Чтение онлайн

Затрещавшая позади меня ткань палатки мгновенно выдула из нее все тепло через длинный, неровный разрез, и на мою, ничем не прикрытую задницу, обрушились ветер и капли мокрого и очень холодного дождя, но еще сильнее было мое удивление, когда вместе со стихией, на меня обрушились и чьи-то копыта, пытающиеся оторвать, утащить меня прочь, в холодную темноту.

– «Что за…» – тело среагировало само, без какой-либо подсказки изворачиваясь в копытах похитителей, и отвешивая смачный удар закованной в сталь ногой по первой же подвернувшейся роже. Вскрикнув, неизвестный попытался было отпрянуть, но мой удар задними ногами окончательно его добил, и странно блестевшее в свете жаровни тело упало прямо под ноги остальным похитителям, все еще цепляющимся за мою, бешено работавшую копытами, тушку. Получив откуда-то из темноты скользящий удар копытом по носу, я окончательно озверела, и оглашая воздух воинственными воплями, ринулась в разрез, выбросив из поножа сверкнувшие клинки.

Но воспользоваться ими, к счастью, мне было не суждено – вокруг палатки командующего уже воцарилась нормальная, военная кутерьма. Вспыхнувшие факелы во множестве стекались к нам со всех сторон огромной поляны, в то время как мои несостоявшиеся похитители уже замерли, опасливо прижимаясь к земле под уколами направленных на них со всех сторон копейных жал. Злобно фыркнув, я не удержалась, и отвесила по оттопыренной заднице поднимавшегося с мокрой травы «диверсанта», как и прочие, затянутого в темный, прорезиненный костюм, смачный пинок. Шагнув обратно в трепыхающийся на холодном ветру разрез в боку палатки, я, нос к носу, столкнулась с обладательницей тех самых желтых глаз, что так нагло посмела меня возбудить. Меня, мужнюю жену!

– «Что, испугалась, «шаловливка»? Ну ничего, сейчас мы тебя…» – кажется, пришелица еще не поняла, что случилось с ее подручными, и решила лично взять меня в плен. Все происходящее настолько напоминало плохой голливудский боевичок, что я в нерешительности остановилась, искренне недоумевая, что же мне делать дальше – расхохотаться, или просто и без затей перерезать весь этот дружный «Отряд Ангелов Чарли»? Но долго думать мне не пришлось – видя мою нерешительность, латексная подружка резко метнулась в бок, и через мгновение, быстро оседлала мою спину, уткнув меня носом в истоптанный матерчатый пол и больно выворачивая левое крыло – «Вот так. А теперь полежи, пока мы тебя не упакуем…».

– «Ах ты ж ссучка!» – вскипев от боли и унижения, я зарычала и максимально расслабив крыло, перекатилась на правый бок, вырываясь из хватки сидевшей на мне кобылы. На мгновение я даже расслабилась, увидев перед собой чарующий разрез ее пленительных, чуть светящихся глаз, но захват, в который попала моя нога, быстро меня отрезвил, и наплевав на все правила и тренировки, я вытянула шею – и больно впилась зубами в чей-то мягкий, плюшевый нос – «Ну ффе, пифдеф тепе, фкатина!».

– «Ууууйййййй!» – не оставшись в долгу, кобыла бросила мою ногу и принялась лупить меня по мордочке, стараясь попасть по уху или в глаз. Катаясь от стола к стене, мы принялись бешено драть друг другу гривы, царапаясь и кусаясь, словно кошки, ошалелые от ранней весны. Мои дрэды оказались более удобными для захвата под бабку и ударов меня головой об пол, но в отличие от латексного костюмчика, мой понож предоставлял не только неплохую защиту от укусов, но и позволял, хотя и не сильно, но все же чувствительно прикладывать части чужого организма, с ободряющим звяканьем соприкасаясь то с плечом, то со спиной, то с ребрами кобылы. В ответ, она лишь шипела и царапала твердыми копытами мои щеки, периодически отвлекаясь от выдирания клоков из моей гривы – похоже, у нее тоже был кое-какой опыт «кошачьих драк»…

– «Я к тебе… Со всей душой… А ты…» – сердито шипя себе под нос, я раз за радом старалась укусить насевшую на меня красотку, оседлавшую мой живот и похоже, вознамерившуюся хорошенько меня отлупцевать – «А ну слезь, это должна была быть моя позиция, слышишь?!».

– «Я тебе покажу… Я тебе покажу пози… Айййййй!» – вскрикнула красотка, перед носом которой мгновенно материализовались острые, молочно-белые клинки, выщелкнутые из поножа неосторожным движением моего копыта. Отпрянув прочь, она поднялась на дыбы и едва не запрыгнула на остолбенело таращившегося на все происходящее Желли, обхватив его шею своими длинными, изящными ногами – «Уууу… Уберите от меня эту… Эту мелкую маньячку!».

– «Ну вот зачем ты так, а?» – в отчаянии простонала я, поднимаясь с топорщащегося складками, матерчатого пола и протягивая к ней передние ноги – «Мы уже были так близки!».

– «ХВАТИТ!» – бешено рявкнул Хай, выходя на середину палатки – «Я сказал, всем заткнуться! Смирно, вы!».

Не ожидав подобного от обычно сдержанного пегаса, я захлопнула рот и вытянулась по струнке перед гневно фыркавшим командующим. Похоже, окрик образумил не меня одну, и напротив меня, довольно быстро, выстроилась шеренга из семи пони, заняв своими телами все пространство вдоль порванной стены.

– «Первую, кто откроет рот – выкину на улицу! Это касается и тебя, Раг!» – свирепо морща нос, топнул ногой Хай, сердито глядя на наши расцарапанные, побитые рожи – «Все поняли?».

Судя по мрачному молчанию, поняли, конечно, все.

– «Что это такое, а?» – помолчав, грозно вопросил нас командующий. Двинувшись вперед, он медленно прошел вдоль выстроившихся «диверсантов», глядя на медленно опускавшиеся головы пегасов – «Вы что, в баре, где-нибудь на нижнем облаке Лас Пегасуса? Или в действующем воинском подразделении? Что за цирк такой вы тут устроили? Никогда копьем в бочину не получали?».

– «Но…».

– «Молчать!» – грозно рявкнул пегас, и открывшая было рот кроваво-красная кобыла, испачканная шкурка которой виднелась в разрезах трико, сочла за лучшее заткнуться и не встречаться глазами с рассерженным командующим. Фыркнув, Хай развернулся ко мне – «НУ а ты что скажешь, легионер?».

Что я могла сказать? Я вновь заигралась, и вновь, позволила личности недалекой, взбалмошной кобылы взять над собой верх. Да еще и набросилась, словно оголодавшая монашка, на эту странную, но чего греха таить, очень соблазнительную особу.

– «В-виновата, командующий Винд» – через силу пробормотала я, отворачивая голову и не рискуя встречаться глазами с рассерженным взглядом пегаса – «Но ты же видел, они пытались меня похитить! А я очень не люблю, когда меня похищают!».

– «О, бедненькая! Кто-то тебя обидел?» – подозрительно быстро вернув себе невозмутимый вид, впрочем, подпорченный взлохмаченной, растрепанной гривой и порванным трико, осведомилась капитан этого «летучего отряда». Впрочем, я больше не обольщалась на ее счет – уж слишком сердито сверкнули в полутьме палатки ее желтые глаза – «А нас предупреждали о том, каким будет трудным это задание… Вот, давай-ка я тебе подниму настроение!».

– «Хмммм» – нахмурившись, Хай принял протянутый ему, довольно помятый свиток, который кобыла выудила из кармашка, притаившегося у нее под крылом – «Найт Шейд, это и вправду было необходимо? Думаю, мы могли бы уладить все…».

– «О, командующий Винд, вы вдруг вспомнили, как меня зовут?» – ухмыльнувшись, новая глава Шедоуболтов покинула строй и вновь начала дефилировать по палатке, кружа вокруг меня, словно акула – «Признаюсь, я рассчитывала закончить это задание быстрее, но я догадывалась, что вы захотите выгородить эту маленькую проказницу, поэтому и попросила у Госпожи оформить ее пожелания в письменном виде… На случай вот таких вот, маленьких недоразумений».

– «Ясно. И что же вы намереваетесь делать теперь?» – внимательно пробежав глазами документ, поинтересовался Хай, передавая мне внушительно выглядящую бумагу с изящной подписью Богини Ночи в самом ее низу – «Тут сказано: «доставить пред Наши очи ласково, отнюдь на нарушая чести и не лишая какого-либо достоинства». А вы что тут устроили? Провинилась ты, Найт».

– «Вы совершаете большую ошибку, командующий, путая меня с этими мышекрылыми дуболомами, к которым, правда, очень недолго, принадлежали и вы» – с ласковой угрозой в голосе откликнулась та, грациозно покачивая затянутым в латекс крупом у меня перед носом – «Я подверглась немотивированному нападению и была вынуждена дать отпор. И сейчас, я сама задаюсь вопросом, а часто ли рядовые легионеры становятся жертвами таких вот домогательств со стороны командиров? И что самое главное, знают ли об этом принцессы?».