Чтение онлайн

В нашем мире этот костюм для восточных танцев сочли бы слегка фривольным, а для здешних мест это было и вовсе нечто шокирующее. Тонкие шаровары подчёркивали длинные стройные ноги, а яркий лиф едва прикрывал выдающуюся грудь. Остальные невесты застыли, открыв рты. Я перевела взгляд на принца, который уже забыл о дочери Игора и теперь пожирал глазами иноземную красотку с видом ребёнка, оказавшегося в лавке сладостей.

Танец восточной красавицы оборвался так же резко, как и закончился. На самой чарующей ноте она грациозно прогнулась, потрясая выдающимся бюстом, а затем ловко сбежала со сцены и словно растворилась без следа. Надо взять этот трюк на вооружение: нужно уметь уходить вовремя, на самом пике впечатления. Судя по разочарованному бледному лицу принца, на котором пылали возбуждённым голодным огнём чёрные лихорадочные глаза, всё хитрая девчонка сделала правильно.

— Верните её! — взревел Тирен так, что его ближайшие придворные повскакивали с мест и теперь бестолково метались в разные стороны.

А когда я увидела вытянувшееся и побелевшее от злости лицо лишь самоуверенной дочери Игора,оказавшейся в тени пленительной чаровницы, то и вовсе не смогла сдержать смеха, слишком уж забавным было зрелище. Не сказать чтобы я была мстительной особой, но наблюдать за восстановлением справедливости было уже очень приятно. Катарина подняла на меня тяжёлый взгляд, полный холодной леденящей ненависти, по сравнению с которым морозные порывы ветра, вызванного проклятием, были лёгким морским бризом.

— Зря ты так… — встревоженно произнесла Ирма, заметив немую сцену между мной и Катариной. — Лучше бы с ней поаккуратнее, от таких что угодно можно ожидать.

Я лишь легкомысленно отмахнулась рукой. Сейчас меня мало занимала вредная красавица, гораздо важнее было придумать, что делать к тому моменту, как подойдёт моя очередь демонстрировать свои таланты на публике. Стоило взглянуть на рослую дочь кузнеца, замершую неподалёку с приветливой улыбкой, и в голове созрел весьма неплохой план.

Махнув девчонкам на прощание, я поспешила в сторону жилья для потенциальных невест. Надо спросить грозную рыжую комендантку, заселившую меня во дворец, не сможет ли она выдать мне лист бумаги и какое-нибудь перо, или чем они тут пишут в этом мире.

Суровая матрона после получаса моего жалобного мычания, заламывания рук и неистовой пантомимы, наконец, выдала мне небольшой клочок плотной желтоватой бумаги, самое настоящее гусиное перо и в довершение ко всему крохотную чернильницу. Причём передавала она это мне в руки с таким волнением и пиитом, будто царскую корону вручала.

— Неужто ты грамотная? — с уважением поцокала женщина языком, разглядывая меня. — А так-то и не скажешь, думала, ты просто дурочка малахольная, немая. Гляди-ка, что в жизни бывает. Поставлю всё же пару монет на то, что принц Тирен тебя может в жёны взять. Только ты уж не говори, что грамоте обучена, а то если все узнают, собьёшь мне ставку. Всё, иди, девка, и помни, чтоб была молчок! Хотя ты-то особо и разболтаешь!

До самого позднего вечера я мучилась со своенравным пером, которое ну никак не хотело покоряться моим рукам, то покрывая бумагу кляксами, то грозясь её прорезать. Из-за увлечённости процессом даже пропустила ужин и теперь сожалела об этом, прислушиваясь к громкому и требовательному урчанию желудка. Ну уж нет, не хватало ещё помереть голодной смертью. Сейчас же отправлюсь в столовую, — уверена, что хотя бы хлеб с водой мне выдадут, а лучше бы горячего супа.

Сложив в ящик стола своё драгоценное перо и почти готовый чертёж моей задумки, наконец-то вышла в пустой тёмный коридор, освещаемый редкими факелами, горящими вдоль стен. Кажется, все жительницы этого крыла уже спали, и я одна кралась, будто тать в ночи. Но вдруг до меня долетел встревоженный злой женский шёпот. Выглянув аккуратно из-за угла, с трудом рассмотрела две фигуры, облачённые в чёрные плащи, шушукающиеся у дальней стены и почти неразличимые во мраке.

— Эта чёртова восточная принцесса должна исчезнуть! Я требую! — донеслось до меня удивительно знакомое яростное шипение. — А ещё пусть что-нибудь случится с морским чудовищем! с тех пор как она обрела ноги, слишком многое себе позволяет. Или ты хочешь, чтобы мы упустили принца?

Всю ночь меня мучили тревожные давящие сны, липкие и приставучие, словно паутина. В них я блуждала по тёмным коридорам, пытаюсь найти выход, а чей-то вкрадчивый и неприятный голос повторял: «Пусть что-то случится с морским чудовищем!» Я не считала себя особо пугливым человеком, но, кажется, подслушанный разговор всё же произвёл на меня тяжёлое впечатление. Но больше меня поразили не злые угрожающие слова, а то, что таинственные фигуры в тёмных плащах бесследно растворились, когда я нечаянно и крайне несвоевременно чихнула. Сколько потом не обшаривала каждый уголок и закуток коридора — заговорщики словно сквозь землю провалились.

«И что мне теперь делать?» — раздумывала я, просыпаясь и готовясь к новому дню. Может, рассказать об услышанном кому-нибудь? Только вот было два весьма существенных но… Во-первых, донести и так загадочную историю, да ещё и путём пантомимы будет весьма сложно. А, во-вторых, что-то подсказывало мне, что никто не поверит немому «морскому чудовищу».

— Помогите! Люди добрые, все сюда! Что же такое творится?! — раздался испуганный девичий вопль где-то неподалёку. Я узнала голос своей веснушчатой подруги. Судя по ужасу и панике, которой сочился каждый звук её голоса, случилось действительно что-то серьёзное.

Утреннюю сонную томность словно ветром сдуло. Со всех ног я бросилась к выходу, успев накинуть простенький халатик и грубой ткани, который принесла мне комендантша, проникшись ко мне удивительной симпатией.

Возле двери одной из спален столпились взъерошенные невесты, заглядывая внутрь комнаты с таким видом, словно увидели нечто ужасное, но при этом любопытное: блестящие глаза широко распахнуты, на личиках неприкрытый интерес, толкают друг друга, чтобы оказаться поближе к входу и рассмотреть в подробностях.

Сердце кольнуло дурным предчувствием, и я поспешила присоединиться к галдящей толпе, работая локтями, чтобы добраться до центра событий. Что удивительно, обычно бойкие девчонки сейчас беспрепятственно пропускали меня и даже отшатывались, словно я была зачумлённой. Да, наверное, с утра меня сложно назвать королевой красоты, но не настолько же всё ведь плохо, да и сами не розы чай!

Я, наконец, оказалась у двери и едва не закричала… Возможно, даже хорошо, что у меня нет голоса, иначе бы орала, что резанная, так как картина, представшая передо мной, была действительно жутковатой: прямо посреди просторной светлой комнаты замерла фигурка восточной красавицы, которая вчера поражала принца своими чарующими плясками. Только вот теперь вряд ли она когда-нибудь сможет манко качнуть бёдрами или исполнить танец живота — девчонка превратилась в ледяную статую. Выглядело это одновременно жутко и завораживающе.

— Это всё она виновата! — раздался вдруг позади злой девичий голосок.

Оглянувшись, захотела узнать, кого решили назначить козлом, точнее — козой отпущения. Оказывается, чумазый палец трубочистки указывал в мою сторону. Я даже покрутила головой, проверяя, точно ли меня имеют в виду.

— Помните, она вчера прикоснулась к заледеневшему фонтану? — продолжила она, глядя на меня словно инквизитор на ведьму.

Девчонки зашептались, обсуждая услышанное, и согласно закивали. Я отлично знала, что чем нелепее придумка, тем скорее в неё поверят.