Чтение онлайн

– Горгулов естественно, и его компания. Все эти качки.

– "Все эти качки" - никакая не кампания, познакомились только в Шереметьеве. Или в самолете. Потому что все из разных мест. Четверо - из Нижнего Новгорода, спортсмены. Но, может, и рэкетиры, кто их разберет? Они с женами, с подругами - фамилии у всех разные. Поселились в Аренале, с Горгуловым, насколько мне известно, не общались. Еще один, если помнишь, совсем уж бандитская рожа, - с семейством: детишек двое и законная супруга. Она мне все успела изложить, пока я их в отель везла - пятизвездный заказали в Магалуфе. Состоятельные люди, приличные, в Нефтеюганске у них свой супермаркет. А тебе все на одно лицо - "качки"...

– Критику принимаю, - согласился Павел, - Так из Москвы, кроме убитого, есть кто еще?

– Те двое, что в "Марисоле" остановились, - рыжий, его фамилия Райков, и девушка в очках, Баринова Неля. Знаешь, о ком я говорю, - ты их в полицейском участке видел, правильно? Эти и правда с Горгуловым "неразлейвода", повсюду вместе, машину сообща напрокат брали, я с ними в горы ездила, в Вальдемозу, это где Шопен и Жорж Занд жили. за рулем всю дорогу Райков - по-моему, он вроде телохранителя у этого бугая, царство ему небесное.

– А девушка? Она чья девушка?

– Не знаю. Может, одна на двоих - то к одному жмется, то к другому.

– Бывает. А ещё кто из Москвы или из Подмосковья?

– Две дамочки, эдакие столичные штучки, за женихами прибыли. Фотомодельки из дешевеньких, кто подороже - во Флориду норовит. И ещё кто-то... Ах да, ты сам и твоя подружка. Между прочим, она сто очков этим потаскушкам даст, если её приодеть и подкрасить...

Марина подмигнула Павлу, допила свой кофе.

– Оставь, Павлуша, все как есть, через пару дней ты отсюда слиняешь, труп отправим, пусть местная полиция расследованием занимается. Сумеет красавчик выкрутиться - его удача, нам-то зачем встревать?

– Сама же меня впутала

– Знаю. Ну, запаниковала. Представляешь, моего туриста убили, куда кинуться? Я ещё тогда не знала, что убийцу сразу повязали, мне по телефону не сообщили.

– А кто тебе позвонил?

– Администратор из гостиницы "Марисоль"... Я сразу в консульство звонить, там не отвечают, тогда тебе. Не стоило, конечно, тебя тревожить...

– Но раз уж потревожила, давай хоть разберемся. Для повышения собственного интеллекта.

Марина задумалась, глядя куда-то за его плечо. Сказала неожиданно:

– Вот вроде и хорошая работа, но дело имеешь черт-те с чем.

По её словам получалось, что Горгулов и двое его спутников - рыжий Райков и Баринова оформили документы через одно и то же агентство в Москве, сразу выбрали дорогой отель, но номера разные: тот, что для "самого" на четвертом этаже стоил вдвое против сравнительно скромного, но на втором, забронированного для рыжего и девушки. Похоже, эта пара как бы в услужении. Именно Баринова общалась с Мариной, рыжий неразговорчив, а амбал вообще в стороне всегда стоит, смотрит в сторону. Жорж Занд ему до фени. Отвратный тип, Господи прости... Что-то в нем было такое мерзкое.

Павлу и самому припомнилось, как в самолете он шел вслед за Горгуловым по узкому проходу в направлении туалета и заметил, что сидящие по обе стороны, поднимут на него глаза и тут же отводят. Вроде бы обычная физиономия, даже добродушная - щеки пухлые, губы большие такие, оттопыренные. Но взгляд, что ли, его выдавал, исходила из глубоко упрятанных глазок злая энергия...

– Так его не в своем номере, выходит, прикончили, он-то жил на четвертом?
– сказал Павел.

– Я сказала, как зарегистрированы номера. А где он на самом деле обретался - кто ж его знает...

– Прислуга знать должна.

– Но никто ничего не сказал. С самого начала как-то так пошло: убит в собственном номере. Может, и правда там жил, а парочка наверху.

– Какой же ему резон - жить в более дешевом номере, если уплатил за дорогой? Может, вид из окна больше нравился...

– А ты, Павлик, настоящий провокатор: позвал сообщить что-то, а сам только выспрашиваешь, вынюхиваешь. Брось, я серьезно говорю.

Марина завелась не на шутку, но успокаивать её Павел не стал, наоборот, ещё больше разозлил:

– Тебе не кажется, что могла произойти путаница? Убили не Горгулова...

– Любите вы, милицейские, воду мутить. У меня его паспорт, эту будку ни с кем не спутаешь. Полюбуйся.

В сердцах она кинула через стол темно-красную книжицу с отмененным гербом и названием несуществующего государства "Союз Советских Социалистических Республик". Павел пролистал страницы - паспорт выдан всего месяц назад и виза лишь одна, а именно испанская. Лицо на фотографии круглое, простецкое. Русак, а может татарин. Вятские Поляны... Но уж никак не кавказец. Скорее всего, это Митрохин, киллер доморощенный из Томилина. Потрогал фото - если и переклеено, то мастерски, экспертиза нужна.

– Как паспорт у тебя оказался? Они же машину брали напрокат. На имя Райкова, что ли? Или на Баринову?

– На Горгулова - у него международные права. Машину, кстати, вернули накануне убийства. Я с ними и брала, и возвращала: они же безгласны, как все вы, черт возьми...

– Не все, дорогая, успокойся. Я, например, по-английски с грехом пополам, а по-немецки прилично. Тем более, Лиза...

Павлу хотелось спросить, в порядке ли фотография на водительских правах Горгулова и не заметила ли Марина какого-либо акцента у него или его спутника, и не знает ли она, в каком из двух номеров "Марисоля" спала Баринова Неля? Но Марина насторожилась, раздражена - не вышло бы хуже. Поэтому Павел сказал примирительно:

– Ладно, ладно, любопытство у меня, как понимаешь, профессиональное, и приключения мне ни к чему. Успокойся - и разбегаемся. За кофе я плачу.

По дороге Павел размышлял о том, что в беседе с Мариной каждый преследовал свою цель и цели эти противоположны. Он и правда пытался выведать что-нибудь полезное для раскрытия преступления, она же уговаривала его вообще отказаться от расследования. Он в отпуске, делом занялась здешняя полиция, и что ему до убитого и до того, кто его зарезал - здешний ли жиголо или приятель, такой же бандит? Дома, в Москве кровавые разборки самая обычная вещь, ну а здесь пока редкость, но тоже не бередят душу, уж больно фигуранты несимпатичны... Вот только зачем ввязалась в это дело красивая белокурая немка? Прямо перст Господень: не случись этого вполне ординарного преступления, уехал бы Павел домой и через пару вечеров сидел бы в старой своей квартире и среди прочих впечатлений непременно упомянул бы блондинку с дочерью, имевших обыкновение купаться на том же пляже, и, что любопытно, старшая до удивления похожа была на Гизелу...

– А звали её как?
– мог бы спросить отец. Или, скорее, Коньков, который непременно тут же бы присутствовал.

– А кто её знает? Мы так и не познакомились, - ответил бы Павел. А мог и так ответить:

– Маргарита, кажется.

И тем насторожил бы стариков. Но они виду бы не показали, конспираторы великие. И забылась бы эта мимолетная встреча, но, видно, Бог не судил ему, Павлу, разминуться в этой жизни с родной матерью. И теперь вот он спешит к ней. Но прежде надо все же отыскать и успокоить Лизу...