Чтение онлайн

А. М. Зайончковский справедливо отмечает поразительпое однообразие «оперативных ходов Гинденбурга». Августовская операция, по его мнению, была точной копией Лодзинской. Германцы повторили маневр двойного охвата. По-прежпему один удар следовал за другим, а сама операция началась раньше, чем были собраны все предназначенные для нее силы.

Особенно нецелесообразно были использованы четыре свежих германских корпуса, направленные на окружение одного русского корпуса. Их реальпымп трофеями были 1 —1,5 дивизии. «И невольно задумываешься, — пишет Зайончковский, — неужели более талантливый полководец пе пашел бы пм лучшего применения в той обстановке, в которой обрисовалась войпа в начале 1915 года» 50.

В то время, когда 10-я русская армия вела псравные бои с превосходящими силами 8-й и 10-й германских армий, на линии рек Нижнего Бобра и Нарева заканчивалось сосредоточение и развер-тывапие вновь сформированной 12-й и перебрасываемой с левого берега Вислы 1-й русских армий. Согласно оперативному плапу командования Северо-Западного фронта, опи составляли ударную группу для наступления в Восточную Пруссию, имея в своем составе восемь армейских корпусов. Против этих сил русских со стороны германцев действовала армейская группа Гальвпца (три армейских корпуса и одна кавалерийская дивизия) и части правого крыла 8-й армии (четыре пехотных и одна кавалерийская дивизии).

Гинденбург поставил группе Гальвпца задачу сдерживать возможное паступлепие 12-й русской армии и тем обеспечить фланг и тыл германских армий, действующих в районе Мазурскпх озер. Группа прикрывала наревское направление, которое имело для немцев исключительно важное значение. Удержание района Влоцлавск, Млава, Иогапнпсбург являлось предпосылкой успеха задуманной германским командованием операции по окружению и разгрому русских армий.

Русские готовились к наступлению слишком открыто. Немцы рано узнали об их предположениях. Сосредоточение войск 12-й армии пропсходпло мсдлепно. Армия должна была состоять из четырех корпусов (1-го Туркестанского, 4-го Сибирского, 27-го п вповь сформированного в Гомеле 15-го) и семи кавалерийских дивизий, объединенных в тип группы. К 7 (20) февраля налицо имелось два корпуса: 1-й Туркенекий — у Праспыша и 4-й Сибирский — у Плоцка. Задача 12-й армии была определена дирек-

30 Л. М. Зайончковский. Мировая война. Маневргнпмп пориол 19М 1915 гг. на русском (европейском) театре, стр. 25fi.

asu -

тпвои II. В. Рузского от 12 (25) января. В ее развитие

В. К. Плеве 20 января (2 февраля) отдал свою директиву о подготовке наступления в направлении на Нейденбург, Ор-тельсбург. Окончательно вопрос о проведении операции был решен на совещании в Ставке 4 (17) февраля.

Германское командование решило упредить русских. Группа Гальвица перешла в наступление, стремясь использовать успех немецких войск в Августовской операции. Опа пыталась создать угрозу Варшаве с востока. 11 (24) февраля два армейских корпуса этой группы захватили Прасныш, но 14 (27) февраля энергичным контрударом 1-го и 2-го Сибирских корпусов были отброшены, потеряв до 10 тыс. человек только пленными502.

17 февраля (2 марта) 1-я, 12-я и 10-я русские армии перешли в общее наступление. Противник оказывал упорное сопротивление. Бои приняли затяжной характер. Лишь после вторичного разгрома германских частей под Праснышсм начался отход к границам Восточной Пруссии. Немцы закрепились, перейдя к обороне на заранее подготовленных позициях. Попытки русских армий прорвать оборону противника успеха пе имели.

Оценив ход событий, Ставка прнигла к выводу, что продолжение Прасныгаской операции не имело смысла. Она все более настойчиво начала требовать от Рузского прекращения наступательных действий его войск. 1 (14) марта Япушкевич телеграфировал ему: «Его высочество полагает, что для Северо-Западного фронта в настоящее время является наиболее необходимой задача по закреплению и усовершенствованию ныне занимаемого положения, а также по самому энергичному укомплектованию п приведению армий в полный порядок после мипувших боев» 503. Иначе говоря, Северо-Западпому фронту предписывалось на правом берегу Вислы перейти к обороне подобно тому, как это уже было осуществлено на левом берегу. Праснышская операция, следовательно, приостанавливалась. Ее дальнейшее развитие, по мнению Ставки верховного главнокомандующего, не сулило какого-либо существенного результата русским войскам.

4 (17) марта Рузский дал директиву, поставив армиям задачи, вытекавшие из требовании верховного главнокомандующего об организации активной обороны Среднего Немана, Бобра и Нарева п удержании занимаемого плацдарма на левом берегу Вислы504. Праснышская операция закончилась. Вслед за тем Рузский, сославшись на нездоровье, попросил освободить ого от должности. Просьбу удовлетворили. 17 (30) марта в командование армиями Северо-Западного фронта вступил М. В. Алексеев. Вместо него начальником штаба Юго-Западного фропта был назначен В. А. Драгомпров.

Праснышской операцией завершились зимпие боевые действия на правом крыле стратегического фронта. Их общим итогом явился срыв замыслов германского командования по охвату русских армий с севера. Но не был выполнен и план русской Ставки по овладению Восточной Пруссией. Однако операции русских войск отвлекали впимание противника с французского фронта, обеспечивали союзникам условия для подготовки материальных и людских ресурсов.

2

Одновременно крупные события происходили в полосе Юго-Западного фронта. Армии его левого крыла к началу января 1915 г. запимали растянутое положение вдоль Карпатского хребта. Они вели оборонительные бои с австрийскпмн войсками, прикрывавшими пути на Венгерскую равпину. Сложные условия горного театра и суровая зима создавали обеим сторонам большие трудности. Военные руководители учитывали это обстоятельство в своих решениях. Задолго до принятия Ставкой общего плана кампании 1915 г. командование Юго-Западного фронта по своей инициативе приступило к разработке плана операции, направленной к скорейшему форсированию Карпат.

Австро-венгерское командование также готовилось к наступлению. Приступая к реализации оперативного плана па восточноевропейском театре, оно с начала января 1915 г. стало сосредоточивать войска в исходных районах. В Карпаты перебрасывались части с сербского фропта и из 2-й армии, располагавшейся на левом берегу Вислы. На помощь австрийцам пришла значительная поддержка германцев (в январе — около 50 тыс. и в апреле — около 90 тыс. человек). К 6 (19) января сосредоточение и развертывание противника было закончено. 9 (22) —11 (24) января германо-австрпйцы перешли в наступление по всему фронту от Буковины до Мезолаборча, панося два удара: один от Ужгорода на Самбор, другой — от Мункача на Стрый. Они намеревались, преодолев Карпаты, выйти на линию Перемышль, Стрый и затем продвигаться в направлении Львова. Это наступление, предусмот репное общим планом операций 1915 г., должно было развиваться во взаимной связи с действиями со стороны Восточной Пруссии.

7 (20) января 1915 г. Иванов отдал директиву войскам Юго-Западного фронтаБ4. В ней говорилось, что вследствие различных причин рассчитывать на скорый переход к решительным наступательным действиям всеми армиями на левом берегу Вислы не приходилось. Необходимо было использовать с возможной опер глей силы и средства правого берега Вислы, нанести австрийцам хотя бы частное поражение, поставить в угрожаемое положение 505

Венгрию, занять более выгодное, чем ныне, положение, не растягивая при этом общего стратегического фронта. Цель эта могла быть достигнута переходом в наступление 3-й, 8-й и части 11-й армии для овладения первоначально линией Дунайца до Нового Сандеца, далее Эперьеш, Кашау, Уйгель, Чоп, Хуст, Сигот, румынская граница. Линия эта имела почти одинаковое протяжение с линией, занимаемой тогда этими армиями, но она удаляла войска неприятеля от Перемышлн на 125 верст, открывала возможность развить действия русской кавалерии па Венгерской равпине. Самое наступление должно было произвести благоприятное военное и политическое впечатление. Одновременно упрощалось и обеспечивалось дальнейшее наступление 3-й армии на Краков, так как сообщения этой армии не находились бы под угрозой флангового удара. Директива содержала просьбу к командующим армиями высказать заключение, когда состояние вверенных им войск н путей «позволило бы приступить к выполнению этой операции».

11 (24) января Иванов телеграммой доложил Янушкевичу о принятом решении и просил об усилении его фронта четырьмя дивизиями, перебросив их с Северо-Западного фронта. Необходимость такой меры повелительно диктовалась, по его словам, изменением обстановки. Дела в Галиции принимали серьезный оборот. Противник, сосредоточив крупные силы, перешел в наступление в направлениях на Ужгород, Самбор, Мункач, Стрый и отчасти в Буковине. Он собирался произвести энергичную попытку освобождения Перемышля и захвата Львова. Иванов указывал, что усиление войск в Галиции за счет другого района являлось очень важным для достижения успеха, который имел бы существенное значение в улучшении общего положения на всем театре войны. Подкрепления рекомендовалось отправлять на участок Самбор, Стрый, Долина и одну бригаду — в Буковину. Это отвечало п оборонительным и наступательным действиям: оборонительным потому, что в Галиции находился наиболее опасный участок всего стратегического фронта, слабо обеспеченный войсками; наступательным потому, что нанесение удара на Сигот и Хуст в охват правого крыла австрийцев облегчает фронтальную атаку перевалов, обеспечивает проникновение русских войск в Венгрию вслед за пехотой также конницы. «Позволю себе высказать убеждение, — писал Иванов, — что значительное количество войск Северо-Западного фронта, пополненное укомплектованиями и усиленное частями, перевозимыми в Восточно-Прусский район, позволяет с верою и спокойствием смотреть на предстоящие бои н па возможность отправления в Галицию четырех просимых мною дивизии» 506 507.