С топором на неприятности
Шрифт:
— Могу признать, — сказал он, оторвав кусок бургера и протянув его Рипли, лежавшей на заднем сиденье. — После дня в холодном, сыром лесу это делает меня чертовски счастливым.
Он откусил ещё и, глядя на меня, расплылся в довольной улыбке, с надутой щекой.
Живот перевернулся — и не из-за того, что я только что закинула в себя одиннадцатый наггетс с липким барбекю-соусом.
Я не должна была чувствовать себя счастливой. Меня преследовали преступники, я потеряла важные доказательства, была вымотана и чувствовала боль.
Но здесь, рядом с ним, слушая кантри по радио и поедая фастфуд, я чувствовала покой.
Он откусил очередной кусок, и на уголке рта осталась капля кетчупа.
— У тебя кетчуп.
Я инстинктивно потянулась через консоль и большим пальцем вытерла его. Но как только почувствовала подушечками шероховатость его бороды, резко отдёрнула руку. Чёрт. Именно такого контакта мы и должны были избегать.
— Прости, — пробормотала я, сморщившись.
Он поймал меня за запястье, прижёг взглядом… и мягко провёл его губами по моему пальцу, слизывая кетчуп.
Сердце готово было вырваться из груди.
Его язык. Господи, воспоминания о нём преследовали меня до сих пор.
Наверное, я на секунду впала в галлюцинацию, потому что уже в следующий миг он отпустил мою руку и продолжил есть бургер, будто ничего не произошло.
Я моргнула пару раз, пытаясь привести сердцебиение в норму. Вдруг салон стал тесным, и всё во мне закричало: беги в лес и больше никогда не оглядывайся.
Но я уже делала это. И, скажем честно, не особо помогло.
Он прибавил громкость на радио — наверное, чтобы заглушить неловкость. Я позволила себе немного расслабиться. Эмоции зашкаливали. Нужно было сосредоточиться. На поисках. На брате. А не на сексуальном лесорубе рядом.
— Поехали домой? — спросил он, скомкав обёртку от Filet-O-Fish и кинув её в пакет. Он умял и рыбу, и двойной бургер, и большую картошку. Это было впечатляюще.
Я хмыкнула.
— Мне нужно ещё раз всё обдумать — шаг за шагом. Может, вспомню, где могла его потерять.
Он закатал край пакета и кивнул.
— Логично. Если поедем живописным маршрутом обратно в Лаввелл, возможно, вид поможет тебе вспомнить. Как бы тяжело ни было, постарайся прокрутить всё в голове: куда шла, что чувствовала, запахи, звуки. Это может помочь.
Я уже раз десять пережила тот день, но раз уж мы сегодня остались с пустыми руками, ещё один раз не повредит. Хотя, после горы углеводов и дня в горах, я рисковала уснуть прямо в дороге.
Я откинула спинку сиденья, закрыла глаза и позволила воспоминаниям накрыть меня.
С того момента, как проснулась. Ощущение триумфа — я заполучила доказательства. А потом паника, когда Разор начал колотить в дверь.
Я восстанавливала в памяти каждое движение, пока выбиралась из трейлера, как вдруг на плечо легло тёплое, успокаивающее давление.
Приоткрыв один глаз, я увидела Рипли — она положила морду мне на плечо и закрыла глаза. Она знала, что мне это нужно.
Я улыбнулась. Вот это собака. Когда всё закончится, я заведу всех собак мира.
Снова закрыв глаза, я представила, как засунула телефон в лифчик и вылезла в окно ванной. Паника от подъехавшего внедорожника снова сжала грудь, и Рипли прижалась ко мне крепче. Потом — решение на грани: сбежать на мотоцикле Рэйзора.
Пытаясь удержать равновесие, доехала до знака «стоп», потом нажала газ до упора. Шатаясь, отчаянно пытаясь оторваться от этих ублюдков, которым было плевать, что со мной станет.
Воздух в то утро был холодный, роса промочила кроссовки, когда я бежала.
Окно ванной, взгляд на дорогу, мотоцикл с ключами в замке…
— Подожди. — Я не открывала глаз, стараясь не вспоминать пространство, а ощущения.
Ветер бил в лицо. Страх — уроню байк, разобьюсь. Без шлема, без защиты.
— Я останавливалась пару раз, чтобы собраться и понять, куда ехать. Я умела ездить, но нечасто. А без визора — почти ничего не видно.
Он тихо хмыкнул, и этот звук прошёл сквозь меня.
— Продолжай, Беда.
— Они гнались за мной. Тогда — только внедорожник. У мотоцикла почти закончился бензин, но останавливаться не было времени. Я поехала по трассе 2, а после старой заправки свернула на 16-ю. Думала, смогу оторваться.
Джуд убавил музыку.
— Что было дальше?
Когда двигатель начал захлёбываться, я поняла — пора бросать байк и прятаться. Я съехала на обочину и спрыгнула.
— Именно тогда я ушибла колено. Прыгнула с мотоцикла, подвернула ногу. Там был крутой склон. Я упала и помчалась в лес — искать укрытие.
— И там ты свернула в сторону государственного леса, — подтвердил Джуд.
Я кивнула, снова переживая тот день, обращая внимание на каждую деталь, которую могла упустить раньше.
— Я пару раз чуть не свалилась. Ехала, нависнув над рулём, болтая из стороны в сторону. Тогда я решила, что телефон выпал уже в лесу, но… а что если он потерялся прямо возле дороги?
Я резко села, меня снова затянуло в поиски.
— Можем вернуться? В трейлерный парк? Может, я вспомню больше.
Он поморщился.
— Если он выпал на дороге, скорее всего, его раздавили.
— Нет. Этого не может быть, — покачала я головой. Я не готова была принять такой исход. Я найду этот чёртов телефон, даже если умру в процессе.
— Отвези меня туда, — попросила я.
— Не уверен, что это хорошая идея, — выдохнул он, взгляд устремлён на извилистую дорогу. — Что, если тебя кто-то узнает? Я не допущу, чтобы ты подверглась опасности.
— А не найти телефон — это и есть опасность, — парировала я, сверля его взглядом. — Я надену шапку и буду держаться в тени.
Когда он включил поворотник, меня накрыла волна надежды… и чего-то большего. Привязанности? Он подавил свои первобытные инстинкты и доверился мне. Я не помнила, когда в последний раз чувствовала, что меня уважают.
— Но в трейлер ты не пойдёшь, — предупредил он.
— Его наверняка уже разгромили, — пожала я плечами. — Если там что-то стоит спасать — пошлём тебя.