Чтение онлайн

Военное руководство Турции также считало главным Балканский театр. На него была направлена лучшая и большая часть армии. Однако основные силы находились под ударами балканских народов, боровшихся за свою свободу и независимость. Не рассчитывая на количественное, а тем более на качественное превосходство над русскими, турецкое командование предполагало ограничиться обороной. Намечалось в полной мере использовать такие выгодные рубежи, как Дунай и Балканский хребет. В предписании султана военному министру от 8 (20) апреля 1877 г. говорилось: «Так как нельзя удержать всю оборонительную линию Дуная от Мачина до Видина, то с наступлением войны надлежит завлекать неприятеля в глубь страны и там дать ему сражение» [100] . Относительно дальнейших действий турки рассуждали следующим образом: «Если неприятель будет побежден, то мы заставим его перейти обратно через Дунай и будем преследовать его до Прута, в противном случае, отойдя к Балканам и удерживая Варну, Бургас и разные важные пункты в районе Балкан, нам следует стараться не дозволять противнику распространяться» [101] .

С целью подготовки сильных контрударов турецкое командование создало крупные группировки в четырехугольнике крепостей (Силистрия, Рущук, Шумла, Варна), а также в районе крепостей Видин, Ниш, София. Нанесение контрударов намечалось после того, как русские войска будут обескровлены и измотаны на втором оборонительном рубеже — Балканском горном хребте. В этот момент удары по флангам и тылу русской армии должны были привести, по расчету вражеского командования, к окружению ее и разгрому. Группировка сил турецкой армии в Северной Болгарии, как указывал немецкий военный теоретик фон дер Гольц, «имела все внешние признаки концентрической операции, направленной с нескольких сторон на противника, стиснутого в охваченном пространстве» [102] . В стратегическом плане турецкого командования обращает на себя внимание стремление всесторонне использовать географические условия и инженерную подготовку театра военных действий. Войскам ставились решительные цели, предусматривалось применение сложных форм маневра. Но составители плана не учли, что для его выполнения нужны лучше подготовленные командование и штабы, чем были в армии.

На Кавказском театре турецкое командование первое время намеревалось развернуть активные наступательные действия, возлагая надежды на поддержку местной феодальной верхушки и возможность поднять восстание той части населения Кавказа, которая находилась под сильным влиянием мусульманского духовенства. Турки рассчитывали, что вторжением в пределы России им удастся отвлечь часть сил русской армии с Балканского театра. Но вскоре выяснилось, что для ведения наступления на Кавказском театре войск не было; Мухтар-паша, вступивший в командование Анатолийской армией, решил ограничиться обороной. «В плане говорилось, — писал он, — что повсюду турецкие военные силы должны держаться оборонительной войны» [103] .

На Черном море противник, обладавший превосходством, предусматривал активные действия и поставил флоту задачи: блокада русских портов, поддержка действий армии на Дунае, прикрытие флангов сухопутных сил на Балканском и Кавказском театрах, обеспечение высадки десантов, перевозка военных грузов. Ставя такие сложные и разнообразные задачи, турецкое командование переоценило свои возможности, не приняло во внимание сильных сторон русского Черноморского флота и тем самым допустило просчет.

Таковы были планы сторон. Их выполнение привело к столкновению вооруженных сил России и Турции. На Балканском и Кавказском театрах развернулись военные действия крупного масштаба.

«Всякая война, — указывал Владимир Ильич Ленин, — нераздельно связана с тем политическим строем, из которого она вытекает» [104] . Война России с Турцией была вызвана столкновением интересов этих двух государств в районе Балканского полуострова. Правительство России, решив начать военные действия против султанской Турции, ставило главной целью освобождение из-под ее власти Балканских стран, что, разумеется, было обусловлено стремлением к укреплению своего влияния на Балканском полуострове. Правящие круги Османской империи видели в войне действенное средство приостановить прогрессивное движение балканских народов, укрепить прогнивший феодальный строй. Не менее реакционной была политика западных держав, пытавшихся использовать столкновение России и Турции для осуществления своих захватнических устремлений на Балканах и Ближнем Востоке.

Марксизм-ленинизм требует при оценке характера той или иной войны учитывать не только цели, которые ставили господствующие классы, но и конкретно-историческую обстановку, в которой данная война происходила, и те объективные последствия, к которым она привела. Необходимо помнить положение Ленина: «Войны вещь архипестрая, разнообразная, сложная. С общим шаблоном подходить нельзя» [105] . Русско-турецкая война 1877–1878 гг. отвечала вековым чаяниям народов стран Балканского полуострова, их стремлениям идти по пути национальной независимости. Она являлась справедливой и прогрессивной, так как содействовала освобождению народов Балкан от турецкого ига. По словам выдающегося болгарского государственного деятеля Васила Коларова, «восточная политика царской России объективно шла по линии прогрессивного развития Ближнего Востока, в то время как восточная политика европейских держав, пропитанная консервативным духом и направленная на сохранение прогнившей Османской империи, была враждебной к пробуждающимся жизнеспособным и прогрессивным балканским нациям» [106] .

Накануне войны Россия последовательно провела две частичные мобилизации. Первая, объявленная 1 (13) ноября 1876 г., позволила отмобилизовать 20 пехотных и 1 гренадерскую дивизии, 4 стрелковые бригады, 7 кавалерийских дивизий, Донскую казачью дивизию и 2 саперные бригады. Во время второй мобилизации, объявленной 3 (15) апреля 1877 г., было поставлено под ружье еще 7 пехотных, 2 кавалерийские дивизии и саперная бригада. По двум мобилизациям было призвано 372 тыс. солдат и унтер-офицеров. В армию влилось около 6 тыс. офицеров, а за всю войну — 11 500.

Мобилизации прошли организованно и в сравнительно короткие сроки — от 9 до 26 дней. Военно-окружная реформа, создание губернских и уездных военных управлений обеспечили заблаговременную разработку более совершенных методов мобилизационной подготовки армии и страны. Успешному ходу мобилизации способствовало также то, что справедливая борьба балканских народов против султанской Турции вызвала массовый подъем русского народа. В апреле 1877 г. министр внутренних дел A. Е. Тимашев докладывал царю: «По общему отзыву губернаторов, запасные люди собирались везде быстро и охотно; немедленно по получении сведений о призыве нижние чины спешили явиться в свои призывные пункты, пренебрегая всеми опасностями распутицы: были случаи, когда некоторые из них проходили до призывного пункта около 100 верст пешком в двое суток. Уклонившихся от явки по призыву не было» [107] . По донесению воронежского жандармского управления, «при наборе молодых солдат многие забракованные заявили желание служить добровольно, а зачисленные на службу просили об отправлении их в действующую армию» [108] .

Дунайская армия, предназначенная для действий на Балканском театре, была создана в составе четырех корпусов — 8, 9, 11, 12-го. 26 апреля (8 мая) 1877 г. в нее включили еще три корпуса — 4, 13 и 14-й. Главнокомандующим был назначен брат Александра II великий князь Николай Николаевич. Он подчинялся только царю. Начальником штаба стал генерал-адъютант А. А. Непокойчицкий, начальником артиллерии — генерал Н. Ф. Масальский, начальником инженеров — генерал А. Ф. Депп. Главнокомандующий и верхушка штаба были слабо подготовлены, что явилось немаловажной причиной многих неудач армии во время войны.

Сосредоточение войск осуществлялось с началом мобилизации. Главный штаб разработал «расписание движения войск действующей армии для сосредоточения в Бессарабии» [109] . Сосредоточение Дунайской армии планировалось закончить к 1 (13) января 1877 г., фактически же оно было завершено к 7 (19) января. По несовершенным русским железным дорогам было перевезено 254 тыс. человек, много лошадей и материальной части. Выполнение воинских перевозок почти в намеченный планом срок явилось по тому времени крупным достижением.

Во время сосредоточения Дунайской армии проводились мероприятия по упорядочению тыла и обучению войск. Организация обороны Черноморского побережья была подразделена на береговую и морскую. Первую осуществляли войска 7-го и 10-го армейских корпусов и береговые батареи, вторую — минные заграждения и суда Черноморского флота. Общее руководство обороной было возложено на командующего войсками Одесского военного округа генерал-адъютанта В. С. Семеку. Морской обороной руководил главный командир Черноморского флота и портов вице-адмирал Н. А. Аркас.