Чтение онлайн

— Хорошо…

— На Ассалте ты тоже себе баню поставил? — спускаясь на нижнюю полку от удушающего пара, спросила Лара.

— Нет, не успел, я же там всего ничего пробыл. Но обязательно поставлю.

«Если этот пиратский мир проживет достаточно долго, чтобы успеть построить небольшую баню, — невольно подумал он, вспоминая планы Оникса. — И ведь не факт, что этого времени хватит».

— О господи! Ну почему я не нашла себе кого-нибудь другого, кто не пользуется этими крематориями?!

Каин только посмеялся, подливая еще водички, смешанной с натуральным квасом, на камни. Парилка тут же наполнилась хлебным ароматом.

Ночью, после банного дня и совершенно безумного марафона с Ларой, Иннокенту снились жуткие кошмары. Такие, каких он никогда не видел и надеялся больше не увидеть.

Ему снились пришельцы. И самое поганое — он находился у них в плену. Какая-то часть сознания сопротивлялась этому сну, что-то в нем казалось ему странным, ведь пришельцы эти так похожи на тех, что столь часто показывали в фантастических фильмах. Вырисовывался какой-то собирательный образ, и именно это казалось неправильным. То и дело во сне возникала мысль, что он спит, все это неправда, только проснуться не может.

А еще эти пришельцы, склонившись над ним и глядя своими большими черными глазами, видевшими его насквозь, ему в глаза, задавали странные вопросы.

По пробуждении Каин не помнил, о чем именно они спрашивали, что жаждали узнать, помнил только, что он отчаянно сопротивлялся, не желая говорить. Так сильно, что чуть не умирал в собственном сне из-за отказа сердца и дыхания… Но какую-то «стратегическую» информацию он все равно, похоже, выдал.

А еще странным являлось то, что спрашивали они именно человеческим языком. Вполне себе обыкновенным, без извращения диким акцентом.

«Откуда они знают наш язык?! — подумал он еще во сне. — Этого не может быть… Они другая цивилизация и не могут ни знать, ни тем более так быстро познать его».

После таких кошмаров он совсем не удивился тупой головной боли, которая, словно обруч, стягивала его череп.

«Неудивительно, что некоторые шибздики, коим приснятся схожие сны, считают, что их похищали инопланетяне и ставили над ними опыты… Уж очень все реалистично», — подумал он с содроганием, попивая крепкий кофе.

— Приснится же такое…

После отдыха, который Каин продлил еще на денек, пришло время вновь засучив рукава взяться за работу и продвигать Джуда Блэлока в президенты. Но, судя по настроению самого кандидата и его главного политтехнолога Кэрри Элвиса, с этим могли возникнуть серьезные проблемы.

— Появились какие-то проблемы? — спросил Каин Иннокент, с трудом вживаясь в образ политтехнолога, кризисного управляющего от самого Оникса и, откровенно говоря, без особого желания.

Он за прошедшие два месяца чертовски устал, и отдых только показал ему, насколько сильно он выдохся. А впереди его ожидает еще месяц мучений, да таких, что пережитые покажутся ему пустяком.

— Конкретно ничего не известно, — развел руками мистер Элвис. — Общее предчувствие.

— А на чем оно основывается?

— Это нигде не афишировалось, и мы узнали лишь случайно, но главы двух семей, стоящих за нашими конкурентами, провели вчера встречу. Думаю, не нужно объяснять, о чем они беседовали.

— Не нужно, — согласился Иннокент. — Дураку ясно, что они, скорее всего, договорились выступить против нас единым фронтом.

— Вот именно… И за каждой этой семьей стоят семьи поменьше, а за ними еще и еще… То есть против нас выступит капитал всей планеты. А мы и так израсходовали восемьдесят процентов выделенных нам средств.

— Звучит удручающе… — вздохнул Каин, растирая виски. — Даже несмотря на то что, я уверен, Оникс выделит нам дополнительные средства из резервного фонда. Но что реально они могут против нас предпринять?

— Все что угодно, — взял слово Джуд Блэлок. — До сих пор они играли относительно честно. Но не из врожденной порядочности, а просто потому, что недооценили нас… точнее вас. Находились в некоторой прострации от нашей ураганной активности, не зная, за какое место хвататься.

Каин улыбнулся уголками губ, реагируя на комплимент.

— Но их эмоциональный шок, несомненно, прошел, о чем и говорит встреча противников. Да, они противники, несмотря на то что мы представляли их как левую и правую руку одного тела, и лишь голова решает, какой руке выиграть… Но теперь они поняли, что мы реальный противник, объединились и жеманиться не станут. На кону стоит их политическое и финансовое благополучие.

— Они пойдут на физическое устранение?

— Это вряд ли, — хмыкнул Кэрри Элвис. — Это чересчур даже для них и сыграет в большей степени против них самих. Назначат новые выборы, и тогда следующий оппозиционный кандидат будет иметь высокую народную поддержку просто по определению, как протест против власть имущих.

— Уже хорошо.

Джуд Блэлок вяло улыбнулся.

— Тогда тот же вопрос, но наоборот. А своего кандидата они могут грохнуть с тем же прицелом — настроить народ против нас?

— Хм-м… У вас очень извращенный склад ума, мистер Иннокент, — выдавил главный политтехнолог, явно не собираясь даже обсуждать такую возможность как фантастическую и в высшей степени дурацкую.

«Он у тебя должен быть таким, а не у меня. Кто, в конце концов, из нас профессиональный политтехнолог?» — раздраженно подумал Каин.

— А все-таки?

— Не знаю. Если припечет и увидят, что мы реально их обыгрываем по всем статьям, то чисто теоретически вполне могут.

— Значит, нам немедленно нужно организовать контрмеры, — твердо заявил Каин.

— Какие? Самим его охранять? — усмехнулся кандидат в президенты.

— Было бы неплохо, но это вряд ли возможно, да и не спасет от хорошего киллера.

— Тогда что?

— Боюсь, мистер Блэлок, мой ответ вам не понравится.

— Э-э… и все же?

— Нам придется сыграть на опережение.

— Не понимаю…

— Вы когда-нибудь попадали в катастрофы, мистер Блэлок?

Кандидат в президенты поплевался через левое плечо, постучал по столу и ответил:

— Бог миловал… Но к чему вы заговорили о такой неприятной теме, мистер Иннокент?

— Потому что вам придется поучаствовать в одной…

— Зачем?! — в два голоса вскричали Блэлок и Кэрри Элвис.

— …но в такой, — продолжил Иннокент, — чтобы все подумали, что она подстроена политическими противниками, хотя напрямую вы об этом говорить не будете, даже наоборот, будете опровергать все, если вас спросят журналисты о такой возможности, а они спросят.