Чтение онлайн

на Дмитрашку, что он грозил застрелить гетмана, на Лазаря

Горленка, на полкового нежинского писаря Михаленка и на

Быстроновского, что они были ему помощниками в замысле

против гетмана, а на Карпа Мокриевича показал, что он ему

дважды говорил, что пойдет бунтовать запорожцев против

гетмана. И Рославца в том же оговаривал протопоп, прибавляя, что когда Рославца взяли, то Рославчиха просила Адамовича, чтоб на ее мужа не показывал.

1 Степан Шуба - Воскресенский, Максим Гашевский -

благовещенский протопопы и священники с ними.

2 Обозный Константин Угревецкий, городовой атаман Ян Харитонович, несколько сотников и знатных товарищей.

312

И Рославца-и Адамовича содержали в тюрьме. По воле

государя Самойлович обязан был избавить их от смертной казни, но это, видно, было не по сердцу ему; по крайней мере говорили

в Малороссии с ропотом, что гетман своих врагов держит в

жестокой тесноте, да и сам Самойлович сознавался в своем

письме, что они <в вязеню на пол юж живыми зостают>. По

войсковым правам следовало у таких осужденных конфисковать

имущество, и теперь допрашивали у них, где оно находится.

Рославец объявил за собою 13.720 злотых и 20 фунтов серебра

в разной утвари, находившихся у его брага Ивана, жившего в

Почепе, и, сверх того, показал, что много денег, вещей

серебряных, медных и оловянных и всякой домашней рухляди отдал

он на сохранение своим знакомым в Трубчевске и Брянске.

Гетман, по совету старшин, посылал отыскивать это имущество

и писал о том же к воеводам брянскому и трубчевскому.

Посланные в Почеп не застали Рославцева брата Ивана, убежавшего в Смоленск, но застали другого брата Андрея, от которого

взяли показанные деньги и дорогие вещи. Из них Самойлович

роздал охочему полку Мовчана, над которым был уже тогда

полковником> Илья Новицкий, по 20 злотых на рядового козака, что составило 10.000 злотых, а 1.000 злотых на полковых

старшин. Однако после того еще не малое время доискивался

Самойлович остального имущества своих врагов.

По царскому указу, Рославец и Адамович были

препровождены в Москву и тотчас же сосланы в Сибирь. Спустя несколько

лет, Адамович из Сибири посылал царю челобитную, в которой

уверял в своей невинности и твердил, что наговорил на себя под

страхом мучений. Неизвестно, какое последствие имела эта

челобитная1. Дмитрашка Райча и Лазарь Горленко были удалены от

полковничьих урядов: прилуцким полковником поставлен Мовчан, а по нем Чернявский, переяславским Бойца Сербии. Дмитрашка

ушел за Днепр, передался полякам, но жена его, вдова казненного

Золотаренка, не последовала за ним, и он сам вскоре воротился

и был прощен Самойловичем, оставаясь в звании значного

войскового товарища. Горленко спустя несколько времени опять

получил прилуцкое полковничество и стал верным сторонником Са-

мойловича, тогда как Дмитрашка Райча затаил к гетману злобу

и впоследствии, как увидим, имел случай опять стать его

открытым и уже не бессильным врагом. Горленко остался гетману верен

до положения живота своего2.

1 Список челобитной сообщен мне П. И. Мельниковым.

2 Лазаревский. Очерки Малор. фамилии, Русск. Арх., 1875, стр. 243, 403. (У Лазаревского событие с Рославцем и все последовавшее с Дмит-

рашком отнесено ошибочно к более раннему времени).

313

IX

Переход Дорошенка на левую сторону.
– Царь

требует его в Москву.
– Представления Самойловича

против отправки Дорошенка в столицу.
– Пребывание

Дорошенка в Москве.
– Его последняя судьба.

Самойлович указал Дорошенку перейти на житье на левую

сторону, оставляя за ним право владения имуществом, находившимся в Чигирине, где оставались его родные. Дорошенко не

противился и не роптал, переехал на левую сторону с женою

и -с братом Андреем 1-го ноября 1676 года и прежде всего

прибыл в Батурин. Самойлович встретил его чрезвычайно

радушно и по поводу приезда его три дня пировал. Прежние враги, казалось, стали друзьями. Дорошенко просил дозволить ему жить

как возможно поближе к гетману, и Самойлович назначил ему

жить в Соснице. Там приготовляли Дорошенку двор, куда

привезли из Чигирина 30 двуконных возов с его пожитками, а при

дворе назначено было 15 душ челяди. Гетман дал Дорошенковой

матери на прокормление доходы с Чигиринских мельниц. Кроме

матери, остались на прежних местах жительства тесть

Дорошенка Яненко и двоюродный брат Кондрат Тарасенко с

некоторыми бывшими старшинами; но бывший Дорошенков писарь

Вуехович поселился в имении жены своей, в селе Жукине, Киевского полка, которое утвердил за ним и его женою гетман

своим универсалом.

Недолго пришлось Дорошенку спокойно прожить на новоселье.

В первых числах декабря того же года, приехал к Самойловичу

стольник князь Иван Федорович Волконский с подьячим Часо-

вниковым. Они привезли гетману указ прислать Дорошенка в

Москву к царскому величеству.

Самойлович сказал: по царскому указу обещано Дорошенку

место жительства в Украине, и мы с боярином Ромодановским

назначили ему жить в Соснице. За ним ничего подозрительного

не замечено.

Волконский возразил: Боярину было указано назначить

Дорошенку место жительства до государева указа, а-вот ныне и указ

государев пришел к тебе такой, чтоб быть Дорошенку на Москве.

Гетман - сказал: Да ведь Дорошенко недавно только переехал

на сю сторону и двор ему начали строить в Соснице; еще и всех

его пожитков из Чигирина не привезли. Дорошенко отдался, поверивши нашему обещанию, что ему дозволят жить, где пожелает, и прежние вины его не будут воспомянуты.