Чтение онлайн

— Я сейчас сбегаю найду их. — Алина, обрадованная, что хоть на этот раз не накосячила со своей импульсивностью и предложила что-то дельное, подскочила с места, готовая ринуться на поиски, но ее жестом усадили обратно.

— Я всех соберу! — Берт плавным движением скользнул к письменному столу, у которого еще пару минут назад стояла его упорхнувшая супруга. — Это ведь артефакт оповещения и меток движения? Кейтса зарядила все, а значит, и его тоже. Надо просто позвать всех женщин разом, обеспечив им проводнички-указатели.

Откровенно говоря, пребывая уже не один месяц в магическом мире, чудесам наша Акула удивляться не перестала. Хоть она, конечно, по привычке переводила магические действия артефактов в похожие земные аналоги, местные приборчики ее удивляли и искренне восхищали.

Что там и с чем после кивка Суслозимников и Сейфилы сделал Берт, ей со своего места видно не было, но где-то через пять минут в коридоре за дверью раздался топот ног. Затем вслед за проскользнувшими по полу светящимися мигающими стрелочками в кабинет одна за другой, кто настороженно, кто с любопытствующей улыбкой, начали заходить девушки. Последними, обнявшись, с хохотом ввалились Жилька и Литеша. Они тащили за собой большеглазое, ушастое и очень пушистое нечто, отчаянно выдирающееся из их рук. При виде существа у мьеста Суслозимника мигом покраснели глаза и из-под губы опять полезли крупные острые зубы-резцы.

— Ах ты ж пакостник! — Рычание мужчины перемежалось фырканьем. На уже почти совсем звериной морде распустились роскошные усищи, торчавшие в разные стороны, как две пластмассовые основы для веера. — Я тебе что сказал в прошлом разе, а? Еще раз поймаю — точно приду в ваш дом с жалобой! Взял моду портить мне кусты.

На руке у мужа, похожего на огромного бурого с сединой сурка, повисла его жена, а Берт вдруг каким-то незаметным для такого гиганта скользящим шагом переместился поближе к разбушевавшемуся не на шутку дедуле.

— Это мы его нашли, а не вы поймали! — Литеша, пытаясь защитить звереныша, притиснула его к себе так, что остренькая мордочка почти уткнулась в скромный вырез платья девчушки. В отличие от Жильки, подростком она была пухленьким и с формами, так что ушастый плут мигом сомлел от такого обращения, повиснув пушистой колбасой. К тому же его еще и чесали при этом за ухом.

Тут уже и бабулька взвизгнула сиреной от такого зрелища.

— Жейль Лемушкинсон! Что ты вытворяешь?! Нахал невоспитанный. Куда нос суешь? Была бы жива твоя матушка, она бы тебя научила уму-разуму через то место, откуда растет твой наглый хвост!

Даже Берт нахмурился и, сложив на груди ручищи, рявкнул что-то ворчливо-грозное на непонятном Алине диалекте.

Всех оглушил синхронный визг покрасневших, как свекла, девчонок, особенно Литеши, а следом раздался звук смачной плюхи, которая прилетела от хрупкой с виду старушки Суслозимник худому пареньку, принявшему человеческую ипостась.

А потом в кабинете на время воцарился базар-вокзал, где все кричали, суетились, мальчишка пытался шмыгнуть к раскрытому окну, но был ловко схвачен мьестом Суслозимником за оттопыренное ухо и к тому же награжден метким пинком от раздосадованной и обиженной за подругу Жильки.

Островками спокойствия в этом хаосе оставались разве что сама Алина да едва заметно хитро улыбающаяся мейсса Сейфила.

Даже Берт потратил время и силы, отнимая у дедули его ушастую добычу, а потом, вспомнив, что вообще-то обещал жене за всеми присмотреть, рыкнул:

— Тихо! Все замолчали, сели, и начинаем разбираться по порядку. Ты! — тряханул он за шкирку незваного визитера. — Сиди и жди, пока до тебя дойдет очередь. С тобой разберемся после. И бежать не пытайся! Найду, поймаю, и хуже будет.

Пацан съежился, сгорбившись под тяжелой рукой мужчины, что-то проворчал себе под нос в стиле «куда уж хуже» и замер на круглом пуфике, к которому его подтолкнул мьест Мохнатый, велев сесть и не мешать.

— Я говорить не мастак, больше делать, — кашлянув, начал Берт, оглядев пеструю группку разместившихся на всех сидячих поверхностях девушек, чету Суслозимников и мейссу Сейфилу с Алиной. — Вопросы надо обговаривать, как говорили мои мама и бабушка. Потому как то, что кажется очевидным, может таковым вовсе не являться. — Он пристально глянул на втиснувшихся в одно кресло подружек и ткнул пальцем в лопоухого Лемушкинсона.

После этого мужчина коротко обрисовал для ранее отсутствующих историю с наймом и упомянул, что пара старичков — двуликие, поэтому если они останутся работать, то было бы хорошо, чтобы попаданки знали их второй облик.

— Чтобы не возникало таких проблем. — Палец его опять ткнул в парня, пытающегося придать себе равнодушно-независимый вид.

Девчонки в своем кресле алели маковым цветом. Литеша и вовсе, похоже, намеревалась пустить слезу, в отличие от кипящей от злости обманутой Жильки.

Алина пропустила мимо ушей неторопливую лекцию Берта о том, что они теперь на землях двуликих, что не каждый зверь тут — зверь в полном понимании этого слова и что ошибка может дорого стоить, например, если попадется недвуликий медведь... и бла-бла-бла… Она во все глаза разглядывала насупившегося Жейля.

Если во втором облике он был мимимишно мил, ушаст, пушист и глазаст, то паренек из него вышел, по ее мнению, на редкость нескладный. Ушастость, большеглазость и пушистость и здесь присутствовали, но определенно подростка пока не красили. На треугольном узком личике огромные глазищи зеленовато-желтого, как бутылочное стекло, цвета вызывали ассоциацию с эльфами или инопланетянами, как и торчащие в стороны большие уши. Волосы на голове пушились и торчали неопрятным мехом, вися сосульками за ушами и вздыбливаясь на макушке болотной кочкой.

Одежда с чужого плеча мешком висела на худом мосластом теле, и только крупные руки с очень гибкими пальцами, которые впились сейчас в колени, словно сдерживая энергию, рвущуюся изнутри паренька, выдавали его нервозность и дискомфорт. В остальном Жейль Лемушкинсон делал вид, что ему плевать на все и море по колено, а заметив, что Алина его рассматривает, умудрился еще и нахально ей подмигнуть.

Лекция о правилах безопасности от Берта как раз подошла к концу.

— Второй облик мьеста Суслозимника, как и облик вот этого молодого двуликого, вы уже видели, мисель, — вещал он. — Мейссе Ойлени нет необходимости, как и мне, но вы должны запомнить хотя бы тех, с кем придется иметь дело...

Вот тут Жилька, конечно, смолчать не смогла. Девчонка просто взвилась со своего места, обвинительно тыча в ухмыляющегося паренька:

— Чего это мы должны? И почему вот с ним надо иметь дело? С обманщиком! Мы думали, он нам будет питомцем, как гуррилони в моем мире. И при нем обсуждали… — Она в ярости сжала кулаки, злясь оттого, что их с Литешей обвел вокруг когтя, чтобы посмеяться, какой-то мальчишка. — И он ничего не сказал! Ничего! Потешался небось про себя, какие мы дуры... И... и... — Девчушка задохнулась от негодования. — Не будем мы его запоминать! Пусть больше на глаза нам не показывается!