Чтение онлайн

Солнце садилось. Слуги как трудолюбивые муравьи таскали в зал оружие и доспехи. Сталь издавала характерный жестяной стук.

Разведка сработала не слишком поздно. Есть время подумать над планом, оседлать коней и надеть доспехи.

Мужчины вышли на крыльцо, чтобы осмотреться на местности и составить план.

— Ты бы сыграл от обороны? — сказал Деленгар, глядя на Адемара.

— Не здесь, — недовольно ответил Адемар, — На первом этаже слишком много окон, в которые может пролезть человек. Очень смелая постройка. Полагаю, из эпохи продолжительного мира. Во дворе мы сможем пресекать попытки штурма надежнее, чем если начнем бегать внутри дома.

— Верно, — сказал Мальявиль Фийамон, — Я думал о том, чтобы заделать окна хотя бы на первом этаже, однако нас бы неправильно поняли. Как будто мы не верим в городские стены Мильвесса против внешних врагов и в императорскую гвардию против внутренних.

— Да, это резонно, — согласился Адемар.

— Поэтому надевайте доспехи и выводите коней.

— Кого ждем? — спросил Деленгар, — Наши, местные, южане?

— Местные, соседи по Старому Городу, — вздохнула у него за спиной только что вышедшая Кааппе, — И южане. У первых будут два-три полных рыцарских копья. То есть, десяток-другой всадников. Может быть, и побольше. И пехота. Поставят под копье всех слуг. У вторых, я уверена, будут «господа стрел» и в целом упор на арбалеты.

Адемар припомнил, что господами стрел называли гильдию особенных арбалетчиков, которым приписывали чуть ли не колдовские свойства. На северо-востоке подобные стрелки не встречались, так что граф представлял их возможности крайне смутно.

— Вероятные противники так много вам задолжали? — спросил Ламар Тессент.

— Изрядно, — скривился герцог. — Такова природа выдачи денег в рост. Нет, увы, заимодавца, которому все платят вовремя. И нет должника, что не мечтал бы избавиться от кредитора любым способом.

— И они, правда, считают, что вы спишете долги, если они убьют кого-то из нас и пограбят дворец? Хотят найти и сжечь счетные книги?

— Они захотят взять заложников, — брюзгливо сказал глава семьи, будто речь шла о скверной погоде, — Мы же не побежим. Мы в любом случае останемся во дворце. У меня здесь неплохая гвардия, больше, чем у любого из них по отдельности. Деленгар любезно привез лучников с островов Ойро под видом разнорабочих. Устроим им всем достойную встречу.

Пока не пробили колокола, рыцари успели надеть доспехи, а оруженосцы оседлали коней. Адемар даже подумал, не перекусить ли по-быстрому окороком и свежей булкой с маслом, но раздумал.

Деленгар Фийамон и Ламар Тессент сверкали полированными боками. Оба выбрали тяжелые рыцарские шлемы и сразу же закрепили забрала в поднятом положении. Днем через прорези все нормально видно, а в сумерках уже нет.

В отличие от спутников, доспех Адемара не блистал полировкой. Но и ржавчиной не блистал. Железо было черным, с неотчищенным кузнечным нагаром. Кираса составная. Верхняя часть держится на плечах, нижняя опирается на талию. По бокам к кирасе прикреплены на петлях дополнительные пластины. Рыцарь стал немного крупнее с тех пор, как заказал эти доспехи. Такая же черная защита рук и ног. Черный шлем с загнутыми вниз полями, как у пехоты или легкой кавалерии.

Корбо старательно вертелся вокруг и умело застегивал пряжки. Способный малый. Хотя какой он малый. Забавно. Социальный возраст определяется не столько прожитыми годами, сколько положением в обществе. Благородные становятся как бы старше худородных, а крестьяне и вовсе до старости щенки.

— Фу, дешевка, — сморщила прямой носик желтоглазая Кааппе.

— По-моему, красиво и стильно, — сказал Ламар, — Самая последняя мода. Началась с того, что граф Шотан Ашхтвицер заказал себе и своим людям черные доспехи. Кузнечный нагар якобы укрепляет сталь, что спорно, и не ржавеет, что чуть менее спорно.

— Шотан Ашхтвицер никто и звать его никак, — фыркнула Кааппе, — У него даже земли нет.

— У него есть дюжина поколений славных предков до Старой Империи включительно, — строго вымолвил Деленгар.

— Половина наших должников на это претендуют, — ответила девушка, — Позорно иметь длинную родословную и короткий кошелек. Люди, которые поднимаются из грязи, но преумножают капитал, заслуживают большего уважения. Как Весмоны. Да, Адемар?

— Весмоны уже больше ста лет входят в Пять Семей, — ответил Адемар, — И никогда не были грязью.

— С точки зрения равных или нижестоящих безусловно. Но мы, Фийамоны, всегда смотрели на вас свысока.

— Я не обижусь, потому что ваш приоритет это бесспорный факт. Но с твоей стороны невежливо лишний раз об этом напоминать.

— Ты на мне все равно не женишься. Даже не ухаживаешь.

— Давай выдадим тебя за императора. Холостых принцев у нас нет, да вы и все равно еще пару поколений не сможете снова скрестить свое родовое дерево с Чайитэ.

— Император Хайберт женат, и у него нет сыновей подходящего возраста. У него вообще нет детей. Подозреваю, что он бесплоден, а то бы давно поменял жену.

— На тебя, например? — предположил Адемар.

— Почему бы и нет? — неожиданно согласилась девушка. — У него до сих пор нет официального преемника, приближенного ко двору больше прочих наследников. Зачем вообще тянуть на себе империю, если не думать о будущем? Наследование — основа основ.

— А как же Септем Байи? — спросил Ламар.

— Наш брак мог бы примирить Клуб Кредиторов Мильвесса с папенькой. Или наоборот, я бы оказалась в заложницах, и меня бы заставили страдать, чтобы выбить из папеньки какие-нибудь условия.

Деленгар, Ламар и даже старый герцог рассмеялись.

Корбо недоуменно посмотрел на Адемара.

— Кааппе сама кого хочешь заставит страдать, — шепнул Адемар.

— Я слышала! –сказала Кааппе, — И очень недовольна. Я девочка, а ты задеваешь мои чувства! Думаешь, я не огорчусь, если муж не будет меня любить?

— Думаю, ты ему за это голову откусишь. Или сердце вырвешь, — ответил Адемар.

Мужчины снова рассмеялись.

— Вот сейчас не смешно было, — сердито сказала Кааппе, — Неважно, вырву ли я сердце негодному мужу, и неважно, будет ли он страдать. Важно, что страдать буду я, если его любовь окажется недостаточной.

— Ах, моя прекрасная дама! — Адемар театрально закатил глаза к потолку и прижал руки к груди, — Простишь ли ты меня, если я сегодня умру, защищая тебя?

— Если защитишь, прощу, — смилостивилась прекрасная дама. — Можешь даже не умирать. Как говорит папенька, покойники никогда не платят.

— Разве у меня перед тобой есть долги?

— Конечно. Ты мой рыцарь, я твоя дама. На меня нападут враги, а ты должен меня спасать.

— Сестричка, — обратился к ней Ламар, — Ты не думаешь попробовать вести такой образ жизни, чтобы на тебя не нападали враги и чтобы не отягощать славных рыцарей своими бедами?