Чтение онлайн

Судя по цифре над входом, мы поднялись на седьмой этаж. Бернард без опасений открыл дверь, скользнул в длинный пустой коридор с рядом дверей, где так же гудела тревога. Я подумал, что сегодня насмотрелся одинаковых коридоров на всю жизнь вперёд.

Он шагал широко и энергично, собранный, с прямой спиной, будто не побег из плена совершал, а вёл отряд в атаку на приступ крепости.

– Там отделение жизнеобеспечения. – Бернард похлопал по стене на ходу. – Я на седьмой попытке заходил. Кухня, прачечная. Автоматика в основном. Весь этот коридор воняет стиральными средствами… Отличные твои фильтры.

– Кто знает, где омеги? – спросил я.

Бернард отозвался через плечо:

– Родерик. Он гениальный химик в третьем поколении. Беты его берегут, а он не доставляет им проблем. Где-то раз в год за послушание они дарят Родерику вязку с течной омегой. Импотенты думают, что это хороший подарок… для зверя без души… А у Родерика не хватает духу их послать… В общем, он бывал в омежьем крыле.

– Щедро! А тебя не водили?

Он остановился, развернулся ко мне. Взгляд зелёных глаз надавил в упор, захотелось отступить на шаг. Я поймал себя на том, что виновато потупился, прямо как Арон передо мной. Впервые с тех пор, как я перерос Халлара и почуял себя взрослым, меня сломали взглядом. За секунду.

– Не шути со мной, – попросил Бернард.

Обычным тоном, без укора, угроз или наезда. Но я почуял, что никогда не захочу с ним шутить. И сейчас не собирался, и, честно, не совсем въехал, что тут обидного. Видимо, упустил момент, когда он объяснял, почему согласиться на вязку с заключённой омегой – признак слюнтяйства. Я знал Бернарда минут пятнадцать, но почему-то оскорбить его казалось чуть ли не богохульством. Все мои «извини», «не хотел», «я ни за что бы» и виляние хвостом уместились в многозначительное:

– Лады.

Но я чувствовал, что он всё понял.

Я глянул время – минуло полчаса с начала атаки. Как один миг. Вызвал Халлара:

– Рисса с тобой? Карвел добрался?

– Дополз, – отозвался старейшина. – Из него хлещет, как из кабана, Лиенна не успевает бинты менять. Сейчас прижжём. Карвел на крышу идёт, двоих мало. Рисса вон спит.

– Что Тар?

– Сложно. На улице напротив – отель. Тар говорит, чует с той крыши снайпера.

– Чёрт! Пусть Арон не высовывается!

Он промолчал.

– Халлар! Прикажи ему!

– Поторопи там морпеха. Мне надо резать, здесь сантиметровка, чтоб её. Отбой.

Не прикажет, понял я. Арон уже вычеркнут, он и здесь-то лишний. Не балласт даже, а тикающая бомба у клана под подушкой. Сами и обезвредить не можем, только выбросить, чтобы чужими руками избавиться. И это происходит с моего согласия. Я дал добро.

Может, мы и не сгинем сегодня, и даже станем сильнее, но Арону эта сила уже не поможет.

– У нас проблемы? – спросил Бернард.

– Пока держимся.

Арон, дружище. Не высовывайся там.

Стерильно-безликий коридор свернул под углом, разошёлся надвое, повернул снова. Кажется, по этому пути Бернард с завязанными глазами прошёл бы. Впереди завиднелся просторный холл, в конце которого, возле лифта, маячили металлические створки, раскрашенные огромными буквами по трафарету:

Не выходя в холл, я издали расстрелял движущуюся камеру над входом в сектор, пока мы не попали в обзор. Бернард притормозил.

– Минутку. Мне нужно ещё немного подумать, что им сказать.

– Кому?

– Остальным… Не суди их, они запуганы. Слишком часто видели, как карают за нарушения. Их проще сломать, они гражданские. Нильс художник из творческой семьи, был очень знаменитым. Клейн инженер, Альмор писатель…

– А «суперы»? – Червячок ужаса зашевелился где-то под ложечкой, как перед прыжком в пропасть. – Поделки среди них есть?

– «Суперы»? – не понял Бернард. – Мутанты, что ли? Слышал я какие-то разговоры у охраны, но не интересовался… Обычные поделки должны где-то быть. Раз добровольные доноры перебиты, нам, конечно, растят смену… Но их держат где-то ещё. Если их прямо в Институте растят, их не требуется охранять по уровню один-ноль. Вряд ли их даже простым навыкам обучают. Звери же. Думаю, им уже не помочь.

Вот тут он слегка ошибался. Это обычным не помочь. Видел бы он обученную «суперку» в деле…

Халлар спросил разочарованно:

– Таких, как он, тоже нет?

– Такие мертвы, – напомнил я.

– С категорией «ВА» я один, господин Тэннэм. – Бернард догадался о вопросе Халлара. – Но нельзя списывать остальных со счетов. Вам ведь нужно не только воевать.

– Кто кормить будет этих писателей? – проворчал Халлар.

И, вообще-то, был прав. Арон пока свои девять из десяти по мишеням попадать начал, полторы сотни патронов в молоко пустил. Когда ещё эти инженеры и художники автомат с нужного конца брать научатся? Но, конечно, всяко раньше, чем дорастет до вылазок мой Сайдарчик.

Повесив удобнее сумку, Бернард вытащил из неё отрубленный палец и вытер кровь с подушечки о своё плечо.

– Сейчас покажешь, как фермер научил тебя стрелять, – сказал мне. – За дверью длинный зал – шесть метров шириной. Дежурный пункт – справа, в пятнадцати метрах от входа, за ограждением высотой с метр. Дежурных по крылу четверо, вооружены пистолетами с сонными дротиками, рухнешь секунд через пятнадцать. Постарайся, чтоб не попали в тебя, иначе сгинем оба. Они будут настороже, так как дана тревога. Скорее всего, сидят за ограждением. Один, возможно, обходит клетки. Я ворвусь и отвлеку их. Мои трюки они на записи видели, знают, что я могу сделать за пятнадцать секунд. Так что стрелять не станут, сразу активируют магниты. – Он поднял руки, демонстрируя браслеты на запястьях. Видимо, в них тоже была встроена какая-то пытка, которая в изоляторе не включалась. – Секунд через пять после меня заходи и стреляй… Один мой, трое твоих. И запомни: пока троих не пристрелишь, ко мне ни в коем случае не подходи ближе, чем на пять метров.

– Почему?

– Магниты, говорю же. – Он снова поднял руки с браслетами на запястьях. – Готов?

– Ага.

Про магниты я ни хрена не понял. Просто запомню: к Бернарду не подходить.

Я вздохнул, прочищая мозги. Вот прямо сейчас должен был понестись по венам мой старый знакомец страх. Но я смотрел, как Бернард шагает к двери через холл, и вместо ожидаемого страха на меня накатывал кураж.

Он шагал так решительно, пояс халата так задорно подпрыгивал на голове, и его окровавленные ладони, и пока не давший осечек план побега, и естественная манера командовать – всё говорило о том, что у нас получится. Обязательно. Непременно.