Чтение онлайн

Сунув указательный палец левой руки в рот (это был привычный с раннего детства жест, который часто помогал справиться с сильным волнением или испугом путем погружения в процесс напряжённого мышления), Аула созерцала это зрелище и пыталась понять, кто же находится в храмовой библиотеке в самом деле и чем, собственно, занимается. Когда же загадочный посетитель библиотеки встал с места и поискал взглядом пропавшего пароктуса, а затем, махнув рукой, вернулся обратно на своё место, она с ясностью молнии узнала в нём своего давнего знакомого, но не того ещё не совсем развившегося физически юнца, какого она видела четыре года назад, а более высокого, достаточно возмужавшего, статного красавца. Он был строен, как молодой килот, однако, как ей показалось, силён, как настоящий воин. Очевидно, подумала Аула, местные семинаристы много времени и сил посвящают не только умственному и духовному просвещению, но и физическому развитию, практикуют единоборства и участвуют в состязаниях наравне со студентами из столичного Арохена, Оттари и других больших городов. Одно только смущало и пугало её — чем таким странным мог заниматься Этт Мор в библиотеке под стенами самого священного места в городе? То, что она сейчас увидела, больше всего напоминало ей колдовство, наподобие того, что она когда-то слышала от пожилых авингорцев или читала во время обучения в школе для детей.

То, что он мог тайно от всех заниматься колдовством, обучаясь при этом в учебном заведении для будущих служителей Верховных Сил Мироздания, никак не могло уложиться в её голове. Хотя то, что будучи ещё в семнадцатилетнем возрасте, он что-то сделал с ней странное. Однако то событие имело исключительно положительный итог: он помог ей увидеть, что происходило в далёком от них месте, и спасти двоих замечательных существ, на которых пало грозное проклятие опрометчивых старейшин племени драконид с Голубых гор. Она никогда не знала, что делать с не совсем понятной для неё силой, которая жила внутри её души, временами распирала её и мучила, не находя выхода, вызывала непонятные озарения и прозрения и ещё в десятилетнем возрасте побудила её внезапно осознать себя дочерью самой Богини Небесного Ока. Этт помог ей собраться и направить эту энергию в нужное русло. И тогда, признавалась сама себе Аула, ей впервые в жизни стало легко, потому что её внутренняя сила, не принадлежавшая ей как человеческому существу, нашла свой выход в добром деле. Значит, сила Этта, которая была другой и была связана с его человеческим существом, оказалась ей полезна. А если он смог это сделать, будучи ещё почти мальчишкой, то теперь наверняка он способен на гораздо большее.

Но то, что сейчас он занимался чем-то, подозрительно похожим на колдовство, рождало в ней самые противоречивые мысли и чувства, пытающиеся опровергнуть его пользу для неё либо наоборот, доказать, что магия — вовсе не богопротивное дело, а являющееся частью Служения великой Творящей Силе, при условии, если маг действительно является служителем Творца, а не своего эгоистического начала или тёмных сил.

— Этт… — произнесла она негромко, отойдя немного в темноту и полагая, что её не видно и не слышно. — Этт…

Она решила незаметно удалиться, чтобы не мешать ему заниматься изучением такого важного для него искусства, как магия. Однако едва слышно произнесённое дважды, это имя вместе с последовавшим шорохом в полной тишине, достигли ушей бывшего ученика жреца храма Владыки Мира в Оттари. Он не спеша поднялся из-за стола, за которым продолжал, не обратив особого внимания на пропажу подопытного пароктуса, читать книгу, и вперил в незваную гостью взгляд пронзительных тёмных глаз.

Поняв, что отступать поздно, девушка, однако, не двинулась с места, продолжая заворожённо стоять и наблюдать за каждым движением будущего жреца либо, что было более вероятным, будущего мага. Когда же уголки губ Этта Мора поползли вверх в улыбке, а глаза его засияли, она почувствовала его доброе расположение, подошла к нему и легонько коснулась длинными изящными пальцами его лба, затем плеч и рук, покрытых природным светло-бронзовым загаром.

— Я пришла к тебе сама, Этт? — не без некоторой робости спросила у него Аула. — Или же ты скажешь, что меня привела сюда высшая воля? Или это была твоя власть надо мной?

Он снова улыбнулся.

— Может быть, всё вместе или ни одно из них. Я ждал тебя и молился Владыке Мира, чтобы увидеть тебя снова. Но я не мог приехать сам, находясь здесь в изгнании.

— Кто же тебя изгнал? Ассирус?

— Да, это был Ассирус Мохад. И он меня изгнал не только за ту самую проделку с кварцевой шкатулкой.

— А за что ещё?

— Тот, кто хотел сделать меня своим преемником, заметил во мне то же самое, что и ты, но ещё раньше ему об этом доложили.

От неожиданности Аула вздрогнула.

— Что же я могла в тебе такое заметить? — спросила она.

В её голосе теперь слышалось заметное придыхание, выдававшее сильное волнение, а лоб покрылся мелкими капельками пота.

— Я прочитал то, что ты думала обо мне, наблюдая за мной из коридора, ведущего в чёрный ход. Не бойся, прими всё и есть. Страх — плохой союзник того, кто воочию столкнулся со сверхъестественным. Да, я наделён от природы некими способностями, которые никак не вяжутся с тем, чему меня учил жрец Ассирус и чему учат в здешней семинарии. И когда мне исполнилось восемнадцать, это стало его пугать и возмущать. Поэтому здесь я сдерживаю и ничем не выдаю себя, иначе меня погонят ещё и отсюда, но во мне пробудился познавательный интерес. Я нашёл в этой библиотеке замечательные книги по духовно-энергетической медицине и у меня получаются неплохие опыты.

— Что за опыты? — в недоумении спросила Аула.

— Ну, допустим… скажи мне, Аула, в чём тебе сейчас нездоровится?

Аула призадумалась.

— Я думаю, что ни в чём. Благодарю тебя, я чувствую себя прекрасно.

— Тогда можно смоделировать. Дай мне свою правую руку, я тебе покажу.

Она бесстрашно протянула ему правую руку. Этт взял её в свою левую, затем склонился и ниже и стал водить над ней своей свободной рукой, повторяя какие-то непонятные слова. Через несколько мгновений кожа на руке Аулы покраснела и стала зудеть, а ещё через некоторое время на ней образовался безобразный и очень болезненный нарыв.

Аула испуганно глянула на свою руку, потом на Этта Мора, и рванулась прочь, но он без особого труда удержал её.

— А теперь смотри, что я сделаю.

Он снова принялся что-то нашёптывать и выполнять пассы ладонью над нарывом, иногда касаясь его пальцами. Аула морщилась от этих прикосновений и всхлипывала, начиная терять терпение.

— Спокойно, иначе я не смогу убрать это бесследно, — предупредил Этт.

Он повторил ещё раз, потом хлопнул ладонью по больному месту, накрыв его ею, и держал так ещё несколько мгновений. Аула мужественно выдержала эту пытку, а когда всё кончилось и боль утихла, перевела дух и посмотрела ещё раз на свою руку, которая была вновь идеально чиста и здорова, потом на Этта. На её лице неожиданно появилась улыбка.

— Что это было, Этт? — спросила она вполголоса, стараясь не смотреть пристально ему в глаза — взгляд его, глубокий и проницательный, казалось, видел её насквозь и при этом затягивал в глубокую, но приятную бездну.

Он улыбнулся.

— Всё очень просто. Я только что продемонстрировал тебе наглядный пример главного закона медицины, о котором здесь, увы, многие не помнят. Мы сами являемся творцами своих недугов. И поэтому так же можем исцелить себя и друг друга, мысля и ощущая противоположным образом.

— Но ты ведь не мыслил, а просто водил рукой и читал заклинания, — возразила Аула.

— Да, но заклинания и пассы я использовал просто для того, чтобы показать тебе всё это за несколько минут. Я направил и сконцентрировал силу своей мысли, а слова на древнеарассинском языке помогли сделать это быстрее. Это магический язык, и то, что я сделал, чистой воды магия. Я бы мог показать это на пароктусе, но, к сожалению, у меня был всего один и он от меня убежал.

Аула сочувственно подумала о несчастной твари, которая, не выдержав этих "опытов", предпочла скрыться от экзекутора.

— А почему, — снова спросила она, — ты не проводишь все эти опыты на себе?

Этт засмеялся.

— На других их проводить гораздо легче, и потом, это вернее всего заставляет поверить в истинность сказанного великим Аффарисом Лигендианским.

— Значит… — она покосилась на раскрытую книгу, — ты читаешь "Магию медицины" Аффариса? Но такая книга не может храниться в храмовой библиотеке.

Этт обошёл вокруг стола, так что огоньки спиральных свечей и тени на стенах подвала задвигались. произведя совершенно жуткое впечатление, захлопнул пухлый фолиант, подогнув край одной из страниц, и показал Ауле название.