Чтение онлайн

— Нет, работать нужно по всей планете. Провести более обширную вербовку молодежи. Чтобы в нужный, решающий момент свезти ее в столицу и устроить настоящий митинг, такой, какого еще не знала планета!

— Это потребует больших денег… — напомнил Кэрри Элвис.

— Лучше подумайте, чего потребует от нас Оникс, если мы не выполним работу, — напомнил Иннокент, начав серьезно подозревать, что большая часть денег, выделенных Виктором Баренцевым на политическую кампанию, этими прощелыгами банально разворована.

«Ничего, жить захотят — вернут все до последнего реала», — подумал он.

— Через пару дней нужно ввести какую-нибудь символику, — продолжил Иннокент, вспомнив абордажников и их разноцветные платки с различными символами, которые они гордо носят каждый день, а не только во время штурма корабля, чтобы опознавать друг друга с первого взгляда. Это им здорово помогало в пьяных драках при криках «наших бьют». — Это здорово объединяет людей.

— Что именно?

— Ну не знаю… Что-нибудь попроще, чтобы можно было изготовить в большом количестве и хватило большинству. Например, флажки, значки… ленточки наконец.

— Нет проблем… Правда, на Касабланке нам их по понятным причинам вряд ли удастся произвести, но мы сможем завезти продукцию из другого мира.

— Отлично. На планете есть какие-нибудь популярные музыкальные группы?

— Есть…

— Отлично. Можно даже парочку с других планет выписать… вместе с ленточками и флажками, и устроить концерты. Причем вход бесплатный, а точнее в качестве билета должен служить этот самый флажок или ленточка… раздаваемые активистами. Устройте молодежи карнавал! Политика в чистом виде для них слишком скучна, так сделайте ее весельем!

— Вы уверены? — совсем грустно спросил мистер Элвис, представив, во сколько это все влетит.

— Абсолютно! Терять нам нечего, или пан, или пропал.

— Что правда, то правда, — хмыкнул Джуд Блэлок.

— И еще…

— Да?..

— Тут есть где-нибудь баня?

— Баня?!

— Да. Обычная баня.

— А как баню-то можно использовать в политическом плане?

— Почти никак, если ее не посещают наши политические противники, а то так можно было бы заснять что-нибудь интересное, какие-нибудь извращения и тому подобное…

— Тогда зачем вам баня?

— Помыться хочу.

Кандидат в президенты и главный политтехнолог переглянулись, и последний, уже откровенно посмеиваясь, сказал:

— Найдем!

Ричард Ленский разбирал очередную стопку различных сообщений, донесений, докладных записок, рапортов, докладов, когда наткнулся на один с заголовком «Тихая сапа».

Глава РУВКФ недовольно поморщился и даже удивился, что проект еще жив, а не закрыт за отсутствием рабочего материала. Очень уж давно он ничего о нем не слышал.

В свое время, когда стало ясно, что пираты превращаются в могучую организованную силу, было произведено массированное внедрение агентов, в том числе и неявных. Большой процент вскрылся сразу, но часть сумела закрепиться, чтобы по первому же сигналу начать работу.

Не так давно, после крупномасштабного сражения с пиратами, он потерял всех своих неявных агентов из-за поспешно отданного необдуманного приказа по активизации деятельности. Так велико было желание добиться немедленных результатов и разобраться с пиратами. В итоге все с таким трудом внедренные или завербованные люди попали под удар, а главной цели так и не удалось достигнуть.

Из доклада агента Розы выходило, что и здесь основной план не сработал, ее завербованному агенту на тот момент не удалось выполнить основное задание, но он по крайней мере остался жив и даже не раскрыт.

«Это уже не важно, — подумал Ричард Ленский, бегло просматривая доклад. — Теперь мы точно знаем, кто руководит пиратами и где они базируются… Рано или поздно мы их достанем».

Второе: есть определенная возможность выполнить задание самостоятельно. Предлагается ликвидация объекта.

«Отлично, — с оживлением подумал он, — только бы ничего не сорвалось, как это случалось уже не раз и не два».

Глава РУВКФ подтвердил выбранное агентом направление действий, сделав пометку, чтобы приказ немедленно отослали по назначению, а на местах снабдили агента всем необходимым.

Дальше шло сообщение, не связанное с основным заданием, а именно: пираты действительно спонсируют радикально настроенных кандидатов в различных мирах. Цель данных действий пока неизвестна, но в ближайшее время, вероятно, появится возможность получить исчерпывающую информацию и на этот счет.

— Совсем хорошо…

Тут Ленский вспомнил, что обещал сообщить Борису Кемрану, если появится какая-то достоверная информация. Немного поборовшись с самим собой, — все-таки они конкуренты, хоть и делают одно дело, вдруг эта информация поможет ему усидеть в кресле, если ее оставить за собой и выложить в нужный момент, — он все же набрал прямой номер и связался с главой АГБ.

— Здорово, Борис… Как поживаешь?

— Твоими молитвами… Есть что-то?

— Можно и так сказать.

— Так не томи душу, говори!

— Помнится, ты мне говорил, что твои аналитики заподозрили пиратов в спонсировании радикальных кандидатов и партий…

— Было дело. И что?

— Похоже, они правы. Мои люди узнали это точно. По крайней мере, относительно Касабланки.

— Ого! У тебя еще есть свои люди?! — удивился Борис Кемран.

— Есть, но не так много, как хотелось бы. Точнее, их совсем мало…

— Понимаю… У меня та же беда, если не сказать хуже. Твои люди случайно не раскопали, зачем они это делают?

— Увы, но, возможно, скоро раскопают.

— Хорошо.

— Теперь вопрос в том, что нам с этой гадостью делать?

— Вопрос не в том, что нам с этим делать, а в том, можем ли мы вообще что-то с этим сделать, — поправил глава АГБ.

— У вас что, нет никаких способов вмешаться в политический процесс? Вы же госбезопасность! А подобное вмешательство пиратов напрямую связано с нарушением таковой!

— А как ты себе это представляешь? — усмехнулся Кемран. — Сказать: «Граждане, да этот кандидат — ставленник пиратов! Не голосуйте за него!» Сам должен понимать, что после такого начнется. Обвинения во вмешательстве со стороны центральной власти, в наговоре, политических провокациях и тому подобных прелестях, особенно если учесть, что кандидат яро выступает против пиратов тоже, это просто будет глупо выглядеть. После такого народ еще сильнее поддержит обиженного властью кандидата. В итоге мы сами наступим себе на одно причинное место.