Чтение онлайн

– «Так-так-так. И что же это тут у нас?» – иронично скривился сидящий на своем троне хозяин замка, с презрительным любопытством глядя на мою поднимавшуюся фигурку. Зажимая копытом текущую из носа кровь, я повела глазами по сторонам – и остолбенела. Вокруг меня, куда бы ни упал мой взгляд, стояли богато одетые грифоны, недружелюбно глядящие на столь бесцеремонно ворвавшуюся к ним пони. Колеты, дублеты, камзолы, словно экзотические цветы, перемежались более скромными, облегающими платьями грифин, испуганно прячущихся за спины своих спутников, лихорадочно тискавших лапами рукояти мечей и кинжалов, в то время как из огромных дверей на противоположном конце зала к нам уже прыгала и летела стража, громко стучавшая по мозаичному кафельному полу рукоятями своих алебард.

– «Думаю, перед приходом в мой дом стоило бы спросить у меня разрешения, чудесная незнакомка» – вновь скривился дворянин при виде крови, заляпавшей подножье возвышения, и глядя на меня пронзительно желтыми глазами – «Или вы считаете, что ваше общество настолько бесценно, что мы никак не смогли бы без него обойтись?».

– «Ваши холуи не спрашивали разрешения, когда напали на мой поезд» – хрипло пробубнила я, уворачиваясь от взмаха грубой, но остро наточенной алебарды. Вылетевший из полотняных ножен меч радостно свистнул, перерубая сначала ее древко, а затем – и лапы ее владельца – «И раз им не понадобилось ничье приглашение, притаскивая сюда захваченных пони, то я посчитала себя просто обязанной нанести этот визит».

– «О, даже так!» – оживилась фигура на троне, глядя, как еще двое его стражников лишились кто лап, а кто даже и головы – «А мне доложили, что все прошло гладко. Но я не обижаюсь – в конце концов, глупо надеяться, что любое новое дело пройдет без сучка, без задоринки. А ведь вечер обещал быть таким скучным...».

– «Постараюсь его скрасить своим животворным присутствием» – безжизненным голосом парировала я. Припрыгавшие на шум стражники оказались оттеснены от меня несколькими богато одетыми грифонами, обходящими меня со всех сторон. Извлеченные из ножен мечи поигрывали в ярком свете крупными драгоценными камнями, когда их владельцы, посмеиваясь, подходили, делая приглашающие жесты или бахвалясь, принимались делать пробные выпады в мою сторону, снискав одобрительный смех и хлопки лапок дам. Стоять на трех ногах было абсолютно неудобно, и я вновь поднялась на дыбы, удерживая себя вытянутыми крыльями, упиравшимися в каменный пол. Кажущаяся неустойчивой, моя фигурка вызывали лишь смех, и толпившиеся за спинами бретеров [103] благородная знать принялась живо обсуждать достоинства своих любимцев, похоже, делая ставки на то, кто, а главное – как нанесет свой первый удар.

– «Пиращщу фас, medamme – телайте сфой ход!» – заявил первый претендент. Кажется, все происходящее нимало не смутило присутствующих в зале гостей, и мое появление они расценили как еще один способ развлечься, нимало не смущаясь лужами крови, натекшими из утащенных куда-то тел. Кивнув, я подняла меч – и не слишком быстро опустила его вниз. Осклабившись, грифон демонстративно вскинул лапу, подставляя свое сияющее камнями оружие под мой удар, рассчитывая отбить мой слабенький удар… Но я не собиралась лупить по его оружию – мне нужен был он сам. Ударившись о подставленный меч, Фрегарах негромко звякнул, скользнув по плоскости клинка, и набирая скорость, понесся к его эфесу. Поняв, что его перехитрили, задира попытался было отпрянуть, отдергивая меч, но поздно – подскочив на украшающем рукоять толстом золотом кольце, мой клинок оттяпал большой, когтистый палец, и с тихим стуком, почти незаметным за громким вздохом толпы, развалив бретеру клюв.

– «Ахкхикх! Ниээээть!» – послышался где-то справа громкий голос грифины. Мгновенно отрезвевшие противники пригнулись, и, прыгая на трех лапах, стали обходить меня с двух разных сторон, рассчитывая напасть одновременно, но я не собиралась давать им такого шанса. Прыжок на первого, вооруженного кинжалом, позволил мне от души засветить ему копытом в лоб, выводя из игры судорожно прикрывавшегося длинным кинжалом задиру, слишком поздно понявшего, что он выбрал не слишком подходящее для схватки оружие. Резко развернувшись, я вскинула было меч…

– «Хватит!» – рявкнул сидящий на троне грифон. На секунду обернувшись, я увидела стражников, облаченных в красные плащи, с недовольным видом отходящих в сторону дверей. Один из них с трудом остановил уже набравшую бег алебарду, и если бы не приказ его хозяина, то уже секунду спустя, уже я валялась бы на этом изгаженном кровью полу с перерубленной спиной. Оскалившись, умелец презрительно сплюнул в мою сторону и отошел к трону, у подножья которого и застыл, глядя на меня своими желтыми глазами.

– «Итак, у нас всего два раненых, не считая черни, хотя меч все еще остается при ней» – скучающе проговорил дворянин, перебирая тяжелую цепь на груди. Удобно устроившись на троне, полулев сидел на задних лапах, лениво подергивая длинным, голым хвостом – «А мне вот только что обещали знатное зрелище, способное усладить наш изысканный вкус красивой схваткой… Но что же я вижу? Она же бьется как мясник! Кто в наш просвещенный век наносит такие грязные, нелепые, рубящие удары? Убить клинком не сложно, а вот заколоть врага, глядя, как он, теряя последние силы, отдается во власть победителя – вот истинное искусство воителя! Не так ли, дорогой комиссар?».

Осененная страшной догадкой, я резко дернулась в сторону, услышав последнее слово хозяина замка – но поздно. Крепкая нога сильно и очень больно схватила меня, выворачивая до хруста крыло, и мне оставалось лишь жалобно закричать, падая на пол и стараясь хоть как-то вырваться из безжалостного захвата. Но все было зря. Подбежавшая ко мне стража мгновенно скрутила меня, распарывая, срывая полотняную сбрую и уже через минуту, пошатываясь, я стояла перед троном, крепко связанная по всем четырем ногам, а мои крылья были не менее крепко примотаны к бокам испачканной при моем появлении скатертью, которую какой-то шутник завязал на моей спине широким, легкомысленным бантом.

– «Подобного рода развлечения стали слишком популярны среди знати королевств и марок грифонов» – раздался над моим ухом знакомый голос. Валявшийся на полу меч перекочевал в копыта оранжевого земнопони, расставшегося со своей броней и вырядившегося в темно-коричневую безрукавку, явно сшитую из кожи какого-то животного. Новенькая, будто с иголочки, она негромко поскрипывала, обдав меня запахом дубленой кожи и чего-то такого, от чего шерсть на моем загривке моментально встала дыбом, когда оранжевый предатель прошел мимо меня, осторожно придерживая меч за рукоять – «Я всего лишь подсунул вам того, с кем вашим птенчикам было бы очень и очень трудно бороться на равных, сеньор Кёффе. И вы правы – она настоящий мясник».

– «Ну что ж, не всегда мы получаем то, что хотим» – философски вздохнул сеньор, вновь скучающе облокачиваясь на подлокотник трона – «Я прибыл сюда всего несколько дней назад, но уже вижу, как груб и невежественен этот край. Местные крестьянки-земнопони пахнут потом и глупо блюдут свою верность мужьям, пегасок практически нет в этом ничейном краю, а единорожки… Что ж, когда мне доставят хотя бы одну, тогда я смогу сказать, понравится ли мне этот край, или нет. Но вернемся к нашим делам…».

«Предатель. Черт бы его подрал, этого мерзкого предателя» – думала я, опустив голову и глядя, как медленно падают красные капли, скатываясь из разбитого, сломанного носа по моим губам. Странно, но злости не было – лишь горькое разочарование от того, что даже тут я столкнулась с предательством и вероломством. Сделав взмах лапой, надутый грифон обернулся к балкону, и с него вновь послышались неуверенные звуки оркестра, игравшего что-то протяжное и мелодичное. Кажется, это была…