Чтение онлайн

Впрочем, такой вывод об автохтонности княжеского рода тоже был бы справедлив, если считать прародителем русских князей Рюрика, пришедшего в Приильменье из южной Прибалтики, поскольку в числе пригласивших его были переселившиеся ранее те же славянские племена, откуда был, предположительно, родом и сам Рюрик.

Во времена Игоря нет упоминаний о конфликтах с соседним государством - Волжской Булгарией.

Волжские булгары создали на Каме (у места впадения в Волгу находилась их столица Булгар) свое государство примерно в это же время. Около VII века кочевавшие в Приазовье болгарские племена разделились под давлением Хазарского каганата. Часть их продолжала кочевать, другие направились на Дунай, где подчинили себе местные славянские племена и дали им свое имя. Еще одна часть поднялась в Поволжье, где и создало свое государство. Основными занятиями волжских булгар были земледелие, скотоводство, торговля. На высоком уровне было развито ремесло. В начале X века (с 920 года) ислам стал государственной религией.

Считается, что какое-то время Волжская Булгария находилась в вассальных отношениях к Хазарскому каганату.

Об уровне жизни населения Булгарии красноречиво говорит следующий эпизод. После похода Владимира 985 года (он был внуком Игоря) на волжских булгар его воевода Добрыня сказал своему князю, что надо поискать другое место для поиска данников. Пленные булгары были в сапогах, а лучше бы, по мнению Добрыни, воевать с лапотниками, то есть со славянскими или мерянскими народами. Видимо, поход на булгар был не очень удачным.

Этим эпизодом не ограничиваются летописные сведения о военных действиях между славянами и булгарами. Локальные военные конфликты сменялись взаимовыгодными торговыми отношениями. Оба народа потерпели сокрушительный разгром в результате нашествия войск Батыя. Затем потомков волжских булгар станут именовать казанскими татарами, на какое-то время они восстановят свою государственность. Казанское ханство в состав России включит Иван Грозный. Считают булгар своими предками и чуваши.

Любопытно, что в апреле 2010 года появилось обращение к президенту Татарстана и республиканскому парламенту с просьбой дополнить название Республики Татарстан словом «Булгария».

Не городские ремесленники и купцы, жившие в Булгарии, могли представлять опасность для Игоря. Ситуация могла осложниться в 915 году, когда появились печенеги, представлявшие серьезную угрозу для Киева. Н.М. Карамзин писал о них: «сильные числом, страшные дерзостью и грабительством».

Надо отдать должное Игорю, он смог решить этот вопрос дипломатическими средствами: «...Печенъзи... сотворише миръ со Игорем и приидоша к Дунаю». Однако через 5 лет после первой встречи, в 920 году, как сообщил летописец, у Игоря все же дошло до военных действий против печенегов.

Вместе с тем в наследство Игорю достались и нерешенные вопросы. Главной проблемой, по-видимому, оставалась зависимость от хазар.

Арабский историк Аль Масуди, на которого ссылается Е.В. Пчелов, пишет, что русы и славяне служили хазарскому царю и даже были в его войске.

Б.Д. Греков приводит сообщения о походах войск Игоря на побережье Каспийского моря в 913 и в 943 годах.

Спустившись по Днепру в Черное море, суда вышли в Азовское море, поднялись вверх по Дону. В районе несколько южнее современного Волгограда суда перетащили волоком в Волгу (сейчас примерно в этом месте прорыт Волго-Донской канал) и по Волге спустились в Каспий. Самые легкие и удобные дороги во все времена - по воде. На побережье Каспия находились богатые города Ширванского царства, названия которых звучали как волшебная сказка: Гилям, Дейлем, Табаристан, Абескун. Аль Масуди пишет о героических свершениях русских воинов: «проливали кровь, захватывали женщин и детей, грабили имущество, уничтожали и жгли дома».

Летописные известия историками трактуются по-разному.

Б.Д. Греков рассматривает поход на Каспий 913 года просто как неудачное военное предприятие. Хазары пропустили через свою территорию русские дружины, войдя с ними в соглашение о разделе будущей военной добычи. Свою половину они получили, а то, что русским не удалось не только привезти свои трофеи домой, но даже почти все они были перебиты на своем пути, - виной переменчивое военное счастье.

Есть и другая точка зрения, Л.Н. Гумилева. Он считал, что сам поход был инициирован хазарами. Они же и организовали уничтожение оставшихся в живых и уже ненужных им русских дружинников, захватив себе всю военную добычу.

Аль Масуди пишет, что русских истребили мусульмане, служившие в хазарском войске, в отместку за бесчинства среди мусульманского населения на каспийском побережье.

Если это и так, то направляющая рука хазарских правителей все равно видна невооруженным глазом. Когда хазары пропускали русские войска в Каспийское море, то ни у кого не могло быть сомнения в том, что произойдет в каспийских городах и селениях. Дальше нужно было найти предлог и исполнителей для устранения уже сделавших свое дело славянских воинов.

Арабские источники, на которые ссылается Г.В. Вернадский, называют количество погибших русских - 30 тысяч человек.

Попытаемся понять, какие интересы могли быть у славянского государства, возникшего «на пути из варяг в греки» и включавшего в свой состав побережье Прибалтики, новгородские земли и территории по течению Днепра. Привлекательными могли быть южные направления к Византии и северные к Балтийскому и Белому морям. Для расширения объема торговли возможна была экспансия на северо-восточные и приволжские земли, которые могли дать традиционные товары для русского экспорта: пушнину, воск, мед. Примерно так и развивалось в последующем Русское государство. Получается, что ничего этого не было на берегах далекого Каспия. Зато хазарам было выгодно ослабить своих соседей, конкурентов в торговых делах. Если проанализировать предыдущую и последующую историю взаимоотношений киевского государства с Хазарией, то сразу вспоминается и стремление Олега, предшественника Игоря, «отмстить неразумным хазарам», и последующий разгром Хазарского каганата Святославом, сыном Игоря.

Маловероятно, что славяне при Игоре стали бы вступать по своей инициативе в соглашения с хазарами, да еще для того, чтобы совершить далекий, опасный и рискованный поход, дойдя, как писал Б.Д. Греков, до Баку. Так что каспийские походы вполне могли быть следствием политической зависимости формирующегося Русского государства от правителей Хазарии, принуждавших славян сражаться и погибать за их интересы.

О втором походе на Каспий у историков противоречивые сведения. По исследованиям Г.В. Вернадского и Л.Н. Гумилева, русским удалось захватить в низовьях Куры крепость Бердаа, но на Русь не вернулся никто. С точки зрения Б.Д. Грекова, после захвата крепости им удалось привезти добычу домой. Говорится также, что он состоялся не в 943, а в 945 году, после смерти Игоря. Е.В. Пчеловым обращается внимание, что целью похода, возможно, было не только получение трофеев, но и присоединение к Русскому государству новых территорий.

Походы Игоря на Константинополь датируются 941 и 943 гг. Царьград - это традиционное направление интересов Русского государства.

Однако попытка действовать силой против Византии окончилась плачевно.

Поход 941 года окончился полным разгромом, несмотря на то что было снаряжено «скъдий 10 тысящ» («10 тысяч судов») - в 5 раз больше, чем было у Олега.

Как русские вели военные действия, сообщает «Повесть временных лет»: «...Одних распинали, в других же, как цель их ставя, стрелами стреляли, заламывая назад руки, связывали и вбивали железные гвозди в головы. Много же и святых церквей предали огню и по обоим берегам Суда захватили немало богатств».

После сухопутных боев состоялось, как пишут летописи, всего одно морское сражение, в котором греческий адмирал «усрте я въ олядхъ съ огнемъ и нача пущати огнь трубами на лодья рускыя. И бысть видти страшно чюдо. Русь же, видяще пламень, вмтахуся въ воду морьскую, хотяще убрсти, и тако прочии възвратишася въсвояси. тмьже пришедъшимъ в землю свою, повдаху кождо своимъ о бывшемъ и олядьнмъ огни. „Якоже молонья, - рече, - иже на небесихъ, грци имуть в себе и, сию пущающе, жьжаху насъ, и сего ради не одолхом имъ“ ( «Встретил их в ладьях с огнем и стал трубами пускать огонь на ладьи русских. И было видно страшное чудо. Русичи же, видя пламя, бросались в воду морскую, стремясь спастись, и так оставшиеся возвратились восвояси. И, придя в землю свою, поведали - каждый своим - о происшедшем и о ладейном огне. „Будто молнию небесную, - говорили они, - имеют у себя греки и, пуская ее, пожгли нас; оттого и не одолели их“) .