Чтение онлайн

— Ты опозорила меня! — прорычал он. Попытался выбраться из гамака, но силенок опять не хватило; видно, сказалось действие лекарств.

— Опозорила?

Уж такого обвинения в свой адрес я точно не ожидала. О чем он вообще? Или, по его мнению, мне полагалось смириться с палаческой участью, а мой отказ нанес ущерб его репутации как наставника? Тогда к чему было сердце из груди рвать?

Я не постеснялась и озвучила вопрос вслух.

— Сейчас бы не стал, — огрызнулся Кир. — Сердце и впрямь мне мешало. Думать мешало и видеть Двуногих насквозь. Вы подлые создания. Я раз за разом спасал тебе жизнь, а ты позорила меня перед братьями и сестрами, выставляла болваном…

— Что ты несешь? — я нахмурилась. — Чем я тебя позорила? Когда? — И, опомнившись и мысленно укорив себя за несдержанность, поспешила исправиться: — Я благодарна, Кир. Я, правда, очень тебе признательна. Спасибо.

— Плыви к спруту!

Я почувствовала себя оскорбленной в лучших чувствах.

Оплеванной. Неужели я и вправду что-то себе вообразила? Повелась на поступок, подумала, что он не такой как другие. И почему даже сейчас ощущаю себя виноватой?

Глупо.

— Кир… — я осеклась.

Я собиралась раскрыть ему свою тайну. Но признание потеряло смысл. Лишившись сердца, он возненавидел меня. В горле екнуло. Я опоздала. Он утонул во тьме. Стал таким как Сирена. Из них получится прекрасная пара. Сом и минога.

Трепещите автобусы, разбегайтесь пешеходы!

Я выбежала из каюты.

Можно было вернуться на нижнюю палубу и выпрыгнуть за борт. Но вместо этого я побрела к себе. И почти сразу заснула.

40.

Утро выдалось ужасным, проснулась разбитой, по мне словно каток проехал. Болела каждая мышца, во рту горчило, да и пустой желудок давал о себе знать.

Я вылезла из гамака, натянула ботинки. Со шнуровкой пришлось повозиться, пальцы не слушались. Нехороший звоночек. Я смирилась с тем, что синяки, ушибы и ссадины стали моими постоянными спутниками, но отнимающиеся руки — это уже перебор.

В животе заурчало, и я поняла, что пора отправляться на поиски пищи. К счастью, способы ее добычи не были для меня секретом. Наш камбуз разгромили, но факел до сих пор должен быть где-то там, поэтому приготовление завтрака не займет много времени.

Высунувшись из каюты, встретила Нику — соседка как раз закрывала дверь. Я поздоровалась с ней, но вместо ответного приветствия, та выпалила скороговоркой:

— Хром запретил мне с тобой разговаривать, — и байкерша поспешила по коридору за несколькими неизвестными мне русалками, выплывшими из глубины жилого отсека.

— В смысле, запретил? — я двинулась за ней. — Ты чего?

— Прости, — не сбавляя шага, ответила блондинка. — Прости, но Хром сказал, что ты следующая. Думаю, тебе и самой известно, что твой срок истекает раньше моего. Нам и впрямь лучше не общаться. Надеюсь, ты понимаешь почему.

Тварь, подумала я. Все вы здесь твари. Либо подлые, либо трусливые. Только Тина нормальная была. Понятное дело, что она вам не подошла. Из нее могла получиться русалка, настоящая морская русалка, а не такая как…

Как пираньи в моем сегодняшнем сне!

Я потерла виски, надеясь извлечь из памяти обрывки терзавшего меня ночью кошмара, но ничего путного из затеи не удалось. Мне снились пираньи. К чему бы?

— Что тормозишь, Двуногая? — мне на плечо опустилась рука Зебры. — Тебе не сказали, что сегодня в девять Реф ждет всех в зале собраний?

— Нет, — я сцепила зубы, чтобы не заорать от боли; русалка буквально вдавила меня в пол: аж кости затрещали.

— Тогда шевели ластами, Ладиса!

Если бы у меня были ласты, мрачно подумала я, то тогда бы у меня был шанс смыться от вас. Всю дорогу Зебра ругала меня за медлительность, не делая скидки на отсутствие плавников.

— Это все Кир, — шипела она. — Ни чему тебя не учил!

Мне оставалось лишь дивиться русалочьей наглости. Ведь именно Зебре в свое время доверили обучение Тины. А она что?

Ничего. Ничему ее учить не стала.

Хотя может и к лучшему…

Реф кивнул мне, но я не ответила ему тем же. Нахмурившись, вожак жестом велел мне сесть за стол, за которым сидели остальные.

Втиснулась между Зеброй и Никой. Хром скрипнул зубами, и девушка в мотокостюме поторопилась отодвинуться от меня на максимально возможное расстояние.

Выдрессировал девку, гад.

Я осмотрелась. Отсюда, из-за стола, зал собраний казался не таким уж и большим. Я вдруг ощутила, что исполинский иллюминатор в дальней от входа стене подобен единственному глазу нашей циклопической подлодки.

Чудище высматривало добычу.

— Все здесь? — спросил предводитель аварийщиков.

— Кира нет.

Он явился последним. На него посмотрела вся стая — и в этот момент я ощутила жуткое чувство сопричастности. Нет, подумала я. Я не собираюсь становиться такой как они. Я — дочь настоящей русалки, а они… свора кровожадных пираний.

Просто монстры.

Ничего! Мы еще посмотрим, кто — кого!

— Наконец-то, — сказал вожак, ударом кулака по столу призвав к тишине. И объявил: — Завтра состоится охота!

41.

Вода в зале загудела от голосов:

— Не рано ли?

— К чему этот риск, Реф? — Сирена поднялась с места.

— Воевода, — обратился к ней вожак. — Я очень ценю твое мнение, ты знаешь. Но мое дело оглашать цель, а твое дело вести стаю к цели. Или ты забыла?

— И, главное, ради чего? — не унималась краснокосая русалка.

— Я, наверное, поспешил, назначив тебя воеводой, — проворчал вожак.

— Нет-нет, — опомнилась аварийщица. — Я и не думала с тобой спорить. Просто озвучила вопросы, которые могли возникнуть у молодых охотников.

— Могли, но не возникли.

— Прости, Реф. Я…

— Довольно, Сирена! — перебил растерявшуюся русалку вожак. — Просто заруби себе на плавнике, все будет так, как сказал я. Ведь я излагаю волю Стрекача и не нам оспаривать его желания. И, кстати, насчет молодых охотников. Вчера мы потеряли Двуногую. И на подходе еще одна, — он глянул меня. — А в нашем ли положении разбрасываться кадрами?

Все взоры обратились на меня. Я почувствовала, что пространство вокруг медленно закипает. Не самое приятное ощущение.

— Ты возьмешь Ладису с собой, — произнес Реф, обращаясь к Сирене. И, пока та беззвучно хлопала ртом, повернулся к нам и сказал Киру: — А ты приглядишь за новенькой в Столкновении. Шагу от нее не сделаешь, понял?