Русский мир
Шрифт:
В России пока такого пассионарного взлета не ощущается. Нет даже слабых признаков того, что некий аналогичный подъем нас ожидает. Это можно объяснить, вероятно, и депопуляцией, которая гасит пассионарность в пустотах «малочисленных поколений», и уходом активного населения в криминальные практики, требующие значительно больших расходов энергии, чем практики легитимные, и непрекращающейся эмиграцией пассионариев в развитые страны Запада. Все это, наверное, правильно. Однако, это не означает, что так будет продолжаться до бесконечности. Никто не верил, что Франция после крушения экономики, после террора, после гражданской войны, создаст империю, раскинувшуюся по всей Европе от Испании до России. Никто не верил, что Германия, ввергнутая в пучину военной и экономической катастрофы, уже через двадцать лет преобразуется в Третий рейх и будет близка к победе чуть ли не над всем миром. Никто не верил, что крохотная Япония сокрушит Китай, выиграет войну у огромной России, а в дальнейшем поставит на грань поражения даже Соединенные Штаты. И никто, разумеется, даже представить себе не мог, что из безумного большевистского мятежа в октябре 1917 года вырастет громадный лагерь социализма, который расколет мир на две половины.
Считается, что у современной России нет будущего: слабая экономика не позволит ей играть хоть сколько-нибудь заметную роль в конструировании новой реальности. Однако если, вопреки всем прогнозам, начнется новый пассионарный подъем, если мессианский порыв возникнет на основе примитивного этнического формата и если обнаружится вождь, способный поработить сознание харизматическими иллюзиями, Россия еще раз потрясет мир каким-нибудь грандиозным экспериментом, и этот эксперимент может оказаться последним в ее истории.
Сейчас России необходима опережающая мировоззренческая стратегия. Ей необходим цивилизационный проект, который мог бы облечь возможную российскую пассионарность в позитивную форму. Необходима идея, которая конвергировала бы собой разрозненные усилия и затем транслировала бы их из настоящего в будущее.
Нации – это проклятие человечества. Все разрушительные конфликты истекшего века, все его войны, сливающиеся постепенно в одну глобальную катастрофу, весь жутковатый клубок нынешних неразрешимых противоречий представляет собой именно противостояние наций. Миф о Вавилонской башне потому так и живуч в сознании мира, что в нем выражена ностальгия по легенде общечеловеческого единства. Такое единство пытались создать мировые религии, провозглашая, что не будет отныне «ни еллина, ни иудея», но, как показала история, тоже приобрели необратимую этническую окраску.
На повестке дня – новые цивилизационные идентичности, порождаемые уже не нациями или конфессиями, а интегрирующими мировыми культурами. Идентичности, все более образующиеся за счет свободного выбора человека и все более приобретающие поэтому черты вселенскости.
Это, вероятно, основной вектор эпохи, и было бы разумно следовать его естественному развитию.
Утро империи
Россия всегда отвечала на вызов истории созданием нового государства.
На вызов Мира кочевников Древняя Русь ответила создание Московского царства – структуры, которая сумела преодолеть внутрирусскую разобщенность.
На вызов Новой Европы, на рубеже XVI – XVII веков, она ответила созданием Российской империи – этнокультурного объединения множества наций, народов и языков.
СССР стал ответом России на вызовы индустриальной эпохи, предложив новое объединяющее понятие – «советский народ».
Теперь на повестке дня – Русский мир. Идентичность, вероятно, способная преодолеть опасную национальную ограниченность. Эта новая идентичность вполне органично вписывается в эпоху «Больших проектов» и по праву может претендовать на статус современной «русской идеи».
Вызывают, разумеется, опасения некоторые «имперские» характеристики этого государственного образования. В частности, не будет ли мировоззренческая экспансия внезапно пробудившейся сверхкультуры подкреплена военной и территориальной экспансией метрополии и не приведет ли интернетовский «мгновенный контакт», распространяющийся практически без усилий, к «диктатуре сознания», которая далее будет закреплена уже государственно-политической диктатурой?
Основания для подобных опасений имеются.
Однако империи – если, конечно, такой термин к Русскому миру вообще применим – так же, как и другие уже известные формы организации государства, вовсе не являются абсолютно незыблемыми в потоке времени, напротив, они претерпевают постоянные исторические превращения. Варварские империи Античного мира и Средневековья безусловно далеки от великих колониальных империй начала XX века, а колониальные или «естественные» империи, кстати сильно различающиеся также и между собой, совершенно не совпадают с империями мессианского типа – нацистской Германией или Советским Союзом. У последних же весьма мало общего с демократической империей США или с возникающей на наших глазах тоже демократической империей Объединенной Европы.
Имперскость Русского мира – это имперскость Вселенной, объемлющей собой все, что создано, и гармонизирующей подробности бытия по единым вселенским законам.
Создав Русский мир, Россия, конечно, потеряет свою старую государственность, но она так и так потеряет ее под напором нового времени.
Зато следуя законам истории, Россия сможет обрести государственность принципиально иную, государственность, опирающуюся уже не на ограниченную территорию, а на необозримое пространство культуры.
Россия может обрести собственную Вселенную.
И другого пути в будущее у нее, видимо, нет.
Литература
1. Соловьев В. Русская идея. // В Сб. Владимир Соловьев. Смысл любви. М.: Современник, 1991.
2. Щедровицкий П. Русский мир и Транснациональное русское. // Русский журнал, март, 2000 г .
3. Щедровицкий П. Бунт капиталов. // Эксперт, № 23, 2000 г .
4. Горянин А. Акция GlobalRus: Всемирная Русь. // Сайт «GlobalRus».