Чтение онлайн

Ярким представителем ренессансной культуры в Беларуси был первопечатник, гуманист и просветитель Франциск Скорина (1490–1551). В центре его мировоззрения находилась проблема общества и человека. Он рассматривал вопросы смысла жизни, духовности мира, совершенствования общества и др. В 1517 году, когда печатные станки Скорины в Праге уже работали на полную мощность, выпуская белорусскую Библию страницу за страницей, Мартин Лютер всего лишь обнародовал текст с 95 тезисами об индульгенциях, что послужило началом реформации в Германии. Не многие знают, что Франциск Скорина перевел Библию на родной язык и напечатал ее на пять лет раньше перевода Библии на немецкий язык Мартина Лютера и на шесть лет раньше французского Лефевра д'Этапля.

Во время проповедей в католических костелах Библия тогда читалась на латинском языке, а в православных церквях — на старославянском. Оба языка были абсолютно непонятны простому народу. Это было сродни тому, что с вами сейчас кто-то вдруг заговорит на арамейском языке. Что вы поймете? Латынью еще более-менее владели духовенство, медики, историки и филологи. Не более был понятен жителям Великого княжества Литовского и старославянский язык Кирилла и Мефодия, являющийся фактически староболгарским языком, у которого со старобелорусским языком было очень мало общего. Еще хуже обстояли дела с книгами. Большинство из них были рукописные, и на создание одного экземпляра подобной книги требовались годы, а потому их стоимость была заоблачной. Обладать книгой в начале XVI века было то же самое, что в наше время владеть авиалайнером или дорогу-щей яхтой. Даже зажиточные горожане или купцы Библию толком не знали, не понимали и прочитать самостоятельно ее не могли.

И вот Франциск Скорина, сын обыкновенного купца из Полоцка, задумывает по тем временам невероятное — напечатать Библию, то есть сделать ее в десятки раз дешевле. И не просто напечатать, а перевести на понятный для народа язык, чтобы дать своим землякам пищу для ума и принести просвещение на белорусские земли. Причем сделать это не для избранных, а для всех. «Понеже не только докторове. А люди вченые в них розумеють, но всякий человек простый и посполитый, чтучи их или слухаючи, может поразумети, что есть надобно к душному спасению его», — писал Скорина в предисловии к своему изданию Библии.

С 1517 по 1519 год он издал в Праге тысячу экземпляров печатной «Библии Руской». Вручную такое количество книг переписывала бы тысяча людей на протяжении пяти лет. Кстати, название «руский», или «русин», в средние века подразумевало главным образом людей православного вероисповедания, проживавших в Восточной Европе. После возвышения Московского княжества, которое объявило себя центром Руси и собирателем «земель русских», в противовес ей жители Великого княжества Литовского стали подчеркивать существование Руси Литовской. Своих соседей они называли «московитами», «москалями», «москвой», а себя соответственно «литьвинами», «литвинами», «литвой». «Руськими людьми» по-прежнему именовались лишь жители современной восточной Беларуси и Смоленщины. И это не имело ничего общего с современным пониманием слова «русский».

Сегодня редко вспоминают и тот факт, что изданием Библии Скорины церковные иерархи были весьма недовольны. Почему? Да потому, что своим благородным поступком Скорина замахнулся на самое святое для всех смертных — на власть и богатство, которые имела тогда церковь. Если человек будет способен сам читать Библию, сам ее понимать и напрямую обращаться к Богу, зачем ему тогда идти в церковь, нести огромные подаяния и просить у священнослужителей заступничества перед Богом? А в Москве Библию Скорины вообще публично сжигали как еретическую.

Все книги белорусского первопечатника содержат в себе или предисловие, или послесловие. В них Скорина излагал свои философские взгляды, рассуждал и делился с народом своими идеями. Он акцентировал внимание читателей на судьбе главных героев библейских книг, пояснял смысл повествования и делал все возможное, чтобы сделать доступным для понимания витиеватый библейский текст. В комментариях Франциска Скорины закладывались основы белорусского стихосложения. Он имел отличное европейское образование и был лично знаком со многими выдающимися людьми своего времени. Скорина окончил Краковский университет (со степенью доктора вольных наук) и получил степень доктора медицины в Падуанском университете. Существует мнение, что известный итальянский художник Рафаэль Санти на фреске «Афинская школа», украшающей библиотеку Ватикана, изобразил рядом с собой великого ученого мужа, своего друга Франциска Скорину. Имя Скорины также выбито на мраморной доске Падуанского университета наряду с самыми знаменитыми его выпускниками — в так называемом «Зале сорока». Здесь можно отыскать имена Галилео Галилея, Николая Коперника, Яна Кохановского и многих других.

Уникальность первой белорусской Библии состоит еще в том, что издатель и комментатор Франциск Скорина поместил в ее книгах множество непревзойденных в художественном исполнении гравюр. Часть из них, по мнению исследователей, имеет еще и скрытый символический смысл. Некоторые даже говорят о том, что в знаменитом своем автопортрете Скорина зашифровал догадку о гелиоцентрической системе мира. И это за 26 лет до издания книги «О вращениях небесных сфер» Николая Коперника!

В самом первом своем издании — Псалтири — Скорина поместил на титульном листе гравированный инициал с цветком клевера в проеме буквы. Ни розу, ни льва, ни еще какой-либо популярный в Средневековье символ, а именно клевер — такой понятный и родной для всех жителей Великого княжества Литовского. В последующих выпусках Библии с этой доски было сделано еще не менее 38 оттисков.

Франциск Скорина.

Книги, изданные Ф. Скориной в Вильне.

Скорина не успел закончить издание Библии в Праге, потому что там началась эпидемия чумы, но к тому времени вышли уже 23 библейские книги Ветхого Завета. Скорина вернулся на родину и в 1520 году основал в Вильне первую типографию на территории Великого княжества Литовского. Тут вышли в свет «Малая подорожная книжка» и «Апостол», предназначенные прежде всего для домашнего чтения.

Сегодня сложно отделить Библию, изданную Франциском Скориной, от его личности. Мы не знаем, где похоронен великий книгопечатник, нам негде поклониться его праху. Но само издание Библии в переводе на старобелорусский язык, равно как и ряда других замечательных книг, является главным памятником Скорине, его жизни и труду. Ведь эти книги, помимо всего прочего, воплотили в себе талант и ум белорусов-литвинов, их стремление к просвещению, вписали историю ВКЛ в общеевропейский контекст.

Традиции Франциска Скорины были развиты поэтом-гуманистом Николаем Гусовским (около 1470–1533 гг.), прославившимся своим произведением «Песня о зубре», в котором он с патриотических и высоких морально-политических позиций воспел природу родной страны, призывал к укреплению государства, к единству европейских народов, осуждал войны и междоусобицы.

Крупным вкладом в культуру Беларуси и ВКЛ в целом явилась деятельность Сымона Будного (около 1530–1593 гг.) — автора книг «Катехизис», «Об оправдании грешного человека перед богом», «Про светскую власть», «Новый Завет», написанных и изданных им на старобелорусском языке. Взгляды Сымона Будного поддержал и развил Василий Тяпинский (год рождения неизвестен — умер около 1599 г.), который перевел, издал на белорусском языке Евангелие. В предисловии к нему Тяпинский обратился к белорусской знати с предложением о духовной и материальной поддержке белорусской культуры.

Важным явлением тогдашней белорусской и литовской культуры становится историко-хроникальная литература. К наиболее известным произведениям этого жанра можно отнести «Летописец великих князей Литовских», «Хронику Великого княжества Литовского и Жемойтского», «Хронику Быховца», а также «Хронику польскую, литовскую, жемойтскую и всей Руси» М. Старыйковского. Во второй половине XVI века на смену традиционному летописанию пришла историко-мемуарная литература. В этом жанре выделяются «Письма» оршанского старосты Ф. Кмиты-Чернобыльского, мемуары новогрудского судьи Ф. Евлашевского, «Баракулабская хроника».