Чтение онлайн

Невозможно однозначно утверждать, что все это было бы невозможно без насильственного захвата земель коренных американцев в долине Миссисипи. Планы такого исхода начали вырисовываться всего через пять лет после завершения сделки по покупке Луизианы у Франции в 1803 году, когда агент правительства США сообщил военному министру, что " никогда не будет спокойствия на этих границах, пока индейцы не будут удалены за Миссисипи". В мае 1808 года, когда группа чероки отправилась в Вашингтон отстаивать свои права, сам президент Джефферсон призвал их " поселиться на наших [ sic] землях за Миссисипи".

В результате началась длительная кампания насильственного лишения владений, которую не удалось остановить к 1830-м годам - десятилетию, начавшемуся с ратификации Закона об удалении индейцев. Используя геноцидные методы, в ходе этой кампании были убиты, рассеяны или изгнаны на запад представители племен криков и чокто, а также значительные части народов чикасау и семинолов. В письме в Конгресс, написанном в тот же год, когда Стоваллы приобрели свои земли, Джон Росс, вождь другого пострадавшего народа, чероки, писал: " Наше имущество может быть разграблено на наших глазах; насилие может быть совершено над нашими людьми; даже наши жизни могут быть отняты, и никто не обратит внимания на наши жалобы. Мы денационализированы, мы лишены гражданских прав. Мы лишены членства в человеческой семье". В конечном итоге ответные меры принимали различные формы, в большинстве своем жестокие, но лучше всего их дух передал в 1825 году Генри Клей, сенатор и государственный деятель из Кентукки, чьи комментарии в ходе обмена мнениями о коренном населении с Джоном Куинси Адамсом на заседании кабинета министров были записаны следующим образом: " Он считал, что они обречены на вымирание, и, хотя он никогда бы не использовал и не терпел бесчеловечного отношения к ним, он не считал их как расу достойной сохранения. Он считал, что они существенно уступают англосаксонской расе, которая сейчас занимает свое место на этом континенте. Они не были импровизированной породой, и их исчезновение из человеческой семьи не стало бы большой потерей для мира". Результат выселения индейцев и последующего заселения белыми был настолько абсолютным, что жестокая история долины реки Миссисипи в эту эпоху вдохновит движения белых поселенцев, поддерживаемые европейскими правительствами в других местах вплоть до следующего столетия. В их число входили южная Африка и Кения, а также Алжир, где доминировали французы. Как пишет Клаудио Саунт в книге "Недостойная республика", " печально известно, что во время нацистского завоевания Восточной Европы Гитлер приравнял "коренных жителей" к "индейцам" и заявил: "Волга должна быть нашей Миссисипи".

36.

Когда мы думаем о рабстве в Новом Свете, мы склонны считать, что оно сводилось лишь к посадке и сбору урожая. От табака и риса до хлопка - ранняя американская экономическая модель была так основательно построена на распространении плантаций, что это, пожалуй, неизбежно. Но, хотя это и не совсем верно, картина создания процветания на материковой части Северной Америки, которую мы поддерживаем, крайне неполна. До того как ее захватили этнически европейские поселенцы, долина реки Миссисипи, которую коренные народы когда-то ценили как свой дом, представляла собой в значительной степени сильно заросшую лесом дикую местность, полную огромных кипарисов, эвкалиптов и ясеней, изобилующую пумами и медведями, а также обширные болота и невероятно густые лианы, которые необходимо было расчистить, прежде чем эту завоеванную землю можно было использовать в производственных целях по западному образцу. Хотя сегодня об этом почти забыли, это тоже была работа чернокожих рабов. Путешествуя с погонщиками рабов в лодках-плоскодонках, иногда в цепях и с собственными грубыми инструментами, они должны были вырубать огромные лесные массивы, осушать болота, пилить лес, строить дома, возводить заборы и обрабатывать поля. Без всего этого труда, в котором многие десятки тысяч рабов работали до изнеможения и ранней смерти, само земледелие было бы едва ли возможно.

Сегодня все знают результат, даже когда мы предаем забвению воспоминания о процессе, но именно такая важная работа заложила основы новой, размером с континент, нации, которая станет богатой сверх всякой меры. Как писал журнал American Cotton Planter, рассказывая о Дельте в 1853 году, это произошло благодаря тому, что Юг мог похвастаться сочетанием почти бесконечного количества земли и " самой дешевой и доступной рабочей силы в мире [и] производить почти исключительно основной продукт, который, наряду с пищей, является самым необходимым утешением человеческой расы и в значительной степени участвует в ее потреблении". К 1830 году, когда Стоваллы приобрели ферму в Кларксдейле, на которой трудилась бабушка Мадди Уотерса, в то время как шестая часть британцев была занята в текстильном производстве, миллион человек, или один из тринадцати американцев - в подавляющем большинстве рабы - занимались хлопководством.

В письменном китайском языке иероглиф, обозначающий дом, представляет собой идеограмму, состоящую из двух элементов. Один из них - крыша, а другой - свинья. Здесь мы видим очень простое изображение того, что требовалось в древние времена, чтобы создать (или хотя бы начать строить) домашнее хозяйство: кров и любимое одомашненное животное того времени. С наступлением эры хлопка в долине реки Миссисипи, открытой для белых мужчин, прибывавших с Востока, три элемента считались необходимыми для их социальной легитимности и личного богатства: кавказская женщина в жены, участок земли и рабы. Владение чернокожими, которых можно было использовать для работы на плантаторов, делало гораздо больше, чем просто обеспечивало возможность производства. Это был большой мультипликатор, который способствовал приобретению новых земель, будь то первые владения или расширение большого поместья; кроме того, богатство, полученное благодаря этой формуле - почва и пот негров - неуклонно притягивало белых женщин, которые были готовы выйти замуж ради жизни на хлопковом фронтире.

Именно рабы, и только рабы, заставляли этот мир крутиться, и белых в долине Миссисипи - как устоявшихся плантаторов, так и идеализированных Томасом Джефферсоном "йоменов", искателей удачи, постоянно прибывающих в новое хлопковое Эльдорадо, - занимал вопрос, как их заполучить. Как заметил Джозеф Инграхам, автор той эпохи, " Продавать хлопок, чтобы покупать негров - производить больше хлопка, чтобы покупать больше негров, 'ad infinitum', - вот цель и прямая тенденция всех операций основательного хлопкового плантатора; вся его душа устремлена к этому". Возможно, хлопкоробы долины и не подозревали о глубокой истории этой идеи, но читатели помнят, что ее родословная восходит к раннему сахарному буму на Барбадосе в 1640-х годах. Дельта была последней частью нижней части долины реки Миссисипи, которая была открыта для плантационного производства, но она быстро оказалась лучшим местом для выращивания хлопка, и поэтому вскоре она поглотила больше рабов, чем любая другая. Округ Вашингтон, расположенный в самом сердце Дельты, представляет собой довольно типичный пример. К 1840 году, всего через четыре года после того, как Стоваллы приобрели свою плантацию неподалеку, на каждого белого жителя здесь приходилось десять рабов. на белых семей в округе приходилось Всего десять лет спустя в среднем более восьмидесяти рабов.

Легальный ввоз рабов из-за границы в Америку, возможно, и закончился в 1807 году, но это никак не повлияло на прекращение поставок рабов в такие места, как Миссисипи, Алабама и Луизиана, где выращивали хлопок, который в то время только-только начали возделывать. Действительно, рабы продолжали прибывать в головокружительных количествах, и это было совершенно законно. Большинство чернокожих, которых засасывало в водоворот, поставлявший им рабов, были сначала выкорчеваны из Верхнего Юга, штатов Вирджиния и Мэриленд, которые были сердцем американского рабства в восемнадцатом веке. Эти несвободные чернокожие люди или многие из их ближайших предшественников уже пережили Средний путь. Они пережили ужасный период выдержки с его пугающе высоким уровнем смертности. Они пережили жестокий режим труда и скудный рацион плантаторской жизни в Чесапикском регионе. Но теперь их внезапно стали массово отправлять на родину, а их семьи, не признанные законом, как правило, распадались и разлетались на четыре ветра.

В рамках этой внутренней, или внутренней, работорговли мелкие предприниматели и спекулянты скупали негров на Верхнем Юге, часто от горстки до дюжины за раз, и вели их в новые районы выращивания хлопка, как скот на копытах, хотя и в цепях и под вооруженной охраной. По мере продвижения по Югу, через Джорджию и вплоть до Луизианы, их продавали алчным плантаторам. Между 1790 и 1810 годами, в первые два десятилетия хлопкового бума, охватившего страну, почти 100 000 рабов покинули Вирджинию и Мэриленд таким образом, чтобы отправиться на юг и юго-запад, но это было только начало. В 1830-х годах только Миссисипи импортировала 130 000 рабов , которые были насильно перевезены из старых рабовладельческих штатов. В конечном итоге за пятьдесят лет до Гражданской войны из Верхнего Юга морским путем было вывезено или отправлено около миллиона рабов, что примерно вдвое больше, чем число негров, высаженных в британской Северной Америке из Африки. Речь идет о миграции - или, точнее, массовой депортации, - которая захватила в плен больше чернокожих, чем число белых, отправившихся в поездах на американский Запад, ставший материалом для множества голливудских легенд в двадцатом веке. Это было больше, чем эмиграция евреев из России и Восточной Европы в девятнадцатом веке. И все же, кто сегодня узнает об этом в школе хоть сколько-нибудь подробно? Историк Уолтер Джонсон заметил:

стало ясноКогда , что на покупке, транспортировке и перепродаже рабов можно заработать большие деньги, возникло множество высокоорганизованных фирм, чтобы конкурировать со свободными спекулянтами. Такие компании часто содержали офисы с тюрьмами с высокими стенами, в которых одновременно могло содержаться до сотни рабов, большие дворы, где можно было упражняться с человеческой собственностью, и демонстрационные залы, где заинтересованные покупатели могли расспрашивать и осматривать людей, которых они надеялись приобрести, на обоих концах торговли.

стали регулярно проводиться аукционы По мере процветания этой прибыльной торговли в крупных городах, расположенных на обоих концах торговли, таких как Чарльстон и Новый Орлеан, часто на ступенях местного здания суда.

В 1859 году, всего за несколько лет до кульминации - поражения Юга в Гражданской войне, - эта "негритянская лихорадка" и вызванный ею исход достигли своего апогея, когда состоялся самый крупный в истории аукцион рабов. Он состоялся в Саванне, штат Джорджия, и был организован по приказу человека по имени Пирс Мис Батлер, отпрыска богатой плантаторской семьи, который ликвидировал свой пакет рабов, чтобы покрыть долги. Батлер просадил большую часть своего состояния на фондовом рынке и потерял еще больше в результате дорогостоящего развода. Газеты того года сообщали об этом событии, пестря заголовками вроде:

ПРОДАЖА

ДЛИННЫЕ ХЛОПКОВЫЕ И РИСОВЫЕ НЕГРЫ!

БАНДА ИЗ 440 ЧЕЛОВЕК

Привыкшие к выращиванию риса и провизии, среди них есть несколько хороших механиков и домашних слуг Будут проданы 2 и 3 дня марта в Саванне Джей Брайаном (агентом)

Незадолго до продажи рабов Батлера собрали в загоне в центре города, на месте, прилегающем к месту, где впоследствии будет построена старейшая в Саванне церковь чернокожих - Первая африканская баптистская церковь. Когда дата продажи приблизилась, их отвезли на ипподром, который долгое время был излюбленным местом сбора белой элиты города. Историк Энн Бейли описывает эту сцену: " Покупатели выставляли их и заставляли танцевать. Они распахивали их одежду, чтобы проверить наличие ран; они щипали их за конечности и сгибали мышцы. Они тщательно искали шрамы, поскольку считалось, что шрамы свидетельствуют о бунтарской натуре". А позже, за выпивкой, покупатели-негры, как называли белых агентов , обменивались между собой советами о "лучших методах управления "несговорчивым негром"".