Чтение онлайн

Несколько русалок отвлеклись от беседы, оглянулись на нас.

— Помогите Киру! — закричала я, понимая, что с аварийных тварей станется выбросить своего собрата в бездну, пока тот в отключке. — Вы стая или кто?

Последний вопль стоил мне разбитой губы. Реф явно не собирался со мной церемониться и настроения своего не скрывал. Меня ждала расплата и за выходку в зале собраний, и за потерю запасов чернил, и за неподчинение сейчас.

Но я не жалела.

Главное, Тина сбежала.

Выжила ли она? Доплыла? Я не знала. Но у меня получилось. Получилось вырвать ее из пасти Стрекача. Дальше ей придется самой.

И она справится. Обязана справиться!

Бывшая пленница вылезет на берег, вдохнет носом запах свежей хвои. Выжмет одежду и свои зеленые волосы. И пойдет вдоль трассы, а солнце будет греть ее мокрую спину.

Я взвыла.

— Пусти!

Вожак выволок меня в коридор и поднялся к потолку.

— Отпусти меня!

Задергалась.

Бесполезно. Хватка у бледного аварийщика была железная и мышцы оказались из того же металла. Мне будет проще согнуть фонарный столб, чем причинить вожаку хоть какой-то вред.

— Ты как пиранья, — сказал Реф. — Упрямая, но тупая. Сирена была такой же, когда попала сюда, — добавил он, продолжая движение.

— Я не Сирена! — выдохнула я. — И я не тупая! Пусти меня!

— Не торопись, Ладиса. Ведь я твой новый наставник. И я хочу, чтобы ты усвоила урок… — с этими словами вожак аварийщиков и впрямь отпустил меня, метнув мое тело далеко вперед, да так, что я, преодолев сопротивление воды, впечаталась в груду сваленных на палубе ящиков.

Ох, мои бедные косточки…

Ящики разнесло в щепки. Вода сгладила основную силу удара, но все равно мне пришлось несладко.

— Больно?

— Да!

— Прекрасно, ведь я творец боли. И я научу тебя разбираться в ее нюансах. Мне не нужна пиранья. Мне нужна русалка. Моя верная аварийная русалка, которая будет делать только то, что ей велят! — рявкнул он, выуживая меня из-под обломков.

Я забарахталась.

— Не спеши, Двуногая. Мы только начали. Я тобой все углы пересчитаю. Об каждую дверь башкой стукну. Выбью из тебя дурь!

— Реф, не надо!

Снова падение, ссадины, боль. Ею горела почти каждая клеточка моего организма. Реф беспощаден. И очень зол. Меня берегло лишь остаточное действие целебных чернил.

— Реф!

Для него я всего лишь игрушка.

— Реф, давай поговорим!

Набитая тряпками кукла во власти монстра. Я врезалась в иллюминатор. Вожак прижал меня к стеклу спиной, взял за загривок.

— Ты усвоила урок?

— Урок?

— Еще раз переспросишь и лишишься языка, — он улыбнулся.

— Усвоила, — солгала я.

— И что же ты поняла?

Блин, да он издевается!

— Что вы сильнее, — прошептала разбитыми губами.

— Да, Ладиса. Мы сильнее. И можем сделать с тобой все, что захотим. Переломать кости, вытащить сердце из груди или оторвать голову. Такова участь всех Двуногих в Аварийке. Люди здесь всего лишь гости. А мы хозяева этого мира, абсолютные хищники. И пока ты не стала русалкой, ты — никто. Нравится быть никем?

«Мне не нравится, когда меня бьют», — хотела ответить я, но благоразумие взяло верх над истерикой, и, когда мой затылок вновь соприкоснулся с иллюминатором, я отделалась всего лишь сотрясением с непродолжительной потерей сознания.

Если бы мучитель не прижимал меня к стене, то я давно бы свалилась на пол. Зрение сбоило, картинка расплывалась. Разговор с ним был пыткой.

— Если ты возьмешься за ум, поймешь, что лучше быть жестокой и хищной, чем слабой и жалкой. Когда ты поймешь это, то Стрекач одарит тебя хвостом.

— А если я не хочу? — прошептала я.

— Знаешь, в чем твоя проблема? — Вожак встряхнул меня. — Ты думаешь, что сможешь вернуться к прежней жизни. Отвечаю: не сможешь. Пути назад нет!

— А вдруг есть? — вырвалось у меня. — Я слышала…

— Где слышала?

— На Обочине, — вывернулась я, чтобы не раскрыть наш с мамой секрет.

— И что наплели тебе эти крысы с Обочины?

— Есть заклятье, с помощью которого можно вырваться из Аварийки! — собравшись с духом, выпалила я. Вдруг он что-то знает?

— Чушь, — фыркнул Реф. — Глупая легенда. Более жалких личностей, чем обочечники в Аварийке трудно найти. Их давно пора сбросить в асфальт, но нельзя. Кто тогда будет варить для нас кофе? — Он гоготнул. — Кофе, жареное на углях мясо, дары леса, — перечислил он. — Мы нуждаемся в жителях Обочины. Нам ведь не чужды человеческие радости, Ладиса. Обочечники организуют кафешки в руинах сгоревших заправок, ходят по местам дорожных сражений в поисках ценных предметов, еды, тех же кофейных зерен, например. Они живут на грани, завидуют нам и мечтают о шансе. О том шансе, что выпал тебе, девке Хрома и той неудачнице, которая отправилась на корм рыбам. Ты хочешь на корм рыбам?

— Нет.

— Тогда старайся, Ладиса. Старайся стать хищной. Если ты не справишься в срок, то в следующий раз на месте Тины окажешься ты. Уже сегодня ты могла стать русалкой. Я давал тебе шанс, ты его упустила. Пожалела Двуногую. Прямо сама доброта. Тьфу! Но ничего, вижу, ты все поняла. Ведь ты поняла?

— Поняла, — пробормотала я, стараясь не выдать ни взглядом, ни жестом своего отвращения к перспективе стать кем-то навроде миноги.

— Поэтому я снова тебе помогу, — улыбнулся вожак.

— Как? — я содрогнулась.

— Я возьму тебя на охоту.

— Но я ведь человек. Как же…

— Забыла кто я?

— Вожак. И я дам тебе еще один шанс!

— Но зачем? — прошептала я.

— Я чувствую, что в тебе скрыта какая-то сила. А наше чудище нуждается в силе. Ведь в паре недель пути отсюда город в пять миллионов жителей. Мы давно бы могли охотиться там, но асфальт в городе и без Стрекача кишит чудищами. Другие стаи, десятки подлодок. И мы должны стать сильней всех, если не хотим, чтобы нас разорвали в клочья!

— Я не хочу, — вымолвила я.

Я не хотела на охоту. Не хотела прислуживать злобному аварийному чудовищу и становиться погибелью водителей, пассажиров и пешеходов.

Напротив, с каждой минутой я все больше преисполнялась ненависти к чудищам ДТП и их прислужникам.

Вожак разжал руки.

— Тогда жертва Кира будет напрасной. — И я съехала вниз по стене. Махнув хвостовым плавником, бледнощекий монстр растворился во мраке, оставив меня в одиночестве.

37.

Хронометр на запястье отсчитывал минуты. Иллюминатор показывал тьму глубины, мимо проплывала вода.