Чтение онлайн

Некромант попытался остановить его файерболом, но "ужин оборотня" вдруг подпрыгнул, поймал в руку магический шар, всё ещё висевший в воздухе и, не обращая внимания на запах горелой кожи и потрескивание, метнул светильник навстречу файерболу.

Раздался громкий хлопок, когда шары встретились в воздухе и взорвались. Секундной задержки хватило на то, чтобы "ужин" одним невероятным усилием смог вырвать из руки колдуна кинжал.

– Гадина!
– некромант зашептал заклинания, собираясь испепелить отскочившего от него с кинжалом в руке.

Голый "ужин" оказался чрезвычайно ловким существом, молниеносно уворачивающимся от магических ударов. Несколько раз колдун вскользь попал по нему, заставив вскрикнуть тонким голоском от боли.

Существо металось по камере, однако не выпускало из рук оружие. Оно не замечало притаившегося в углу оборотня. Колдун создал волну пламени, пустив его стеной к волчьему "ужину", загоняя жертву в западню.

Волк прыгнул, подминая под себя "ужин" и грозно рыча. Колдун злорадно расхохотался во всё горло и опустил руки, поднятые для совершения следующего паса. Без магического светильника мрак камеры оборотня облепил его со всех сторон липкой паутиной страха, вызывая желание как можно быстрее вернуться наверх.

Некромант попятился к двери, прислушиваясь к рычанию и крикам боли из угла камеры. "Кушай, кушай, волчатина!" - колдун захлопнул тяжёлую дверь и запер её.

Облегчённо вздохнув, создал в воздухе магический шар и торопливо покинул гибельное подземелье, где воздух был пропитан запахом тлена и смерти...

Волк прижал лапой тощее существо к полу и мягко освободил из пасти запястье руки "ужина", в которой был крепко зажат кинжал колдуна. Существо стремительно вскочило на ноги и заметалось по камере, ища выход.

Оборотень не кидался на него, следя немигающим взглядом за его тщетными попытками вырваться на свободу.

.. Радостное оживление узника сменилось отчаянием. Он всё ещё был в неволе! Существо в бессильной ярости заколотило в железную дверь маленькими кулачками и сползло вниз, хватая ртом воздух в беззвучных рыданиях.

***

В руке Вики извивался хобгоблин, скалясь на кошку острыми чёрными зубками. Девушка рывком отняла у него ножны и сильнее сжала горло воришки.

– До чего мерзкий!
– она выкинула зверька в раскрытое окно.

– Вики, кто это?
– Ласильон в один миг оказался рядом, на ходу застёгивая штаны и следя за полётом воришки.
– Отдала бы мне, я бы съел...

– Ласс, поверь мне, хобгоблины отвратительные не только на вид, но и на вкус!
– фыркнула кошка.
– Ты выспался?

– Не совсем, - эльф сладко зевнул, провожая голодным взглядом зверька, быстро скрывшегося в ближайшей подворотне после ощутимого шлепка об деревянный тротуар.
– Живууучий!

– Лааас, ты не возражаешь, если я посплю?
– девушка лукаво посмотрела на своего друга.

– Хорошо, - кивнул ей Ласильон, ловко запрыгивая на широкий подоконник. Эльф уселся на окне, прислоняясь спиной к раме и вытягивая вперёд ноги.
– Я покараулю! Вики, тебе тоже надо отдохнуть!

– Благодарю, мой сладкий, - кошка послала ему воздушный поцелуй и заняла его место возле Габриэль.

Обняв спящую девушку, чуть-чуть поворочалась, устраиваясь поудобнее. Уткнулась носом в рыжие волосы и, едва сомкнув глаза, уснула.

Габриэль, не просыпаясь, притянула Вики к себе. Провела руками по её волосам и, взъерошив их, игриво спустилась пальчиками вниз по загривку к спине кошки.

Ласильон, до этого, зевая, смотревший на пустынную в столь ранний час улицу, в немом удивлении оглянулся назад, в комнату.

Его тонкие брови изумлённо приподнялись, когда он увидел, что спящие девушки нежно ласкают друг друга. Эльф шумно втянул носом воздух и облизал губы. В глубине его синих глаз зажглись озорные огоньки...

Габриэль снилось, как она целует Лусидрэниса, которого они, наконец-то, нашли! Девушка обнимала его руками за шею, плача от радости.

Сначала эльф неохотно отвечал на её поцелуи, словно зная, что она провела ночь Лоэнде в танце с Владыкой Волчьих Врат. Но потом его поцелуи стали жарче, а объятия - крепче. Габриэль прижалась к нему всем телом, сгорая в огне безумной страсти..

***

Время тянулось бесконечно долго, узник продолжал сидеть жалким комочком у дверей, его сутулые плечики всё тряслись от безудержных рыданий.

Вдруг, как гром среди ясного неба, в тишине раздался звук стучащих по каменному полу звеньев тяжёлой цепи. Существо вздрогнуло всем тщедушным тельцем и резко вскочило с места, убирая с лица длинные грязные космы и пытаясь хоть что-то рассмотреть во мраке камеры. Что-то ужасное и громадное шевельнулось в дальнем углу.

Зверь поднялся на лапы и, волоча за собой цепь, сделал несколько шагов к нише, прорубленной в стене. Там раз в сутки скапливалось немного влаги, стекавшей по сырому камню стены. Монстр напился, лакая тухлую воду и жадно собирая широким языком её остатки по краям.

Несостоявшийся "ужин" сглотнул комок в горле и облизал сухие потрескавшиеся губы. Он не видел два или три дня даже такой воды.

Осторожно подкрался к зверю и вдруг нащупал ногой валявшийся на полу кинжал.

Узник молниеносно подхватил нож с пола и.. оказался прижатым к стене передними лапами зверя.

Чудовище вцепилось в его руку с крепко зажатым оружием. Существо пискнуло от боли и разжало пальцы. Нож выпал, опять исчезая в темноте камеры.

Узник почувствовал на своём горле горячее дыхание зверя... Волк громко рыкнул ему в лицо, и "ужин" обречённо закрыл глаза.

Но зверь шумно втянул в себя воздух, обнюхивая его, и вдруг стал вылизывать выжженные магическим огнём раны. Боль на месте ожогов ослабла от прикосновений широкого языка...

Существо робко нащупало тонкими пальцами нишу на влажной каменной стене, но вода ещё не набралась... Зверь, шумно дыша, покрутился на месте, звеня цепью, и лёг. Узник сначала присел на корточки у источника воды, удивлённо потёр почти не болевшие шрамы на месте ожогов, потом придвинулся чуть ближе к громадному чудовищу... ещё ближе. Провёл по мохнатому боку узкой холодной ладошкой. От зверя шло такое приятное тепло... Чудовище не отодвинулось и не зарычало, когда непонятное дрожавшее существо прижалось к нему ещё теснее и уснуло.