Чтение онлайн

– Выходит, что да. – Ровнин нагнулся пониже к оконцу, за которым находился старик. – Такое дело, батя: у Никиты этого на днях родителей убили, причем сразу обоих. Завтра похороны, а сестра единокровная его найти не может, потому к нам обратилась. Мало ли что? Может, он где водку жрет по причине весны и окончания семестра, тогда ладно. А если нет? Если на нем волки куда-то срать уехали, и ей теперь еще одну могилку рыть понадобится? Тогда коленкор другой. Потому давай-ка сходим, поглядим, что у него там, в комнате, происходит.

– Да, дело нешутейное, – признал вахтер. – Вот так сразу обоих? Ишь ты! Куда мир катится?

– И не говори, отец, – согласился с ним Ровнин. – Еще чутка – и грянет апокалипсис с четырьмя всадниками мрака и всем таким прочим.

– Я коммунист с сорокалетним стажем! – возмутился дедок. – И в эту всю религиозную чушь не верил и не верю. Думай, что несешь-то!

– А! – понимающе протянул Олег, почесал затылок и добавил: – Ну и демократы чертовы тоже хороши! Развалили Союз, понимаешь!

– Другое дело, – одобрил старик и брякнул связкой ключей. – Пошли на третий этаж.

Как Олег и предполагал, ничего особо интересного в комнате сутулого студента не обнаружилось. Три кровати, стол, стулья, древний шкаф, забитый самым разным барахлом, десяток пустых пивных бутылок в углу да благоухающие потными ногами раздолбанные кроссовки кого-то из жильцов, стоящие аккурат посередине помещения. Причем, что забавно, шнурки на них были завязаны.

Но сказать, что он зря сюда заглянул, тоже сказать никак нельзя. Во-первых, Ровнин понял, как именно Никита покинул свою комнату тогда, ночью, и как в нее вернулся. Просто прямо за окном находился раскидистый вяз, он-то новоявленному оборотню и помог. Ясно, что в своей обычной форме худосочный Липкин его использовать бы не стал. Да что Липкин, тут даже и более спортивно подготовленный парень вряд ли бы отважился сигануть из окна с тем, чтобы зацепиться за ветку, а после спуститься вниз. Ну, по крайней мере в трезвом виде точно. Но одно дело – человек, и совсем другое – волкодлак, для него подобная акробатика – плевая задача.

Ну а во-вторых, Олег разжился фотографией подозреваемого. Вернее, даже тремя, на всякий случай. Мало ли кого, кроме Анфисы, он на него науськает?

– Нашел чего? – осведомился у него вахтер, стоящий в дверях и не сводящий глаз с оперативника. – Или как?

– Или как, батя, или как, – взмахнул фотокарточками, зажатыми в руке, Ровнин. – Я снимочки его захвачу, если ты не против? Надо же коллегам знать, кого ищем.

– Бери, – разрешил дедок. – Если все, то выходи, я дверь закрою. А вообще комендантше завтра скажу – если эти обормоты тут не живут, так нечего и квадратные метры занимать. Посерьезней их студенты есть, которые сидят, к экзаменам готовятся, а не шляются невесть где!

– Ну, ты тоже не обобщай, – посоветовал ему Олег. – Мало ли чего и с Липкиным и двумя другими пацанами произошло? В жизни по-разному случается.

– Да без разницы, – проворчал вахтер, проворачивая ключ в замке. – Все они, знаешь ли… Пошли, что ли?

– Я маленько задержусь, – сказал Олег, приметив в коридоре двух симпатичных девчонок в спортивных костюмах, одна из которых вроде бы даже плакала. – С народом поговорю, может, кто что знает, показания какие даст? А ты, отец, иди.

– С народом, – глянул туда же, куда и оперативник, старик. – Знаю я эти разговоры, не первый день на свете живу. Сегодня ты с нее показания снимешь, а к Новому году живот у девки до носа вырастет.

– Ну, значит, сама дура, – в тон ему ответил Олег. – Надо думать, когда, кому и насколько откровенные показания давать.

– Хэх! – издал горловой звук вахтер, хлопнул нового знакомца по плечу и пошаркал в сторону лестницы.

Ну а Ровнин направился к девушкам, которые действительно были сильно невеселы.

– Добрый день! – поприветствовал Олег студенток, одна из которых и в самом деле тихонько плакала, а вторая подругу по мере сил утешала, гладя при этом по плечу. – Старший лейтенант Ровнин. Мне бы вам пару вопросов задать. Нет, вижу, что не ко времени, но кто-кто, а вы, как будущие юристы, должны понимать, что работа есть работа.

– Конечно, – шмыгнула носом и вытерла слезинки одна из соседок Липкина, девушка симпатичная, хоть, на взгляд Ровнина, и немного полноватая. – Надо – значит надо.

– Само собой, – кивнула ее подруга, невысокая и черноволосая. – Тем более что Игорек нам всем не чужой был. Вот какая сволочь его так?

– Игорек? – переспросил Олег. – А это кто? И что с ним случилось?

– А вы разве не по поводу смерти Рябинина пришли? – уставились на него студентки. – Его сегодня утром убили. Нам Валерка из тридцатой только что рассказал.

– Слушайте, а у вас где тут курить можно? – поинтересовался Ровнин, который никогда не верил в совпадения, а потому мигом насторожился. – Только на выходе или на лестнице, если втихую, тоже? Просто чего в коридоре стоять, всем мешаться?

– Втихую – можно, если на пятом этаже, – кивнула утешительница. – А сигареткой угостите?

– Легко, – ответил оперативник. – Пошли?

На пятом этаже обнаружилась небольшая клетушка, расположенная рядом с закрытой на висячей замок решетчатой дверью, ведущей на чердак. Девушки привычно уселись на ступеньки, оперативник тут же пристроился рядом.

– Для начала надо бы познакомиться, – предложил он. – Я – Олег.

– Маша, – сказала брюнетка, вытягивая сигарету из предложенной мужчиной пачки.

– Аня, – сказала ее светловолосая подруга, которая, похоже, не курила.

– Вот и ладушки, – произнес Ровнин, щелкнув зажигалкой. – А теперь скажите мне, кто такой Игорь Рябинин и где его убили?

– А вы сами не знаете? – изумилась Маша, прикуривая. – Странно. Мы просто подумали…

– Я очень много чего знаю, у меня работа такая, – веско произнес оперативник. – Но по той же самой причине всегда хочу знать еще больше. Рассказывайте.

– Так, а что мы знаем? – глянула на него брюнетка. – Убили Игорька. Ну, еще Валерка сказал, что вроде в парке его нашли.

– В «Вербилках»? – мигом уточнил Олег.

– Ну да! – покивала Маша.

– А что Игорек там делал? В смысле – где общежитие и где «Вербилки»? Не совсем разные концы Москвы, конечно, но и не сильно близко.

– Он еще зимой в тот район переехал, – наконец подала голос Аня, по щекам которой снова поползли слезинки. – У него там… Ну…

– Девушку он себе нашел, а у той квартира, – не особо жалея чувства подруги, которой, похоже, покойный Рябинин крепко нравился, рубанула с плеча правду-матку Мария. – Своя. Они сначала похороводились месяца три, в кино там походили, на каток, а после он вещички собрал и уехал. На свою голову, выходит.

– Выходит, да, – согласился с ней Ровнин. – Имя-фамилию девушки этой вы не знаете?

– Фамилию – нет, – мотнула головой Анна. – Она не из нашего института. А зовут Алла. Валерку можно спросить, они с ней двоюродные брат и сестра. Она потому ему и позвонила сразу. Игоря с пробежки долго не было, она в парк пошла, а там такое…

– В МГУ учится, – добавила Маша, поймала взгляд подруги и спросила: – Что? Игорек пацанам рассказывал, я услышала и запомнила.

– Девчонки, я один звонок сделаю? – поинтересовался у студенток Олег, после достал из кармана мобильник, спустился на четвертый этаж и набрал Анфису. Зная, как работает машина следствия, он был уверен в том, что прокурорские запросто могут быть еще не в курсе того, что личность жертвы уже определена. Просто маховик раскручивается иногда очень медленно, особенно если в процессе участвует много разных подразделений и на дворе воскресенье. Да и то, что одна спецслужба с другой просто не спешит информацией делиться, тоже не редкость.