Чтение онлайн

И оказалась их не тысяча, а всего четыре. Четыре дракона со своими летунами.

Внезапно разозлившаяся из-за их спокойной деловитости Алина вдруг подскочила и весьма агрессивно для спасенной начала высказывать бравым военным совсем не слова благодарности:

— Молодцы! Девчонку в пасть врагам сунули. Дождались, пока она со своим драконом бандитов уконтрапупит, и явились такие спасители все в белом! Нимб не жмет? Крылья не мешают? Вы где прятались, настоящие мужчины? И где ваша совесть? Никак на хранение Спящей красавице сдали, чтобы забрать лет через сто? — Подбоченившись и зло сверкая глазами, Акула, отводя душеньку, ругалась на чем свет стоит, только что не напирая своими пышными формами на стройного, как все летуны, командира кварты.

— Полегче, красавица, — безуспешно пытался остановить ее эмоциональный монолог один из летунов. — Там над вами такие штучки зависли, что один удачный бум — и от вас мокрое место бы осталось. А мы...

— А-а-а, так вы ждали, пока они куда-нибудь денутся, чтобы они и по вам вместе с нами не попали? Орлы! Гордитесь теперь! — Тряхнув рыжими волосами, женщина резко развернулась к говорившему всем корпусом, отчего рукав, стянувший на груди порванную бандитами рубаху, скособочился, опасно углубив невольное декольте.

— Мы держали над этим местом магический рассеиватель удара, образовав лучистый круг в воздухе. — Растерявшийся до того командир кварты, потупив глаза, накинул ей на плечи свой мундир. — Это потребовало сил всех летунов и наших драконов. Двух дюжин драконов, чтобы удар с дирижаблей не стер эту поляну в порошок. Хорошо, что до этого по просьбе графа сюда было направлено четыре кварты. Только вот отыскать их и собрать все вместе было делом не пары минут. Так что, мисель, ваши обвинения справедливы лишь отчасти. Мы действительно выжидали, а курсант должна была совершить диверсию. Ее прикрывали и при серьезном риске спасли бы.

Акуличева, уже собиравшаяся было вернуть ему мундир, стушевалась и растеряла весь запал. Ей даже на мгновение стало стыдно за свои резкие слова и поспешные выводы.

— Стратегия, — тряхнула зеленым ирокезом ее верная подруга. — Алиа, мужчины всегда имеют расчет. Потому выигрывают войны, сберегая ресурс. Когда воюет сердце, цена потерь возрастает многократно. Женская война — это битва засушенных горем сердец. Не спасется никто.

— Мудрая мысль, мисель. — На поляну в отсветах догорающего костра шагнул, настороженно принюхиваясь, огромный темногривый лев. — Надеюсь, ваша способность здраво рассуждать поможет мне настоять на том, чтобы переместиться куда-нибудь в более комфортное и безопасное место?

— Ваше сиятельство? — Оказавшаяся курсантом девчонка ахнула. — А карфл? А...

Было видно, что она нисколько не боится гривастого хищника и ее очень интересует какая-то неведомая попаданкам штука. Как оказалось, это и были те самые, чем-то опасные для двуликих, но священные цветочки. Сейчас на поляне их практически не осталось.

Его звериное сиятельство что-то говорил девушке, объясняя. К их беседе подключилась Иитеа. Касю заботила судьба ее обожравшегося кровожадного чудовища, какие-то шевроны и, конечно, «вовсе не ее полковник». Ее, похоже, тоже куда-то забирали вместе со всеми, обещая встречу с родными.

Все это Алина отмечала про себя, прислушиваясь к творящемуся в округе лишь краем уха. Ей надо было успокоить остальных женщин, которые тянулись к ней за утешением, признав негласным лидером их маленькой обездоленной группки.

Граф Нейрандес в своем львином облике в это время развил бурную деятельность по перемещению всех спасенных в безопасную точку.

— Ближайшее к этому месту — баронство Норхитров, — мягко рыкнул он, подойдя к отшатнувшимся от него как от хищника попаданкам и ни капли не дрогнувшей Алине. — Вас доставят туда под моей личной усиленной охраной, обеспечат целителей и кров. Подобного происшествия не повторится. Даю вам, мисель, свое слово.

Пока все организовывали, немного поразмышлявшая сама с собой Алина вознамерилась пообщаться с их спасительницей, подметив в ее манерах и поведении знакомые черты и решив сразу развеять свои домыслы, если ей показалось.

— Ты, так понимаю, тоже попаданка с Земли? — подойдя к черноволосой девушке, сидевшей на каком-то ящике, поинтересовалась она, пристально рассматривая Касандру и зябко кутаясь в одолженный ей мундир летуна.

— Да. Шесть лет назад попала сюда. Катя Птичкина я. Теперь Касандра Воронкова. Приемная дочь рода двуликих воронов, — устало пожав плечами, отозвалась та.

— А я Алька. Алина Акуличева, или просто Акула, — усмехнулась в ответ Алина, протягивая для пожатия ладонь. — Тоже с Земли. Будем знакомы, спасительница.

Так у Алины появилась еще одна подруга, бывшая землячка. Именно тогда она еще не знала, что на время разлучится с ней и Иитеа. У каждой был свой, кем-то предначертанный путь.

Алина плохо помнила, как их переправляли в безопасное поместье местных баронов. Всю ночь ее мучили кошмары, и она просыпалась в холодном поту.

Неудивительно, что невыспавшаяся Акула была не в духе.

Принесшую ей какое-то платье степенную седовласую управляющую ждал категорический отказ от подобной одежды. В безопасности Акуличева даже тут себя не ощущала. Новости о сбежавшей с чьей-то помощью Сколопендре не давали ей покоя.

Мейсса Сейфила, которая оказалась не только управляющей, но еще и вдовствующей старшей сестрой барона, долго препираться с гостьей не стала. Требуемые брюки она выдала, да и блузку из своего гардероба одолжила.

Пожилая мадам произвела на Алину очень приятное впечатление. Разговор на повышенных тонах о политике, начавшийся в коридоре, где собрались попаданки, женщина погасила своими здравыми рассуждениями очень быстро. Рыжая Акула даже смутилась, коря себя за горячность высказываний о вещах, о которых понятия не имела.

Пребывание у Норхитров вообще ознаменовалось лишь парочкой ярких событий.

Покоцанный бандитами, едва оклемавшийся одноглазый баронетик, старший сын этого семейства чернобурых двуликих лисиц, вдруг ни с того ни с сего решил сделать Касандре предложение. Прямо во время завтрака в столовой при куче свидетелей.

Появившийся при этом не менее травмированный Касин полковник чуть не убил молодчика взглядом. То, как смотрел на черноволосую хрупкую девушку этот военный в мундире, с точки зрения Алины, мало напоминало служебный долг и отношение к подчиненной.

Впрочем, больше всего ее восхитила реакция Касиного отца, который отбрил баронишку вежливо и культурно. Тот ведь и не поинтересовался мнением потенциальной невесты и умудрился просить ее руки у приемного родителя, даже не поставив бедную девушку в известность.