Розовый Дождь
Шрифт:
– Уже нет известий дней 10. Тьма наступает и наша связь постоянно прерывается… Анализаторы отказываются работать в зонах, куда она проникла. Но когда я его оставляла, все было хорошо… Пока удача на его стороне и он ещё не проигрывал ни одного сражения… Странно как-то…
– Что не проигрывает?
– Что Тьма ослабила свой натиск. В "Королевской Охоте" была преисподняя, а сейчас… Отдельные банды, без общего управления… Такое впечатление, что Она на кого-то отвлеклась и пока пренебрегает нами…
– Ну а нам-то что? Нихай отвлекается, нам-то лучше… – беззаботно махнула ручкой Марина. – Лучше скажи, слышно ли что-нибудь о моем Белобрысике, а?
– Мы его нашли с Гастоном в "Королевской Охоте"…
– Ах…
– Тише ты! Всех тут выдашь визгами своими… Но мы его упустили. Где он – не знаю. Но у меня очень большое подозрение, что Тьма отвлеклась именно на него. Он ей нужен. По-настоящему… – Милена мрачно замолчала, рассматривая блики звезд на воде и о чем-то задумалась… – А как дела в Коралловом Чертоге?
– Фи! Скучно там стало… Ни балов ни стало, ни охоты, ни людоловли… Все как на ушах… Королева Лора то сидит целыми сутками у Старой Черепахи, то спускается в Неодолимые Бездны… А я ей хи-хи да ха-ха… Вот она и отправила меня сюда, говорит, "иди хихикай в Чаще… будешь…" этой, как его, "связанной", вот, хи-хи!
– "Связной", наверное, – строго поправила Милена и больше ни о чем не спрашивала. Среди фей ходит поговорка: "От русалок, как от ветра, не жди ответа" – русалки необыкновенно умные и даже хитрые существа, но они очень редко выставляют на поверхность свой ум и свои знания, предпочитая быть с чужаками легкомысленными – и выудить у них что-то важное ну совершенно невозможно…
В этот момент уже третья четверка лодок медленно отчалила от берега и скрылась во мгле опять-таки с эскортом из четырех русалок. Оставалось ещё две партии.
Милена лично проследила за погрузкой следующей партии. А потом немного расслабилась и даже позволила себе немножко пошутить с Мариной – осталось всего ничего – а там – поминай как звали, тем более что на воде тварям сложнее уже будет нападать, чем на суше…
Милена лишь изредка посматривала, как почти одинаковые во тьме серые фигуры погружаются в последнюю лодку, как та покачивается на волнах, раздается легкий всплеск воды – глаза её закрывались, бдительность слабла – она уже не спала больше суток…
Вот уже лодка наполнилась наполовину, как вдруг… …Из полусонного забытья её вывело громкое шипение! Милена тут же проснулась и увидела, что Марина, стоящая рядом, шипела, как змея, сильно шевеля крыльями носа, принюхиваясь… А потом… …вдруг одна из серых фигур, уже усевшихся на лавочки, резко дернулась и кинулась на свою соседку, обхватив её шею руками и потянувшись блеснувшими при свете звезд молочно-белыми клыками к её шее, а её жертва даже не дернулась – она была усыплена крепкими чарами Милены – как и её соседки. Лодка закачалась… но и Марина и Милена уже бросились, как две черные пантеры в лодку. В руках у Милены показался черная плеть-удавка, а у Марины – маленький кинжал в виде трезубца из зеленого морского металла. И когда зубы твари были всего в дюйме от шеи спящей жертвы, на её шею была ловко накинута удавка и Милена изо всех сил потянула тварь на себя. А в это время Марина, прыгнув в саму лодку, с размаху вонзила твари в глотку свой маленький трезубец – тварь забилась, как вытащенная из воды рыбина, и черная жгучая жидкость потоком хлынула прямо на днище лодки – там тут же образовалась огромная уродливая как клякса дыра и лодка стала тонуть…– Проклятье! – выругалась Милена. – Ещё лодки есть?
– Откуда? – развела руками Марина, выкинув тварь за борт. – Эй, сестрички, а ну сюда – помогите выгрузить пассажиров!
Пока выгружали дремлющих с широко открытыми глазами женщин и детей, пока решали, что теперь делать – лодка развалилась, разъеденная черной гадостью, буквально на куски –, а пока решили, что надо срочно строить плот – прошла уйма времени.
А в это время заухали уже не одна, не две, а целых шесть сов, в самых разных частях приречья…
– Дело плохо, сестричка! – встревожено прошептала Марина, сверкнув зеленым кошачьим огоньком в глазах. – Фавны говорят, что опасность со всех сторон. Нас выследили!
– Быстро! Давайте делайте плот, а я буду прикрывать, сколько смогу! – шепнула Милена и быстро вспорхнула на приречное всхолмье – она чуяла – Тьма надвигается. Чуяла по давящей сердце тоске, по путающимся мыслям в голове, по тошноте в горле… Тьма надвигается… И на этот раз отряд нешуточный!
Милена быстро прикоснулась рукой к фиолетово-сиреневому камню на деревянном ободке и перед её глазами тут же предстал Черный Камень – большой, округлый, светящийся изнутри мириадами фиолетово-сиреневых искр. Она потянулась к нему сознанием и Камень ответил ей, узнав в ней приемную дочь своей Королевы. Искры вырвались из глубин Камня наружу и ослепили Милену, наполнив её силой. Сила была не меньшая, чем от розовой пищи, но "привкус" – если так можно сказать о Силе – был другой. Розовая сила страны фей – это что-то сладкое, медовое, легкое и воздушное, как облака, светлое, как летнее солнышко, а темная сила Камней Потаённой Чащи – это другое… Это вкус жареного мяса с кровью, что-то темное, древнее, дремучее, привкус темных болот и потаенных чащоб, призрачного холодного света луны и горячего вожделения охоты… Могущество темной силы болот и чащоб было не меньше, чем силы розовых облаков, но характер её был иной, совершенно иной…
Милена наполнилась Силой, почувствовала, что та переполняет каждый капилляр, каждую клеточку, каждое сухожилие в её теле и тогда она выпустила Силу наружу – прямо через вытянутые руки с длинными, покрашенными фиолетовым лаком ногтями. И вот уже прямо из-под земли вырастают хищные лапы корявых сучьев, мощные, древние, страшные, способные сломать шею даже медведю! Холодные зеленые стекляшки глаз, беззубые дупла ртов, высота – два-три человеческих роста, а вокруг них вырастают стены из тонких, но необыкновенно прочных ветвей, тесно переплетенных между собой – все выше и выше – не каждый человек перемахнет через неё – тем более, что покрыты прутья длинными ядовитыми шипами.
Вырастив древесную стражу, Милена довольно вытерла трудовой пот. "Буду я не наследной принцессой Лысой Горы, а деревенской бабой-повитухой, если эта громадина не удержит их тут до утра!" – подумала про себя юная волшебница.
А в это время Марина и две оставшиеся русалки уже заканчивали сооружать плот. Как по мановению волшебных палочек откуда ни возьмись из речки выплыло множество бобров, которые стали грызть близлежащие деревья, а когда те падали – они их разгрызали на несколько частей и укладывали друг с другом, а русалки связывали деревья нитями своих волос – самого крепкого материала на свете! Получался довольно большой плот. Конечно, плыть на нем не так удобно, как на лодке, но ничего не поделаешь!
Плот ещё не был закончен и наполовину, как совы перестали угукать и бросились врассыпную. Это означало, что дело совсем плохо – никто из фавнов погибать просто так не собирался… А в следующий миг – пелена тьмы, как предрассветный туман, покрыла все побережье и… неслышно, бесшумно, сразу четыре десятка волкообразных тварей с головами вепрей, крыс и змей, прыгнули через поставленную Миленой ограду.
Но не тут-то было! Ограда-то была не простой! Чуть только первые твари стали пролетать в воздухе над живым палисадом, как хищные ветки с ядовитыми шипами, тут же опутывали их тела прямо в воздухе и, впиваясь шипами, душили их прямо в воздухе, а тех, кому удавалось приземлиться, тут же встречали древесные великаны, от ударов чьих пудовых суковатых рук головы слетали с плеч как тряпичные мячи под ударами мальчишеских ног. Воздух наполнился жутким визгом и криками.
Милена довольно усмехнулась и побежала к реке – убираться все равно надо было поскорее. Хотя стена была поставлена мастерски, но все эти твари настолько непредсказуемы… Кто знает, сколько она сможет их сдерживать?
– Быстрее, сестрички! Быстрее!
Но стена продержалась не до утра… Стоило только черной крови тварей пролиться на палисады, и вот уже раздалось зловонное шипение – и грозные шипастые лапы-щупальца отваливались, мгновенно засыхая, и вот уже в сплошной стене стали образовываться бреши. То же самое происходило с древесными гигантами. Черные пропалины на их деревянной коже становились все больше и больше, и вот уже двое из них бессильно упали на землю, а твари, теряя десятки и десятки своих товарищей, упрямо ломились, не считаясь с потерями, с какой-то бесноватой одержимостью. А тут ещё и сверху раздалось сиплое то ли карканье, то ли кряканье – и стаи женообразных уродин с кожаными крыльями и клыкастыми пастями показались на горизонте – их стене уж точно не удержать…