из тёмной искусственно состаренной толстой кожи. Женщина помолчала, подумала, и, судя по всему, отметила среди остальных (не в самом лучшем смысле) после чего великодушно разрешила ученице сидеть позади и начала объяснять какую-то новую тему. «Вряд ли я этого не знаю или не узнаю позже», — думала Заболоцкая, расслабляясь и не вслушиваясь.

— Ты бы не выступала, если не хочешь собирать стол с нами. Не помню, чтобы проблемы со зрением тебя когда-либо останавливали, — отвлёкся на секунду от чертежей Михаил.

— Конечно же, никогда, но Алёша… — она красноречиво замолчала. Парень снова склонился над манускриптом, исписанным разными математическими значками, обозначил середину какой-то прямой линии точкой «А» и без циркуля мгновенно наметил идеальный круг. Блондинка из любопытства заглянула под руку соседу.

— Разве это не наше завтрашнее задание на дом? — удивилась она.