Чтение онлайн

– «Нет-нет» – запротестовала Ночная Принцесса, глядя на меня расширившимися, словно у токсикомана, зрачками, превратившимися из тонких, кошачьих полосок в два темных пятака. Несмотря на все попытки это скрыть, я была уверена, что ей понравились мои безыскусные слова, словно моя похвальба доставила ей какое-то странное, вожделенное удовольствие – «Я сама виновата, вовремя не сообразив, с кем я собираюсь сыграть эту шутку. Надеюсь, что Селестия поймет это, так же, как и ты… Хотя кто знает».

– «Думаю, поймет. Она поймет и наверняка посмеется вместе с нами над этой невинной шалостью» – пробормотала я, изо всех сил гоня от себя видение жаркого, чей запах, казалось, уже щекотал мои ноздри – «Но думаю, без сладкого она тебя точно оставит. В воспитательных целях, конечно же. Кстати, прости – мне неловко просить тебя об этом, но…».

– «Да, Скраппи? Что бы ты хотела получить?» – живо откликнулась Луна. С каждым моим словом она просто оживала, и теперь, внимательно и живо глядела на меня сверкавшими в полутьме глазами – «Я не припомню, чтобы ты, хоть раз, пыталась получить что-либо для себя. В отличие от своры бездельников, взявших себе в привычку толпиться под моими дверьми в ожидании подачки или благосклонного взгляда. Поэтому прошу тебя – говори, что я могу для тебя сделать?».

– «Это ведь холодильники за твоей спиной? Ах, ну «фризеры [216] » – какая разница? Тогда можно я покопаюсь в них, а?» – жалобно проблеяла я, ощущая, что еще немного – и начну грызть свои конечности, как Друз [217] – «Только пожалуйста, не говори никому, ладно? А то еще вздумают потребовать оплатить этот ночной перекусон…».

– «Ты голодна? Тебе следовало сказать об этом раньше! Погоди, я тотчас же вернусь, слышишь?» – с живостью спросила меня Луна, мгновенно забывая о своем недавнем утверждении по поводу собственнокопытного приготовления пищи, и превращаясь в сгусток голубоватого тумана, с тихим шорохом помчавшегося куда-то в темноту. От увиденного зрелища я настолько обалдела, что просто плюхнулась на круп, и даже позабыла испугаться, услышав уже знакомое шипение – «ОСССТАНЬСССЯ СССДЕССССЬ!».

«Ну вот, уже смоталась» – вздохнув, я обозрела разгромленную кухню, без Луны, показавшуюся мне довольно-таки мрачным местечком. Непонятный задор, охватившей меня в том темном переулке, прошел, и теперь, я могла лишь тихонько ругать себя за то, что поддалась ощущению веселья, и бросилась носиться по тихим, погруженным в темноту коридорам, поддавшись желанию моего симбионта «немножко пошалить». Как знать, не лучше ли было бы… Было… Мысли путались, и раз за разом, несмотря на все мое сопротивление и силу воли, возвращались к громадным стальным шкафам, красиво вписанным в интерьер кухни в виде стилизованных деревянных шкапов. Не шкафов, а именно шкапов – больших, тяжелых, украшенных надраенными до блеска, медными накладками в виде птиц и цветов, за тяжелыми дверцами которых, наверняка, скрывались тысячи, сотни тысяч самых вкусных вещей. Камень, дерево и кафель причудливо сочетались в этом месте, казалось бы, должного оставаться чистым, словно операционная, но поди ж ты… – «Наверное, очередная дань традиции. И сколько же они тратят времени на уборку всего этого великолепия, хотелось бы мне знать? Нет, это просто невозможно! Заткнись, живот! Хватит уже надо мной издеваться! Мы ж сегодня уже ели! С утра!».

К счастью, грызть копыта мне не пришлось – уже через несколько минут, между столов закрутился большой, черный вихрь, превратившийся в Принцессу Ночи, перед которой, болтаясь в магическом поле, сжался коричневый единорог, облаченный в измятую, белую робу и сбившийся на бок поварской колпак. Очутившись на полу, он даже не сделал попытки подняться, а тихонько заскулил, закрывая глаза копытами, отказываясь смотреть на застывшую перед ним Найтмэр Мун.

– «Прошу вас… Не ешьте меня…» – кажется, не одна я могла испугаться грозного облика Луны, рассматривающей свою добычу прищуренными глазами. Определенно, это ей шло, поскольку так они выглядели симметрично, и лишь пристальному взгляду открылась бы некая асимметрия, нарушавшая гармонию царственного лика принцессы – «У меня жена и маленький жеребенок…».

– «Ты хочешь предложить НАМ их, су-шеф [218] Блади Томатто?» – брезгливо поинтересовалась кобылица, перешагивая через вздрагивающего пони, и направляясь ко мне – «Заманчивое предложение, глупец, но Найтмэр Мун не собирается размениваться на такие мелочи, как ты или твоя семья. Отнюдь, но если ты желаешь пережить эту ночь…».

– «Да, да! Все что угодно!».

– «… тогда тебе придется вспомнить все, чему ты был обучен на этой кухне!».

– «Вы… Вы все-таки хотите меня съесть?» – поднявшегося было на ноги единорога начало колотить от ужаса, да так, что украшавший его голову измятый колпак, похожий на обсыпанный мукой пучок сельдерея, съехал ему на ухо – «В-вы хотите заставить меня приготовить для вас самого себя?! Аааааааххххх…».

– «МЫ ЖЕЛАЕМ ТРАПЕЗНИЧАТЬ, ГЛУПЕЦ!» – не сдержавшись, рявкнула принцесса, но это лишь довершило начатое, и приобретя довольно интересный, серый цвет, почти сливавшийся с полумраком кухни, почтенный повар грянулся на пол, потеряв сознание.

– «ДА ЧТО ЖЕ НЫНЧЕ СТАЛО С ПОНИ?» – вознегодовав, Госпожа прошлась вдоль стола, и даже подняла за шкирку безвольно болтающуюся в ее магическом захвате фигуру потерявшего сознание от ужаса су-шефа, тряхнув им, будто тряпичной куклой – «И ЭТОТ ЕЩЕ И ГОТОВИЛ НА НАШЕЙ КУХНЕ?».

– «Ну, судя по его метке и имени, его профессией было расчленение томатов, а не пытки с усекновением конечностей» – заметила я, последним усилием воли стараясь не впасть в отчаяние от осознания того, что похоже, я так и останусь голодной – «Ладно, нужно брать процесс в свои… В общем, если я сейчас чего-нибудь не съем, то точно завалюсь в голодный обморок».

– «УМЕРЬ СВОЙ ПЫЛ, ПЕРВАЯ УЧЕНИЦА. СЕЙЧАС Я ЕГО ЖИВО РАЗБУЖУ!».

– «Ну да. Представь, что он нам наготовит!» – хмыкнув, я тряхнула головой, и собравшись с духом, распахнула первую попавшуюся дверцу – «Предлагаю позаботиться обо всем сами… Ух ты! Вот это да!».

– «Ну что ж, изволь, раз ты того желаешь» – царственно кивнув облаченной в шлем головой, махнула копытом Луна, приглушая децибелы Кантерлотского Гласа и вновь опуская на пол безвольно болтающуюся жертву. Получив высочайшее разрешение, я неприлично быстро подскочила к холодильнику и принялась рыться в его потрохах, восторженно охая, и уже успев засунуть себе в рот что-то пышное, сочное и мягкое, мгновенно проскочившее в не заметивший этого желудок – «Но МЫ велим тебе насытиться исправно, как подобает Нашей ученице, а не злодейски пожирать все, что найдешь в этом вместилище снеди. И что это за звуки, терзающие НАШ слух?!».

– «Эмфрфхмням-ням-нямфххх» – неразборчиво откликнулась я, переходя к новому холодильному шкапу, унося на своей спине, под крыльями и даже во рту набранную снедь. Ошалевшими от голодухи глазами, я глядела на раскрывшееся передо мной великолепие, но какая-то часть меня, все еще способная мыслить или хотя бы соображать, подсказала мне, что этот фризер трогать не стоит. Неизвестно, как отреагирует повелительница маленьких пони на учиненный Луной кавардак, но что именно она сделает с тем, кто посмеет хотя бы надкусить это воздушное, белоснежное, клубнично-марципановое великолепие, моя буйная фантазия живописала мне достаточно хорошо. Поколебавшись, я неразборчиво буркнула что-то сквозь забивавший мой рот пучок салата, и с сожалением закрыла кусочек чьего-то тортового рая, освещенный мягким, солнечным светом искусно вделанного в потолок кристалла. Зато в следующем шкапу обнаружилось множество закусок, заботливо разложенных по фаянсовым блюдам, крышки которых звенели и выскальзывали у меня из копыт, с грохотом разбиваясь о плитки пола.

– «МЫ ПОВЕЛЕВАЕМ НЕМЕДЛЕННО ПРЕКРАТИТЬ!» – громыхнула Луна, похоже, вновь забыв, что только что сама разрешила мне покопаться тут в поисках еды. Вздрогнув, я выронила из копыт большое блюдо с сэндвичами из розовых лепестков, и с оторопью уставилась на нахмурившуюся наставницу, с непонятным раздражением глядевшую на мою «трапезу». Похоже, я забылась, и влезла не туда, куда нужно, или съела что-то не то… Но рассуждать уже было поздно, и я виновато потупилась, ощущая себя побирушкой, застигнутой за воровством яблок из открытого лотка – «УЖЕЛЬ МЫ НЕ УЧИЛИ ТЕБЯ, КАК ПОЛАГАЕТСЯ ПРИСТОЙНО ПРИНИМАТЬ ПИЩУ ОСОБЕ, ПРИБЛИЖЕННОЙ К НАШЕМУ ДВОРУ?».