Чтение онлайн

Ледяной ветер качнул кисточки на торшере, и тени качнулись вместе с ними. Ольга зажмурилась, задохнувшись от холодного воздуха, обжигающего горло, а когда на щеках растаяла горсть колких снежинок и внезапная тишина так гулко и страшно сменила вой ветра, осторожно открыла глаза и огляделась.

Все было по-прежнему. Мягко горел свет, и никаких жутких теней, словно тянущих к ней черные ломкие руки, не было. Вот только Владислава тоже не было.

Ольга растерянно огляделась.

— Вот это ты устроила! — раздался веселый звонкий и колкий голос, от него побежали по коже холодные мурашки, которые не смог вызвать даже ветер с улицы.

Из кресла поднялась очень худенькая маленькая девушка, Ольга была готова поклясться, что никого там не было ни все время до того, ни мгновение назад. Она приблизилась — тонкая угловатая фигурка в строгом бархатном черном платье.

— Кто вы? Что я устроила? — осторожно спросила Ольга.

Незнакомка снова рассмеялась:

— Какая ты смешная, — она подошла совсем близко, заглядывая ей в лицо снизу вверх с интересом ребенка.

Она снова хихикнула, словно колокольчик зазвенел, Ольга даже невольно обернулась на дверь, подумав, что вошел кто-то еще. Может быть, Владислав вернулся, дверь же открывалась. В голове плыл туман, и она приложила к пылающим щекам неожиданно ледяные руки.

— Совершенно не обученная, но как здорово у тебя получилось! — Девушка склонила голову набок, что-то с интересом разглядывая, зеленые яркие глаза блестели злым восторгом.

— Да что получилось? — пробормотала Ольга.

— Смотри! — Девушка сунула ей под нос ту самую открытку, которая ранее привлекла ее внимание.

Нарисованный снег серебрился в теплом свете лампы, и фонарь на картинке казался совсем настоящим, а еще в сугробе под фонарем сидел мужчина в легко узнаваемом темно-синем сюртуке. Его крошечное лицо сердито хмурило брови.

— Владислав… — прошептала Ольга, беспомощно оглядываясь, и вздрогнула, потому что девушка успела приблизиться совершенно бесшумно и заглядывала ей через плечо.

Губы ее кривились в усмешке, а зеленые глаза насмешливо щурились:

— Самое место для такого как он, — удовлетворенно кивнула она, вместе с Ольгой наблюдая, как крошечная фигурка барахтается в сугробах, встает и, высоко задирая ноги, пробирается поближе к фонарю. — На его месте я бы ушла от света, — довольным голосом проговорила девушка. — Что?

Она заметила укоризненный взгляд Ольги и пожала плечами:

— Он ужасный сноб, не представляю, чем он мог тебя зацепить. Вы, люди, такие странные.

— Что? — Ольга с ужасом разглядывала открытку, Владислав на картинке отряхивался от снега. — Но как?

— Ты пожелала ему провалиться! — восторженно заявила, едва не пританцовывая, девушка.

Ольга предпочитала думать о ней пока именно так, чтобы не разрыдаться от бессилия и ужаса от того, что наделала. За ней придут из управления контроля магии, лишат дара, а может быть, даже отправят на каторгу, ведь она каким-то образом переместила подающего надежды и такого важного для короны аспиранта в картинку! Никто ей не поверит, что она сделала это случайно. Обвинят в черной магии! Бабушка тоже попадет в опалу!

— Но… — Ольга беспомощно переводила взгляд с открытки на незнакомку, смаргивая подступившие слезы. — Но я не хотела! Вы… Вы можете вернуть его обратно?

— Кто? Я? Да даже за все золото подгорного короля не верну! — И она, мурлыкая себе под нос прилипчивый новогодний мотивчик, едва ли не пританцовывая, направилась к стеллажам. В черных лодочках она ступала так бесшумно, что если бы не кисти рук и узкое, очень бледное лицо, казалась бы тенью.

— Занудный, унылый сноб, — повторила она и, продолжая напевать под нос, вернулась к своему первоначальному занятию — ловко и быстро разбирала стопки книг, сверяясь со списком и каждой находя свое место.

Какие-то вставали в едва заметные свободные пространства на стеллажах, красивые иллюстрированные издания сказок и детских книг легли на высокий длинноногий стол-витрину, несколько остались словно бы небрежно лежать на столе в свете лампы.

Ольга молчала в растерянности, следя за ее танцующими движениями. Весело мигали праздничные огонечки, а снег за окном продолжал валить, как если бы стремился спрятать в своей белизне весь мир.

Ольга перевела взгляд на открытку. Там тоже шел снег. Крохотные снежинки, складывающиеся из брызг белил и серебряной туши, медленно кружились, засыпая фонарь и цепочку следов на снегу.

— Он исчез!

— Так быстро? — Девушка, уже вешающая гирлянду из остролиста где-то в сумраке под потолком, в следующее мгновение вновь очутилась за плечом Ольги столь стремительно, что та вздрогнула. — А-а… так не исчез, а ушел… А я-то надеялась.

Она горестно вздохнула и взглянула вверх, сокрушенно качая головой: то ли расстроенная, что Владислав, кажется, в относительном порядке, то ли досадуя на не слишком ровно висевшую гирлянду.

— Но… — Ольга попыталась унять дрожь в руках: она отправила человека в открытку, она даже не знала, как это сделала!

Девушка приподняла одну бровь и посмотрела на нее как на дурочку:

— Что? Отлично же получилось! Ты радоваться должна.

— Но я не хотела! — Ольга чуть не плакала: знала же, что не должна сердиться, не должна желать зла, хотя бы не тогда, когда идет снег. — Ты можешь вернуть его?

Девушка закатила глаза:

— Не могу. Да и не хочу, без него будет лучше. Теперь я тут буду хозяйкой!

Ольга отступила на шаг, потому что вдруг поняла, что девушка не отбрасывает тени, они, напротив, льнут к ее длинной юбке, ластятся.

— Кто ты?

— «Я часть той силы, что вечно хочет зла и вечно совершает благо», — поймав ошарашенный взгляд Ольги, та фыркнула и милостиво продолжила. — Помощница я его… этот… книготоргоблин, нет, книготорговец, вот! Помогаю с редкими книгами, защитные заклинания снять, вредную магию. Ну и так, по мелочи.

— Но ты…

— Не называй вслух то, что не хочешь призвать, — сверкнула острой улыбкой девушка. — И прекрати уже бояться. Невкусно. У нас красивые иллюстрированные издания приехали. Хочешь посмотреть?

Ольга моргнула, не успевая за переменой темы.

— Надо Владислава… Владислава Константиновича вернуть!

— Какая ты зануда, а… с тобой скучно, — девушка поковыряла длинным, очень острым ногтем деревянный прилавок. — Не могу я. Лестно, конечно, что ты так обо мне думаешь, но я не могу.

— Как — не можете? — Ольга почувствовала, что сердце словно куда-то проваливается.

— Как в сказках, — развела руками девушка.

— Что еще за сказки? — прошептала Ольга. — В сказках все хорошо заканчивается. Я каким-то образом запихнула человека в открытку, надо вернуть его!