Чтение онлайн

– Леди Мейн, вы заметили, что в замок начала возвращаться магия? – с откровенной иронией спросил он и щелкнул пальцами.

Кабинет мужа мигом исчез. Зато появилось моя слегка обалдевшая физиономия.

– Черт побери…

Он словно ударил меня по лбу дверью, когда я вдохновенно подглядывала в замочную скважину. От неловкости хотелось проваливаться под паркет.

– Хозяйка! – Без стука в спальню ворвалась растрепанная Раиса и, прижав к груди руку, перевела дыхание. – Я спустилась в кухню за обедом, но там…

– Подрались и ничего не приготовили?

– Не подрались, но, кажется, скоро подерутся, – протараторила она и махнула рукой в сторону дверей. – Только не в кухне, а в гостиной. Тебя вызывают!

– Подожди трещать, совсем запутала! – призналась я. – Кто меня вызывает?

– Господин Вернон. – Горничная резко выдохнула. – Там воскресшая пытается забрать с собой чайник. Говорит, что он принадлежит ей, а господин секретарь не отдает.

– Да пусть забирает за ради бога! Зачем он ее останавливает? – Я развела руками. – Нам чужого не надо.

Какая удачная возможность переселить буйную свекровь к бывшей невестке! Идеальный, по-моему, вариант.

– Отправили за тобой. Вернон заявил, что без твоего разрешения из замка ничего нельзя забрать. Ты хозяйка и всем распоряжаешься.

– А господин Мейн не пожелал с этим разобраться?

Раиса зачем-то оглянулась через плечо, словно опасалась обнаружить грозного колдуна в гостиной.

– Кажется, они не хотят, чтобы скандал до него дошел.

– Ладно, пойдем распорядимся, – вздохнула я и выдвинулась из покоев, пока усилиями темных приспешников наша ожившая мама не прописалась на веки вечные в посудной горке.

Возле дверей гостиной собрался весь штат прислуги и с любопытством следил за скандалом. Тобольд был на месте, и новая кухарка его подпирала. Пришлось всех потеснить, а заодно шугануть. Слуги рассыпались в разные стороны, словно световой шар, потревоженный резким движением, но стоило переступить порог, как за моей спиной они снова сомкнулись.

Обстановка царила озверелая: Хэллавин закрывал собой шкаф, а жадная до чужого богатства дамочка громко вещала, что чайник достался ей от прабабушки. Она его дескать забыла, когда уезжала из замка, и оставлять в руках чужих людей семейную реликвию не намерена. Вернон с каменным лицом пытался выступать голосом разума, но, по всей видимости, безуспешно.

– Что за переполох? – громко спросила я, привлекая внимание.

– Хозяйка пожаловала, – оглянувшись, с неприятной усмешкой прокомментировала Вайолет (или как там ее зовут по-настоящему?). – Я хочу забрать свое. Этот чайник…

– Из вашего приданого, – подсказала я. – Помню, вы уже говорили. Забирайте.

– Что? В каком смысле? – в два голоса воскликнули Вернон с Хэллавином.

Секретарь выглядел так, будто ему плюнули в самую душу. Вернон одной рукой схватился за сердце, а другой начал шарить в кармане, точно пытался найти валидол и положить под язык. Народ в дверях удивленно загалдел. Пришлось пронзить их укоряющим взглядом и строго спросить:

– Вы еще здесь?

– Госпожа Мейн, не бережете вы хозяйские ценности! – в расстройстве рубанув рукой воздух, объявил Тобольд и с гордым видом исчез из дверей.

Остальные тоже не заставили повторять еще раз. Раиса кинулась следом за поваром, видимо, доказывать, что хозяйку надо кормить. Желательно, вкусно и сытно, чтобы она снова не попыталась отдать двуединому богу душу, как случилось в доме у родителей. Уверена, горничная непременно расскажет эту слезливую историю, доказывая, что я не глупая, а просто чуть-чуть блаженная.

– Но, Вайолет, предупреждаю сразу: чайник забираете с концами, – потребовала я. – Назад мы его не примем.

Она дернула уголком алых губ.

– С чего бы мне возвращать свое приданое?

– Леди Мейн, с вашего позволения… – вклинился Хэлл.

– С моего позволения чайник отправляется в карету к своей хозяйке, – перебила я. – Отнесите, пожалуйста, господин секретарь.

– Я сама вполне способна нести свою собственность, – фыркнула Вайолет.

– Лучше мы. Помогите леди, Хэллавин, – вежливо попросила я, и с мрачной миной он раскрыл створки. – Только осторожно. Вещь ценная и хрупкая. Не уроните.

Секретарь попытался поднять чайник с полки и, резко повернув голову, одарил меня откровенно изумленным взглядом. Я выразительно кивнула, требуя помалкивать и уже оттащить посудину в карету.

Хэлл кашлянул в кулак, потер переносицу, видимо, собираясь с моральными и физическими силами, и все-таки поднял мою ненаглядную свекровь.

– И крышку не сдвигайте, – вкрадчиво велела я.

По-прежнему озадаченный секретарь, вечно что-нибудь или кого-нибудь тягающий по замку, двинулся на выход. Вернон с исключительно скорбным видом пошагал следом, словно провожал чайник в последний путь. Только веночка не хватало или вазочки из моей гостиной с обрезанными еловыми прутиками.

– Прощайте, леди Мейн, – поправляя на руках тонкие кружевные перчатки, проговорила Вайолет, но вдруг сделала ко мне шаг и шепнула на ухо: – Беги от него! Он страшный человек…

– Он тебя напугал, что ли? – с иронией уточнила я.

Явно опешив, она отодвинулась. Мы встретились глазами.

– Ты не понимаешь, в какое место попала? – быстро проговорила она.

– Прекрасно понимаю, – улыбнулась я. – Но ты меня действительно заинтриговала. С чего бы мне убегать из комфортного замка?

– Он выставит тебя из этого замка ни с чем! – воскликнула она, видимо, не понимая, почему юная жена не пугается мрачных перспектив. – В точности, как меня! Я два года решалась сюда приехать, чтобы просить о помощи. И ничего не добилась!

– Ни с чем? – повторила я. – Даже чайник последний отобрал? А карета у тебя выглядит недешевой. Лошади тоже, к слову, хорошие. В чем подвох?

Вайолет чуток поменялась в лице. Уголок рта дернулся, и невольно стало заметно, что алая помада растеклась.

– В таком случае, счастливой жизни, леди Мейн, – сделав вид, будто нагнетает обстановку, но на самом деле не найдя ни одной гадости, чтобы достойно парировать, вымолвила она.

– Не сомневайся, наша с Фостеном жизнь будет не только счастливая, но очень долгая и комфортная, – ответила я с улыбкой. – Я тебя провожу.

Оказалось, дворецкий с секретарем дожидались нас на лестнице в холле, словно не верили, что с чайником действительно придется попрощаться. Пристроив домик моей свекрови на широкие перила, Хэлл обтирал черным платком взмокший лоб.