Чтение онлайн

Лет 12 назад я пригласила на день рождения знакомую немку, которая изучала в Москве русский язык. Она радостно спросила: «У тебя будет вечеринка?» Я растерялась. С одной стороны, я совершенно точно знала, что у меня будет не вечеринка. Придут гости, будем выпивать и закусывать, песни петь и веселиться. С другой стороны, чем же это не вечеринка? С третьей стороны, я не считала, что это слово устаревшее, я вообще-то могла его употребить.

Тем не менее, я совершенно отчетливо ощущала, что мой день рождения назвать вечеринкоймог только иностранец. Нет, еще, возможно, очень пожилой человек.

История слова вечеринкав литературном русском языке весьма показательна. Оно есть еще в «Словаре Академии Российской» конца XVIII века, с толкованием «вечерняя беседа, дружеское вечернее собрание». У Пушкина читаем: «По воскресениям танцевали у предводителя. Все мы, т. е двадцатилетние обер-офицеры, были влюблены, многие из моих товарищей нашли себе подругу на этих вечеринках». Ясно, что вечеринказдесь — это что-то не такое помпезное, как бал.А вот Гоголь, «Мертвые души»: «Уже более недели приезжий господин жил в городе, разъезжая по вечеринкам и обедам и таким образом проводя, как говорится, очень приятно время». Пожалуй, более активно это слово стало фигурировать в литературе со второй половины позапрошлого века, приобретая все более явственные разночинско-демократически-богемные коннотации.

В этом смысле картина Маковского «Вечеринка» очень характерна. Она изображает народовольческий уклад жизни: не просто молодежь собралась потанцевать, а одновременно и революцию готовят. В рассказе Чехова «Попрыгунья» жанр мероприятий, которые с таким азартом устраивала героиня, стремясь залучить на каждое какую-нибудь знаменитость, обозначается именно как вечеринка.А вот пример из Горького: «У Лютова будет вечеринка с музыкой, танцами, с участием литераторов, возможно, что приедет сама Ермолова» («Жизнь Клима Самгина»).

Интеллигенция и революция, богема, алкоголь — музыка во льду, в общем. Конечно, одновременно слово вечеринкаобозначало и другой, более народный жанр. Эта вторая традиция вечеринкикак мероприятия неофициального и неэлитарного преобладала в советское время.

Вот яркое описание: «Патефон, чаще всего трофейный, с ручкой, подобной рукояти, которой заводились автомобили того времени, собирал вокруг себя офицеров и их жен так же верно, как позднее проигрыватель, а еще позднее магнитофон. Танцы под пластинки, разбавленные алкоголем, назывались запросто — „вечеринка“» (Э. Лимонов. «У нас была Великая Эпоха»). Здесь особенно показательно это запросто.Некоторый вульгарный привкус по мере приближения к концу XX века становился у слова вечеринкавсе ощутимее: «Вечеринка — это сборище одной компании у кого-то на дому с выпивкой, игрой в бутылочку, иногда чем-нибудь еще более пошлым. В зависимости от содержания алкоголя в крови. Чтоб родители на вопрос других родителей: „Чем они там у вас занимаются?“ честно отвечали: „Танцуют“» (А. Карахан. «Манифест нового поколения москвичей» // «Столица», 1997.07.01).

Я прошу прощения за сугубый схематизм изложения и возвращаюсь к своему личному опыту старших классов и студенческих лет. Как же мы говорили? Вечеринкаточно не говорили. Если организованное школьное мероприятие, то было слово вечер,если школьное, но менее официальное, — огонек.Ну а если домашнее? Помню, был фильм из школьной жизни «Розыгрыш», там в нужном значении использовалось слово сабантуй.А так я существительного что-то вообще не припомню, говорили просто — собираемся.Ах да, было замечательное слово сейшн.

Впрочем, существовал и еще один режим употребления слово вечеринка— в переводных текстах или просто при описании иностранной жизни. Дело в том, что надо было как-то переводить слова partyи soir'ee,а хорошего русского перевода не было. Вот как-то не было в русском языке такого слова. Праздник— слишком торжественно и связывается с поводом. Ну, допустим, birthday party можно назвать просто день рождения,хотя встречались и неуклюжие переводы типа праздник дня рождения.Но если это не день рождения, а просто? Танцы, попойка, посиделки— все эти слова чересчур конкретизируют характер времяпрепровождения.

В торопливые 90-е сразу схватили бы иностранное слово и стали бы говорить пати, парти(вряд ли партия)или там суаре.Но в советское время так было не принято. Какое еще суаре,когда есть буквальный перевод — хорошее русское слово вечеринка?Его и стали использовать.

Вот, скажем, из перевода «Крёстного отца» М. Пьюзо: «Четверо людей — крупье, банкомет, их помощник и официантка в типичном для ночного клуба платье — готовили все необходимое для частной вечеринки».

И вот началась новая эпоха, и слово вечеринкаобрело второе дыхание. Конечно, если бы не было этой традиции употреблений типа частная вечеринка,вряд ли у него были бы шансы. Но ему повезло, и настал его звездный час. Архаичная или простонародная окраска стерлась, и теперь стали уже совершенно привычными сочетания корпоративная вечеринка, светская, клубнаяили гламурная вечеринка.Яндекс дает почти 24 тысячи вечериноктолько в «Новостях», а уж «Везде» — почти 8 миллионов. А от вечеринкиобратным словообразованием было произведено и слово вечерина(тоже несколько сотен тысяч) — как синоним уже только для вечеринкив этом новом смысле, а не для картины Маковского.

Такая вот оптимистическая история. Совсем было слово выдохлось, и вдруг раз — и оказывается, что жизнь его только начинается.

Они подают нам знаки. Когда Путин сказал свое знаменитое «в сортире замочим», это был, конечно, знак. И тут важнее не смысл выражения, а его стилистическая окраска. Если бы он сказал: будем, мол, вести решительную борьбу с терроризмом, это было бы не то. Ну, фирменный путинский стиль и характерный юморок всем давно и хорошо известны: и насчет замучаетесь пыль глотать,и шуточка про обрезание. Почему-то особенно полюбилась ему тема соплей: и а мы все сопли жуем,и это все выковыряли из носа и размазали по своим бумажкам(это был отпор журналисту, задавшему вопрос о его личном состоянии) , утирать кровавые сопли.Да что там «почему-то» — на самом деле понятно: сопли обеспечивают практически ту же степень грубости, как шутки на сексуальную или анально-фекальную тему, но без риска совсем уж окончательной непристойности.

И когда Медведев произносит: придурки, уродцы, подставили, крышу сносит, — это тоже знак. Я, мол, тоже Собакевич. Конечно, обычно трудно оценить, насколько сознательно это делается. Я помню, как Чубайс в пору своего медового месяца с Ельциным, еще, конечно, до того, как оказался во всем виноватым, что-то такое говоря, вдруг закончил фразу таким знакомым и таким не подходящим ему понимаешь…Не думаю, что он пытался подражать Ельцину — просто в ходе интенсивного общения словцо прицепилось.

В 2007 году, в День памяти жертв политических репрессий, тогдашний президент России Владимир Путин приехал в Бутово, где похоронены больше 20 тысяч расстрелянных в 1937–1938 годах. Что было с его стороны, безусловно, очень мило. Путин сказал, что в годы репрессий уничтожались «наиболее эффективные люди, цвет нации». А надо заметить, что одно из важнейших концептуальных изменений в языке последних лет состоит в том, что русские прилагательные успешныйи эффективныйстали употребляться не только по отношению к деятельности (успешные переговоры, эффективное лечение),но и по отношению к людям.