Чтение онлайн

Я, помнится, пару лет назад иронизировал, что скоро поездки ко Двору станут настолько привычными, что будут удостаиваться пары строк в дневнике, вида «Опять ездил к Государю. Всё как обычно». Так вот, шутка перестаёт быть смешной, во всяком случае, сама поездка уже переходит в этот самый разряд: сели, поехали, приехали. Без приключений — а какие они могут быть в первом-то классе, кроме самого путешествия, что давно уже превратилось в задержку между событиями? Вот то-то и оно…

Так же привычно доехали до дворца, отметились у дежурного от Канцелярии и отправились заселяться в свои комнаты. Вот, тоже: кто бы сказал мне, выпускнику нашей провинциальной гимназии, что у меня будут свои апартаменты и в Зимнем, и в Летнем Императорских дворцах? На смех бы подняли, и я хохотал бы громче всех: где я — и где дворцы, ничего же общего! А вот поди ж ты. Что же ещё жизнь подкинет, в ближайших лет хотя бы пять? Даже гадать не буду, как оказалось, слишком бедная у меня для этого фантазия.

Приехал я за два дня до бала, однако за это время один раз встретился с Семёном Аркадьевичем, которому передал отчёт о ходе дел в формировании батареи. Перед началом бала он же передал мне, что Государь удовлетворён отчётом и я могу праздновать, ни на что не отвлекаясь. Ну, и отлично!

Время до начала конкурсной, так сказать, программы всё ушло на встречи со знакомыми, беседы с ними и переходи от одной компании к другой. Ну, и на отслеживание разного рода знаков и намёков, как же без этого. То есть — смесь напряжённой работы и непринуждённых бесед ни о чём. Задействовать два потока внимания и не допустить того, чтобы они смешались хоть в чём-то. Благо, Ульяна как-то лихо поймала волну и помогала отрабатывать большую часть светских бесед. Может, в этом помогло то, что одной из первых подошла заноза Семгинасо своим заходом насчёт рыб, а моя супруга очень ловко включилась с точки зрения семейного дела родителей, как потомственный рыбовод, с преимуществами «культурной», домашней сёмги по сравнению с дикой, переведя разговор из области рискованных шуточек и намёков в кулинарную плоскость. Мне кажется, наследницы старых родов сами не заметили, как начали обсуждать рецепты приготовления лососёвых рыб и делиться мелкими секретами. Во всяком случае, когда спохватились, что разговор пошёл куда-то не туда, выглядели искренен удивлёнными, а на мою жену стали смотреть с несколько даже опасливым уважением. Ну, и я, улучив момент, шепнул на ушко жене пару комплиментов на тему «ты их сделала» и «знай наших». Ну, а дальше она уже действовала поймав кураж и убедившись в своих силах.

На вопрос о том, будем ли участвовать в конкурсе отвечали уклончиво, поскольку и сами не знали, прошла наша песня отбор или нет. Оказалось, что — нет. И Ульяна на это парадоксальным образом обиделась. Почему парадоксальным? Так лейтмотивом её переживаний было: «только бы не отобрали, не хочу позориться, песня совсем не бальная». И вот, когда страхи не сбылись — обида. Где, я вас спрашиваю, логика? Ау-у! Тихо в лесу…

Нет, всё же Императорский бал — это Императорский бал. Да, а кошка — это кошка. Да, только сейчас заметил. А всё просто: бал, когда ты воспринимаешь его лишь как прикрытие для настоящей причины приезда и постоянно ждёшь вызова в кабинет, а голова занята работой, и тот же бал, когда отчёт сдал и ничем подобным не загружен — это два совсем разных бала, оказывается. И даже практикум по «чтению между ненаписанных строк», как поэтично обозвал дед считывание невербальных сигналов и знаков, не слишком портит впечатление. Говорят, некоторые от этого даже отдельное удовольствие получают. Только непонятная обида Ульяны не понятно на что в конце вечера немного подпортила впечатление, но именно что немного — дело было под утро, в кои-то веки отбыли всю программу, и сил на нормальную обиду у жены уже не было.

Хоть вызова в кабинет к Государю и не случилось, но с членами Императорской семьи встретиться всё же довелось. Выглядело всё как случайная встреча в дворцовой оранжерее, куда мы с Ульяной вышли после позднего завтрака, но в случайность не очень верилось. Хотя бы потому, что прогулку именно там ненавязчиво, но настойчиво рекомендовал старший над слугами, подававшими завтрак. И вот после этого случайно встречаемся в этой самой оранжерее с самой младшей из Великих княгинь со свитой, при этом так же случайно в этот момент в здании не оказывается больше никого. Даже почувствовал себя той самой «кошкой», о тренировке на которых постоянно твердит дед, и на которой в данный момент тренируют Анну Петровну. Эдакое безопасное учебное пособие. С другой стороны — почему бы и нет? Опять же, своего рода знак доверия. Главное, чтобы в процессе обучения она меня загрызть не попыталась. Вот, отработала урок «как организовать неформальную встречу».

— Здравствуйте, Юрий Викентьевич! Ульяна Харитоновна!

— Здравствуйте, Ваше Высочество.

— Можно без титула. Вам тоже нравится здесь гулять? Я вот часто бываю тут перед обедом, во всяком случае — по выходным, когда занятий поменьше.

Урок, видимо, продолжается. Что ж, подыграю.

— Да, мне давно советовали посетить здешний розарий, но, к сожалению, я последовал этому совету только сейчас. Однако, вижу, что здесь стоит бывать почаще: и полюбоваться красотой, и аппетит нагулять.

Анна Петровна мельком взглянула на одну из сопровождающих дам, которая едва заметно кивнула в ответ. Похоже, зачёт сдан. А вот Ульяна, кажется, приняла всё случившееся за настоящую случайность, и даже немного растерялась. Надо её вовлекать в разговор.

— Анна Петровна, может, вы знаете — наша новая песня, которую присылали для конкурса, она совсем не понравилась организаторам?

— Мне — очень понравилась! Она такая необычная, вот вообще ничего похожего никогда не слышала! Но вз… старшие решили, что она слишком необычная, и не вписывается в музыкальный ряд, так что её не получается никуда поставить, чтобы не было диссонанса с соседними композициями. И вообще, вся какая-то «неправильная». А я несколько раз слушала! Только Елизавета Андреевна сказала, что «для воспитанной девушки, тем более — молодой титулованной особы, неприлично вести себя так, как героиня песни».

Цитату младшая дочь Императора произнесла не своим голосом, явно кому-то подражая.

— Елизавета Андреевна — это мамина статс-дама, и моя наставница по этикету.

— Но, простите, что же там неприличного, Анна Петровна?!

— Наставница говорит, что «не пристало так демонстративно показывать своё отношение к кому бы то ни было и тем более — с целью навязываться к кому-либо». Мол, надлежит действовать тоньше и изящнее, чтобы никто не мог обидеться на недостаточное уделённое ему внимание.

Мы с Ульяной оба облегчённо выдохнули: речь, оказывается, о дворцовом этикете, а не о правилах приличия в целом. Тем временем Анна Петровна продолжила:

— А Машина фрейлина сказала, что «главное — не пропустить поклёвку». Только непонятно, при чём тут рыбалка?!

Маша в данном случае, надо полагать, третья по старшинству «снизу-вверх» дочка нашего Императора, Великая княгиня Мария Петровна.

— Видимо, она имела в виду, что нужно не забыть, зачем всё было придумано, увлёкшись своей игрой в безразличие, — Ульяна отвечала немного замедленно, словно подбирала каждое слово.

«Словно — слово», опять какой-то дешёвый каламбур получился. Да и не «словно», а на самом деле подбирала, и я её прекрасно понимаю, правильно делала. Я при первой встрече с Государем вообще боги знают, что нёс, хотя, казалось бы, так себя контролировал…

— А ещё, что если перестараться с загадочностью и недоступностью, передержать паузу, то «рыбка» может «уплыть» к другой, — это уже я дополнил.

— Ладно, всё равно мама говорит, что мне ещё рано этим интересоваться. Хотя бабушка в моём возрасте уже замуж вышла! Жаль пластинка совсем стёрлась, почти ничего не слышно…

Ага, а вот и личный интерес подоспел. Но переходы, конечно, на редкость «плавные».

— У нас дома должно найтись пару копий, мы с удовольствием вышлем их вам, Анна Петровна. Если только ваша наставница не будет против…

— Нет, против песни она не возражает, ей только поведение героини не нравится. Ульяна Харитоновна, а ещё что-нибудь новое у вас есть?

— Почти. Мы с Мурк… С Марией Васильевной заканчиваем работу над новой песней. Юрий Викентьевич подсказал идею и сочинил припев, мы делаем остальное. Мелодию уже придумали, долго провозились с текстом.

— А о чём песня? И когда её можно будет услышать?

Ульяна посмотрела на меня в поисках помощи.

— Песня немного грустная, о неразделённой любви. Я надеюсь, что к концу месяца пробный вариант будет готов, а к весне я хочу выпустить маленькую пластинку, всего на две песни: «Я играла» и новая «Снег идёт». Под общим названием «Девичьи секреты». Если контора звукозаписи не заинтересуется — то отпечатаем тираж за свой счёт. Он в таком случае будет небольшим, но для вас, Анна Петровна, десяток пластинок мы точно найдём.