Чтение онлайн

Все ящерицы этого мостика переглянулись. Анагекка зашипела.

— Не неси чушь. Речь не о меньшинствах, а о союзе. Ты разумен и, очевидно, силен. Я дам тебе космос, ты дашь мне морфолиум. Мы даже откажемся от живого мяса. Морфолиум!

— Ну, проблема меньшинств в обществе полном фобий, одна из самых острых проблем современности, а морфолиум — сказки лживых спекулянтов.

Ее сейчас удар хватит. Нет. Не хватил.

— Сказки? Сыворотки давно разработаны. Вопрос только в морфолиуме! Ты будешь править этим миром. Я дам тебе все! Обсудим поставки и условия.

Они что, колют себе как-то обработанный морфик и получают свои ящерные телепорт, антиграв и невидимость? А это фармакологический заводик на орбите? И как мое единоличное правление целым миром уживается в ее голове с принципами республики? Никак. Она старая беспринципная сука смерть.

А я смерть молодая. Привет. Но тут замигало красным и взвыла сирена. Испуганная ящерка за пультом доложила:

— Крейсер империи Варп! Второй крейсер… Третий. Три крейсера на расстоянии прямого поражения!

Ого. Намечаются звездные войны. Анагекка выпрямилась и направилась к обзорному экрану. Там висели три громадных железных каракатицы.

— Связь!

Скомандовала старуха. На обзорном экране появился натуральный маленький белый эльф в серой форме с золотыми нашивками и пилоткой на голове. Командир корабля? Белые эльфы мельче черных.

За его растопыренными ушами громоздился годзилла в скафандре (шлем в руке). Ну, очень похожий на киношного Годзиллу рылом, боец космодесанта. Вон, гвинтивка какая-то через плечо, тесак на поясе, кармашки, гарпун, тросик, лопатка — все равномерно по тушке прилажено. Точно космопехота, абордажник.

Эльф широко улыбался.

— Я выследил твою яхту, старая змея. Наконец-то ты полетишь вращаясь к местной звезде, а глаза твои выпьет космос.

Анагекка не смутилась.

— Ты не хочешь поговорить с дочерью, Глаубертин?

Эльф перестал смеяться и сузил очи, однако уши его победно встопорщились.

— Старая… Тебя……. Чтобы… через….. Дважды… без….. После….. сквозь…..

Он перевел дыхание.

Годзилла за его спиной с большим уважением внимал этой изысканной трели. Я, надо сказать, тоже. Анагекка держала на отлете смартфончик, из него смотрела маленькая белая эльфочка и тоже все это слушала.

Этот Глаубертин совершил еще два подобных захода и вздохнул с чувством большого удовлетворения.

— Просто давно хотел тебе это все сказать, Анагекка, да все случая не было. Напоследок, засунь себе этот смартфон куда хочешь, это не моя дочь. Это двойник. А сейчас ты умрешь.

Страсти-то какие. Анагекка не сдавалась.

— Проверим, твоя ли это дочь? Вот здесь есть кнопочка «умертвить». Я жму?

Эльф не сомневался, видно его дочь действительно была в безопасности.

— Жми, кровожадное убожество.

Стоп! Я против. Двойник, не двойник, какая разница? Я легко отобрал смартфончик у Анагекки, по дороге распинав охрану. Включена здесь громкая связь? Такую систему вижу впервые. Однако дитя с поникшими ушками смотрело прямо на меня и тихо плакало. Дитя — плакало.

Эльф в пилотке смотрел с большим любопытством на мои действия, охрана старой ящерицы медленно отлипала от стен. Анагекка быстро сориентировалась:

— Меняю девочку на морфолиум. Семьсот литров.

Ага, щас. Я взял ее аккуратно за шею и чуть придушил.

— Девочку доставить в империю Варп целой и невредимой. Отдаешь команду — убью эльфа и всех, кто с ним в рубке. Нет — убью тебя, а потом всех синих кур, что угнетают меньшинства в республике. Ну?

И подсунул ей под нос ее проклятый смартфон. Анагекка шипела и кашляла. Помирать ей по любому, не от меня, так от эльфа.

— Хорошо, но я должна это сделать на своей яхте. Это условие.

Всю жизнь эта глиста выживала за счет каких-то очередных условий, выгод и интересов сторон, и прочего сикозного умения усложнять мир, создавая себе в нем «место с привилегиями».

Уверен, выдерни эту глисту из сложного взаимного баланса любого количества сил на любом этапе ее жизнедеятельности и этот баланс упростился бы втрое к вящей пользе балансирующих. А исчезнет из него при том — только эта глиста со всеми своими яхтами.

Эти соображения заставили мою руку непроизвольно сжатья. В Анагекковой шее хрустнуло и ее голова безвольно клюнула воздух перед собой. Она сдохла, эльфочка в смартфоне пронзительно закричала. Эльф и Годзилла на обзорном экране пронзительно закричали, все ящерицы на этом мостике, и операторы, и охранники, пронзительно закричали.

Этот слитный крик что-то переключил в голове и я открыл глаза. Я лежал на полу в круглом зальчике, руки и ноги закреплены металлическими скобами. Что это было? Гипноз? Старуха поговорила со мной и врубила красную мигающую лампу (типо атака крейсеров империи Варп) — и я отключился? Или меня загипнили раньше? Самым слабым моим местом оказалась психика.

Тогда не стоит торопиться. Может и это мое лежание на полу тоже наведенная иллюзия? Как определить? По любому, размышлять с раскинутыми конечностями не очень удобно. Сила-то — 34 единицы. Скобы крякнули и разогнулись. Я сел в позу удобную для размышлений.

Но тут открылся большой люк в стене и в зальчик проникла голубая ящерица. Это была, кажется, Улонга. Она поспешно затворила люк и шагнула ко мне. Ящерица сильно нервничала, а глаза ее были обведены золотой краской. Накрасилась. И зачем?

Улонга натурально мялась, переступая с ноги на ногу, а затем тряхнула головой и высказалась.

— Меня делегировали наши девочки.

Ага. Было комсомольское собрание? У старой Анагекки для меня еще одно кино?

— Ты не мог бы… Ну, нам интересно… Мы все хотели бы узнать… Как нести яйца ртом!

Этическая мохнорвань! Республике Синь-Синь недолго осталось жить, при таких раскладах. Могла ли старая Анагекка наиллюзить и такой сценарий для меня? Если да — то стерва совершенно рыжая. Улонга выгнула шею лебедем, а белое пузо ее стало розовым.

— Не надо так смущаться.

Кажется я сказал это вслух.

— Ты, млекопитающее, оказался настоящей свободомыслящей рептилией! А эта старая скорлупа Анагекка изолировала Энолочку, чтобы задавить нашу свободу самовыражения!

Бунт на корабле.