Чтение онлайн

Вот теперь можно было и обернуться – и что-то прошипев от ужаса, броситься к куче, еще пару секунд (или минут?) назад копошившейся у меня за спиной. Но было поздно, и все, что мне оставалось, так это заорать что-то нечленораздельное, и с дикими воплями броситься на трех грифонов, поднимавшихся с лежащей на земле фигуры и вытаскивавших из нее свои тесаки. «Идеальной брони не бывает», говорил мне когда-то Вайт Шилд, и мне хватило всего одного взгляда на истерзанное, исходящее кровавыми струями тело, чтобы убедиться в его правоте. Бросив свой нож, грифон повернулся ко мне и, вытащив из ножен на боках два длинных и острых кинжала, осторожно и мягко, словно кошка, скакнул влево, в то время как его напарники бросились вперед.

– «Убью! Убью тварей!» – ревела я, набрасываясь на грифона. Решив, что подобранный мной узкий, едва прикрывающий пясть, прямоугольный щит вряд ли послужит мне хорошей защитой, он отскочил в сторону и тут же бросился вперед, желая связать меня боем, за что тотчас же и поплатился – метнувшаяся вперед нога нанесла ему резкий и сильный удар краем щита, а мелькнувшие следом «когти» просто и без особых изысков взрезали половину хари, попутно развалив попавшийся на пути лезвия клюв. Резким ударом, я отшвырнула захлебывающегося кровью врага, и приняла на правое плечо удар широкого тесака одного из его подельничков, подоспевших на помощь к своему собрату. Резкий скрип металла отозвался грохотом в моей голове, когда широкое лезвие третьего со звоном соскочило с моего шлема, едва не порвав цепочку, удерживающую его на моей голове.

– «Что, и это все? Ну идите же сюда, ssuki!» – хрипела я сорванным голосом, больше напоминающим сипение умирающей таксы, наскакивая на пытающегося взлететь противника, и с грохотом отбивая удары еще одного грифона, зачем-то вовсю пытавшегося пробить небольшой, но крепкий щит на моей левой ноге – «Vseh, vseh na myaso! Zakhlebnetes krovyu, ssutchary!».

– «Аииииии! Сталлионград!» – похоже, мои хрипы не остались незамеченными, и отступавший от меня грифон, вдруг что-то завопил, вновь начав терзать мои уши тонким, птичьим криком – «Сталлионэгххххх…».

– «Нет, ссучок, тут нет никого, кроме меня» – успела я сообщить захлебывающемуся кровью телу, оседавшему на истоптанную землю с двумя глубокими ранами от «когтей», лезвия которых вошли ему прямо под клюв, с неприятным хрустом дробя основание черепа. Выдернув их, я прижала к левому плечу уже основательно изрубленный щит, и рубанула наотмашь, едва лишь увидев цепляющиеся за его кромку когтистые лапы последнего грифона.

«Забавно, а я всегда думала, что конечности расслабляются при отделении от тела» – с каким-то странным, отстраненным равнодушием подумала я, глядя на цепляющуюся за край щита птичью лапу, оросившую сам щит, а так же завопившего что-то противника тугой, алой струйкой, впрочем, мгновенно иссякнувшей – «Значит, зарезать пони для тебя не было слишком трудной задачей? Значит, нужно поуменьшить ваше количество, паразиты».

*ТРРРАХ*

Раскатистый, глухой треск заставил меня вскинуть голову, пробегаясь глазами по усеявшим поляну телам пони, большинство из которых пытались подняться, либо уже вставали на ноги и медленно брели к своим неподвижно лежащим товарищам, в то время как трое, оставшиеся относительно не помятыми легионеров, пятясь, отступали от возвышавшейся перед ними, сверкающей сталью фигуры.

Грифон умудрился выломать пилум из своего шлема, и теперь, подхватив свой огромный меч, был настроен крайне недружелюбно. Сверкая круглым, желтым глазом из-за покореженной решетки забрала, он без устали вращал своим немаленьким оружием, раз за разом отбивая копейные жала отступавших от него земнопони, без опаски принимая проскочившие его защиту удары на свою броню.

«Короли рукопашной схватки», как называли когда-то таких вот бойцов.

– «Назад! Не подставляйтесь под… Blyad!» – моя тирада закончилась злобным выкриком, когда длинное лезвие с треском развалило древко копья и с глухим шлепком прошлось по шее одной из трех оставшихся кобыл – «Nazad! Nazad, yob vashu mat!».

– «Я так и знал, что рано и поцтно уцлышу вашу поканую ретчь!» – походя развалив шею одной из моих подчиненных, грифон глухо заклекотал, взмахивая в мою сторону огромным мечом, наполнившим воздух веером кровавых брызг – «Цкольцкие предатели! Но я поцапочусь, чтопы ты не цмокла нацладиться плотами вашего предательцтва!».

– «Nazad, ssuki! On moy!» – крича, я рванула вперед. Курлыкнув что-то злобное, грифон скакнул вперед, вновь поднимая меч, и только тело располосованного мной в начале этой схватки грифона спасло Вениту Роуз от мгновенной декапитации [183] – запнувшись задними ногами о валявшийся труп, кобыла не удержалась и повалилась на спину, пропуская над своей головой шипящую полосу смертоносной стали – «Копье!».

Пошатнувшись от богатырского замаха, железная фигура развернулась на месте, и резко взмахнув обеими лапами, обрушила свое оружие на не успевающую подняться Роуз… но сегодня явно был один из немногих дней, когда звезды встали в нужном положении, или новые боги и богини были на редкость великодушны, и мне удалось обмануть судьбу – стремительным, и наверняка, смотревшимся очень глупо броском, я заполошно метнулась вперед, и все-таки успела подставить оббитый, потрескавшийся щит под опускающийся меч.

Грохнуло.

Вякнув от боли, я повалилась на Роуз, зажмурившую глаза и прикрывшуюся древком сломанного копья, словно всерьез ожидая, что оно защитит ее хотя бы от оплеухи. Ощущение было не из приятных – моя левая передняя нога полыхнула острой, пронзительной болью, когда лезвие меча гулко ударило в мой щит, разбивая его на части и обдавая нас градом щепок, брызнувших во все стороны, словно стайка веселых стрекоз. Однако грифону повезло не более моего – сорвав умбон [184] , оружие грифона протестующее взвизгнуло и, вырвавшись из его лап, отлетело в сторону, по дороге, едва не разрубив мне шею.

«Мэрдэ!» – кажется, запал грифона резко пропал, и облаченная в сталь фигура попятилась, с резким криком бросась прочь, видя, как я обнажила свои «когти» и с угрожающим видом, поднялась с барахтавшейся подо мной пегаски – «Ля табарнак дэ пют!».

– «Я… Я догоню его, примипил!» – вскочившая с земли пегаска нерешительно топталась рядом со мной, то раскрывая крылья в готовности лететь вслед за удирающим противником, то начиная беспокойно оглядываться на стонущих вокруг нас легионеров, немногие из которых могли держаться на ногах – «У меня есть меч…».

– «Оставайся тут и помоги нашим!» – не особо церемонясь, рявкнула я, отталкивая с дороги подчиненную, и с трудом выпрастывая свои крылья через специально оставленные для этого, узкие прорези в доспехе, под которыми прятались кольчужные клапана. Все-таки это была одна из лучших идей, которые я могла бы предложить этому миру – унификация снаряжения, в очередной раз, подтвердила свою жизнеспособность, и позволила мне практически мгновенно превратиться из бескрылого земнопони в способного к полету пегаса, хоть и не обладающего, по словам всех, кто видел мой полет, хотя бы сносными задатками к воздушному бою, но способному хотя бы догнать своего врага – «Я сама… Blyad!».

Ругнувшись, я едва не расшибла себе нос, споткнувшись о торчавшую в земле, широкую и длинную полосу стали, больно стукнувшую меня по ноге. Здоровенный меч упал под углом, вонзившись в лесную подстилку, и негромко гудел от удара по покрытой сталью ногавке, словно сетуя на свою судьбу. Похоже, сталь была неплохого качества, и от удара ногой, оружие слегка покачивалось, пуская мне в глаза веселые солнечные зайчики, на мгновение, породив внутри меня ощущение от участия в какой-то древней саге о героических воительницах, могучих воинах и подлых врагах.