Чтение онлайн

Первоначально право патронажа над конкретной церковью или монастырем принадлежало тому феодалу или городу, кто выстроил эту церковь (или монастырь). Чтобы обеспечить жизнедеятельность такой церкви или монастыря, патрон часто даровал им земельные угодья, но сохранял за собой право выбирать настоятеля (или аббата). Частные основатели православных монастырей и церквей, как правило, сами были тоже православными, да и короли с великими князьями первоначально часто основывали православные монастыри с целью поддержки колонизации определенных земель, например в Галиции и Южной Украине. Однако пользование земельными угодьями, которыми наделялись монастыри или церкви, было подчинено общим законам страны. Поэтому такое угодье, включая расположенный на его территории храм, запросто могло быть заложено, продано или обменяно на другое, причем новый его владелец вместе с землей приобретал и право патронажа над церковью. Так что неправославный человек нередко становился патроном православного монастыря или церкви.

Назначенные королем высшие должностные лица западнорусской православной церкви — митрополиты тоже были далеки от идеала. Так, из пяти митрополитов в период между 1534–1585 годами один был обязан королеве Боне, так как получил свою епархию благодаря ее вмешательству. Другой был почти неграмотным, еще один — двоеженцем. Во многих случаях митрополиты ссорились с епископами, причем обе стороны, жалуясь королю, давали ему дополнительные поводы вмешиваться в дела церкви. Из всех митрополитов, действующих в названные годы, лишь один был хорошим администратором, достаточно умело обеспечивая материальные потребности церкви. Но и только! Никто из названных митрополитов не стал духовным лидером верующих.

Загнивание западнорусской православной иерархии, правда, не означало, что сама эта церковь тоже умирала. Среди приходских священников, монахов и прихожан было много добросовестных христиан и честных людей. Количество членов православной общины постоянно росло, а процентное отношение приходов к количеству верующих, особенно в сельских районах, было даже выше, чем в Московской Руси того периода. Но так как в церковной иерархии ВКЛ царила полная неразбериха, то православие в Литовской Руси поддерживалось, как правило, мирянами, стремившимися защитить свою веру и просвещение. Активными поборниками православия были и многие вельможи. В частности, князья Острожские и Ходкевичи, а также объединения горожан, известные как братства.

Вполне вероятно, что усилия католиков подчинить западно-русскую церковь папе привели бы к навязыванию церковной унии гораздо раньше, чем это произошло на самом деле. Но случилось так, что в середине XVI века власть католической церкви над Польшей и ВКЛ на некоторое время ослабла под напором быстрого распространения протестантизма. Протестантские течения впервые проникли на эти земли из Чехии еще до начала Реформации Лютера в Германии, в основном через евангелическую общину «чешских братьев». Но следом пришли уже идеи немецкой Реформации. Этому здорово способствовало то, что многие польские и литовские дворяне посылали своих сыновей на обучение в немецкие школы и университеты, а сами студиозусы жадно внимали новым веяниям. Другой причиной стала секуляризация Тевтонского ордена в Пруссии (1525) и его «филиала» в Ливонии. Во всяком случае, когда прежний великий магистр Альбрехт отказался подчиняться папе и стал светским герцогом Пруссии, он одновременно превратился в вассала польского короля.

В результате после 1550 года вельможи ВКЛ массово увлеклись кальвинизмом. Во многом по примеру могущественного государственного деятеля княжества Николая Радзивилла Чёрного, который в 1553 году отрекся от католицизма и принял кальвинизм, после чего чрезвычайно активно участвовали в кальвинистском движении. Его примеру последовали многие другие магнаты и шляхтичи, что придало кальвинизму значительный вес в среде панов-рады. В 1564 году кальвинистом стал еще один известный Радзивилл — Николай Рудый (Рыжий), первоначально тоже католик. Примерно в то же время отрекся от православия и принял кальвинизм Ян Иеронимович Ходкевич, а из других князей русского происхождения в кальвинизм был обращен Семен Пронский (выходец из рязанской ветви Рюриковичей), изменивший свое имя на Фредерик. Основным проводником протестантизма в форме социнианства был еще один магнат ВКЛ белорусского происхождения — Ян Кишка.

Пользуясь патронажем вельмож, протестанты Великого княжества Литовского стали открывать много церквей и молельных домов, основывать школы, издавать книги. Примечательно, что первой книгой, выпущенной на литовском языке, был перевод «Катехизиса» Мартина Лютера (изданный в Кенигсберге в 1547 г.). Николай Чёрный содействовал переводу на русский язык кальвинистского катехизиса Сымона Будного, который был издан в 1562 году в Несвиже под названием «Катехизис для простых людей языка русского». Он же субсидировал издание польского перевода Библии, подготовленного социнианами (Брест, 1563 г.), а девять лет спустя польского перевода Библии, выполненного Сымоном Будным, тоже вышедшей в Несвиже. Протестанты открыли несколько средних и начальных школ, к примеру, в Новогрудке, Несвиже, Ковно и Витебске. Среди социнианских учебных заведений была средняя школа, открытая братьями Гойскими в Гоще (Волынь). Именно в этой школе в 1602–1603 годах изучал латынь Лжедмитрий I.

В 1500 году в ВКЛ насчитывалось 700 римско-католических приходов, тогда как в 1566 году, по утверждению иезуита Циховиуса, в лоне римско-католической церкви оставалась лишь одна тысячная доля прежних прихожан. Скорее всего, это риторическое преувеличение, хотя и подкрепленное фактами. Например, на всю Жемайтию в этом году осталось только шесть католических священников. Между тем после полного обращения римско-католических прихожан в протестантство те обычно превращали католические храмы в свои молельные дома, выкидывая прочь статуи святых и иконы, а иногда даже разрушая церковные здания.

Протестантство распространялось и среди православных. Считается, что только в Новогрудском повете было приспособлено под протестантские молельные дома или разрушено 650 православных церквей, а из 600 православных дворянских семей, проживающих в этом регионе, верность православию сохранили лишь 16. Территория массового распространения протестантизма в Великом княжестве Литовском включала в себя собственно Литву и Жемайтию, Новогрудско-Литовскую область, Волынь, а также города Брест, Заславль (у Минска), Полоцк и Витебск. Статистических данных о числе людей «русской веры», ставших протестантами в ВКЛ, нет. Несомненно, однако, что наибольший процент обращенных приходился на аристократию и шляхту, прежде всего молодое поколение Ходкевичей, Воловичей, Сапегов, Вишневецких и многих других магнатских родов. Причем в таких городах, как Полоцк и Витебск, протестанты составляли, по-видимому, меньшинство населения.

Об отношении к протестантизму крестьян можно только догадываться. К примеру, в Новогрудском повете, где сотни православных церквей перестали действовать, крестьяне, скорее всего, тоже были лишены общения с православными священниками. Выражали ли они свое негодование по этому поводу, неизвестно. Но если судить по позднейшему противостоянию крестьянского сословия Брестской унии, можно обоснованно утверждать, что в массе своей оно было гораздо менее расположено менять свою религиозную принадлежность, нежели дворянство. Во всяком случае, современное население Новогрудского района Беларуси и его ближайших окрестностей почти сплошь является православным. Нет свидетельств и о том, что православные приходские священники были сколько-нибудь глубоко затронуты протестантизмом — большинство из них остались верными православию.

Главной слабостью протестантского движения в Великом княжестве Литовском стало отсутствие единства среди его последователей. Каждое из основных протестантских направлений — лютеранство, кальвинизм и антитринитаринизм — достаточно быстро распадалось на большое количество малых общин или сект. В одной только Вильне в 1592 году действовали 72 различные протестантские общины. Поэтому укоренение протестантизма в Польше, Литве и Западной Руси можно в какой-то степени приписать лишь высокому интеллектуальному уровню и честности как его иностранных лидеров, так и выходцев из коренного населения.

Но на первых порах ни католики, ни православные в ВКЛ не могли противостоять протестантскому движению на достойном интеллектуальном уровне. Римская церковь, озабоченная распространением протестантства, настаивала на его искоренении. В 1557 году король Сигизмунд Август издал указ, запрещающий превращение католических церквей в протестантские молельные дома. Семью годами позже он обнародовал еще два указа — в первом объявлял об изгнании из страны всех иностранцев, проповедующих отказ от католицизма, а во втором убеждал своих подданных поддерживать католическую веру. Но тогда это помогло мало.